– Кейтлин, никогда не сомневайся в моих словах!
Я так и не поняла, хотел ли он этим успокоить меня. Или же то было предостережение. Он пылко прижался губами к моим губам и заставил их приоткрыться. Мгновение – и Меган, и моя ревность были забыты. Я страстно извивалась под его обжигающе горячим телом и со стоном развела бедра, когда он вошел в меня.
Мы проснулись на рассвете от ужасного шума. Кто-то с такой силой тарабанил в дверь, что Лиам спрыгнул с постели и побежал открывать, даже не успев прикрыться. Со своего места я не видела, кто стучал, но узнала удивленный голос Сары, которая никак не ожидала увидеть брата нагим. Через пару минут Лиам вернулся в спальню. Вид у него был мрачный, и он сразу начал одеваться. Судя по всему, случилось что-то серьезное.
Я посмотрела на него вопросительно, не скрывая своей тревоги.
– Меган! Она не пришла домой ночевать. Эффи места себе не находит от беспокойства. Мы все идем ее искать.
– Господи! – прошептала я, представляя себе самое страшное.
Лиам, повернувшись ко мне, грустно произнес:
– Если ты думаешь о том же, что и я, помолись за нее, Кейтлин!
Он поцеловал меня, взял пистолет и нож и вышел в рассветный туман.
Больше четырех часов подряд мужчины прочесывали холмы и заросли вереска, осматривали пещеры и шарили баграми в реке. Густой туман затруднял поиски, а территория, которую предстояло обыскать, была так огромна, что на это могла уйти целая неделя. И нигде следов прекрасной Златовласки… Она словно бы растворилась в воздухе. Эффи совсем извелась от тревоги.
Лиам с несколькими мужчинами вернулись в деревню спросить, не знает ли кто, где Меган имела обыкновение бывать. Но никто не смог им помочь – Меган всегда гуляла одна. Исключение она сделала всего один раз, для меня. Я повела поисковую группу к подножию горы Сгор-на-Сих, которую жители Карноха называли Пап-Гленко. Она возвышалась над озером Ливен. Мы искали Меган в окрестностях горы не меньше часа, когда Исаак вдруг вспомнил, что на северном склоне есть пещера.
Мы разделились на две группы: первая отправилась исследовать берега озера с восточной стороны, а второй предстояло осмотреть ту самую пещеру. Судя по уверенности, с какой Исаак прокладывал путь, он прекрасно знал это место. Я наблюдала за ним, пока мы поднимались по извилистой тропинке. На лице его читалось смешанное чувство презрения и ненависти. Не раз я замечала обвиняющие взгляды, которые он, ни от кого не таясь, бросал на нас с Лиамом. Мне даже пришла в голову мысль, что он, возможно, хочет заманить нас в ловушку. Лиам не отставал от меня ни на шаг, поддерживая, когда камень выскакивал у меня из-под башмака или когда я поскальзывалась в лужах грязи, часто встречавшихся на нашем пути.
В пещере было пусто, но на земле мы увидели совсем свежие крошки. Кто-то останавливался тут перекусить. Меган? Вполне вероятно. Хотя это мог быть и кто-то чужой. Например, возвращавшиеся с охоты Кэмероны. Лиам был словно на иголках. Исаак даже не пытался скрыть свою враждебность по отношению к моему мужу. Но что, если мы ищем напрасно? Что, если Меган просто сбежала? Я поделилась своей догадкой с Лиамом, однако он все еще сомневался и не знал, стоит ли прекратить поиски или продолжать их.
– А если она никуда не уходила? Если она и вправду попыталась…
Он не осмелился сказать это вслух. Уже сама мысль об этом была греховной.
– Не думаю, что она настолько лишилась рассудка, чтобы такое с собой сделать. Я уверена, она просто ушла из долины. Меган понимала, что рано или поздно я пойму, что это она пытается напугать меня, и ей придется за это ответить!
Я показала Лиаму ту птичью лапку. Он подтвердил, что это лапка ворона. Я всегда боялась этих птиц, хоть и без особых на то причин. Ворон – предвестник несчастья, посланник смерти… Я кинула лапку в огонь, а потом смотрела, как она горит. Пепел я отнесла к реке и бросила в воду. Затем, словно желая убедиться, что он не восстанет благодаря магии водопадов, я довольно долго просидела на берегу, не спуская глаз с бурной воды. Я чувствовала себя полной дурой, однако это было сильнее меня.
Лиам не верил в колдовство. «Это все предрассудки, – повторял он. – Верования, которыми крестьяне обставляют свою повседневную жизнь». Люди – сами творцы своих несчастий, но ведь проще сказать, что виноват кто-то другой или что-то другое, и не брать ответственность на себя.
Я окинула взглядом окрестности в надежде найти хоть какой-то знак. Мужчины разошлись в разные стороны и время от времени обменивались репликами. Я сделала несколько шагов и оказалась на краю обрыва. Пара больших камней рухнула в туманную пустоту у меня из-под ног. У меня слегка закружилась голова, и я отступила на шаг. И вдруг я заметила цветную точку. Красную точку. Я схватилась рукой за каменный выступ и рискнула посмотреть еще раз. Внизу, на ветке, тихонько развевался на ветру клочок ткани.
– Лиам!
Крик мой эхом прокатился по пещере. Я сразу поняла, что моя находка не сулит ничего доброго. Лиам отодвинул меня от края обрыва и склонился над ним, всматриваясь вниз. Когда я увидела, что к нему подходит Исаак, у меня оборвалось сердце.
Исаак мрачно уставился на меня. Уголок его рта едва заметно дрогнул. И я догадалась, что он испытал огромное желание толкнуть Лиама. От него можно было ожидать чего угодно. Лиам выпрямился. Он почувствовал, что рядом опасность, и инстинктивно схватился за рукоять ножа. И все же ему не пришлось его обнажить. Не в этот раз…
Понадобилось не менее получаса, прежде чем удалось достать тот клочок красной ткани. Когда же я наконец смогла рассмотреть его как следует, то вздрогнула – он был запятнан кровью. И, судя по ее цвету, кровь была еще свежая. Это открытие опровергало предположение, что Меган сбежала. На земле, возле того места, где был найден клочок, оказавшийся частью косынки, Саймон нашел следы. Судя по всему, здесь тащили что-то тяжелое. Теперь у нас был след, но не слишком обнадеживающий.
Следы крови привели нас на берег озера. Их было много, словно бы убийцы оставили их нарочно, и тянулись вдоль узкой, давно забытой тропинки, по праву захваченной колючим кустарником. Отпечаток окровавленной руки на стволе белой березы, а вот и другой – на сером плоском камне… У меня мороз продирал по коже. Сколько крови вокруг! В некоторых местах на земле мы нашли целые лужи – липкие, страшные. Если все это – кровь Меган, то нам ни за что не найти ее живой. И тем более нет повода предполагать, что она покончила с собой. Нет, Меган убили! В этом не могло быть никаких сомнений…
Холодный ветер раздувал мою юбку. Я поежилась. Спокойная гладь озера подернулась легкой рябью. Над маленькой рыбацкой лодкой, внезапно показавшейся из тумана, с криком летали чайки. Рассмотрев моих спутников, рыбаки помахали рукой. «Кэмероны из Глен-Невиса», – объяснил мне Лиам. Их земли граничили с землями Макдональдов из Гленко, отношения между кланами были хорошие, а потому Кэмероны иногда забредали и на соседские земли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
