Родительский контроль.
Третьим источником развития дракона упрямства служит жесткий контроль родителей или воспитателей. Родительское воспитание нередко основывается на политике тяжелого кулака и лишения своего ребенка права выбора. «Делай так, как я сказал. И не оправдывайся», — слышит ребенок снова и снова. Он вынужден сидеть за столом, пока все семейство не управится с картофельным пюре или овсянкой. Он вынужден все делать по жесткому расписанию и отправляться в туалет, независимо от того, готов он к этому или нет. Ребенок лишен права выбора, права голоса — всего, что могло бы помочь формированию его личности и приобретения жизненных навыков и умения.
Подобная политика приводит к формированию во многих отношениях несостоятельной личности. Подрастая, ребенок стремится проверить свои способности в окружающем мире. Он хочет обладать собственным правом выбора. К примеру, он хочет иметь свободу выбора между шоколадом или ванильным мороженым. Позднее в жизни он станет перед более сложным выбором, несущим с собой и больший груз ответственности. Ребенок инстинктивно понимает, что обладание правом выбора имеет чрезвычайно важное значение для развития его личности. Когда в элементарном выборе ему отказывается, ребенок оказывает сопротивление покушению на свою личность и волеизъявление.
Здесь-то и торопится показать себя дракон упрямства. Как и в случаях с неподготовленностью к переменам, ребенок развивает в себе напряжение определенных групп мускулов. Если от явного выражения протеста его и удерживают гневные окрики родителей, их угрожающий пристальный взгляд или обещание самых жестких последствий ослушания, ребенок может ответить молчанием, но он говорит «нет» каждой клеточкой своего тела. Все в нем словно кричит: «Нет, ты не сможешь меня заставить! Я этого не буду делать!» В конечном итоге таким молчаливым сопротивлением ребенок одерживает победу. Он учится осознавать, что молчаливое неповиновение — очень действенное средство против бычьей напористости его противника. Он познает ценность стратегии пассивного сопротивления. Дракон упрямства побеждает.
Во взрослом возрасте открытое неповиновение, называемое «упрямством», становится составной частью личности человека. К тому времени, когда ребенок вырастает, он уже прочно сформировывает в себе недоверие к любого рода авторитетам. Он отвечает открытым бунтом на чью-либо попытку указать ему, что делать.
Упрямый взрослый человек внешне может казаться спокойным и расслабленным, но стоит ему лишь столкнуться с необходимостью резких перемен или давлением на него со стороны чьего-либо авторитета, как дракон туг же показывает зубы. Ответ авторитету или тому, кого человек упрямый считает выступающим в роли авторитета, как правило, дается неподходящий, не соответствующий данной ситуации, что может послужить основой для конфликта или привести к весьма нежелательным последствиям.
В приводимом ниже примере Джон разговаривает со своей женой Кэтти о том, чтобы она поступила в колледж:
Джон. Ты знаешь, дорогая, тебе бы лучше закончить колледж и получить диплом. Тогда тебе гораздо проще было бы устроиться на работу, которая тебе так нравится.
Кэти (натянутым голосом). Мне это совершенно безразлично.
Джон. Почему? Ты ведь знаешь — диплом вещь нужная.
Кэти (раздражаясь). Оставь меня в покое. Я никуда не пойду, и тебе не удастся меня заставить.
Джон. Я вовсе не стараюсь тебя заставлять. Я просто тебе предлагаю и пытаюсь понять, почему ты не хочешь. Тебе бы это очень помогло.
Кэти (переходя на крик и хлопая дверью). Я не пойду, не пойду, не пойду!
Джон не осознавал себя авторитетом по отношению к Кэти, но она воспринимала его именно так. На нее оказывал воздействие дракон упрямства, и она восставала против прежних ситуаций, в которых ее лишали выбора и говорили, что ей следует сделать. На каждое предложение она отвечала враждебным неприятием. Она видела в Джоне прежних диктаторов, оказывавших на нее давление, и результаты подобного отношения не могли не выливаться в конфликты, разрушающие семью.
За раздражением, выказываемым Кэти, на самом деле скрывался страх. Она опасалась, что у нее отнимут ее свободу. Она боялась лишиться права выбора и оказаться вынужденной делать то, чего ей, может быть, делать не хотелось. В действительности Кэти, несмотря на свое хорошее развитие, оставила колледж по той же самой причине. Она боялась, что профессора будут указывать ей, что делать, и она, таким образом, превратится в маленькое колесико огромной машины учебного заведения. Кроме того, она опасалась, что кто-нибудь поставит ее перед необходимостью быстрых перемен, к которым она может оказаться неготовой. В свое время поступление в колледж было ее собственной идеей, однако ее позиция в отношении к себе самой была настолько твердой, а дух противоречия настолько сильным, что даже поступление в колледж оказалось для нее невозможным. Подобная манера поведения быстро сокращала границы окружающего ее мира.
Рассказ о Томасе: история развития упрямства
Томаса воспитывали родители, обладающие совершенно разным складом характера. Его не терпящий возражений отец придерживался по отношению к детям политики тяжелого кулака. Родом он был из старого уклада деревни и считал, что детей должно быть не видно и не слышно (дракон высокомерия). Детям всегда указывали, что делать, а что — нет, не оставляя за ними никакого права выбора, поскольку отец полагал, что детей следует приучать к полному повиновению. Мать Томаса была женщиной чрезвычайно активной и нетерпеливой (дракон нетерпеливости), беспрекословно подчинявшейся мужу и неизменно спешащей выломить очередное его указание.
С детских лет Томас никогда не знал, что произойдет в самое ближайшее время. Его не считали нужным ставить в известность. Его не предупреждали о том, когда и где его оставят на попечении старшей сестры, или о том, что обед на сегодня переносится на другое время. С самого раннего возраста Томаса не оставляло ощущение тревоги и смутного беспокойства, проявлявшихся в том, что он все время тянул в рот руки или дергал себя за волосы — привычки, неизменно вызывавшие у его отца приступы ярости иди глухое раздражение. Томас созрел для принятия в свое сердце дракона упрямства.
Манера поведения отца с раннего детства не рождала в Томасе теплого к нему отношения, и чем старше он становился, тем конфликт между ними разгорался все сильнее. К тому времени, когда Томасу исполнилось два года — то есть когда он вошел в самый трудный возраст, связанный с развитием ребенком своей самостоятельности и автономии, — отец объявил настоящую войну любым его проявлениям своеволия. Томаса не отпускали из-за стола, пока он не съедал все, что лежало у него на тарелке; за малейшую провинность надолго запирали в его комнате и лишали всех привилегий, когда он в точности не исполнял все, что ему говорилось. Когда Томас стал старше, его война с отцом перенеслась на получаемые им отметки и на его выбор друзей. Отец Томаса — ставший одним из профсоюзных лидеров — занял по отношению к нему бескомпромиссную позицию, придерживаясь политики, что ни о каких переговорах с сыном и речи быть не может. Когда Томас приносил из школы посредственные оценки, ему запрещалось видеться с друзьями, пока оценка не будет улучшена. Хотя Томас, как все дети, пытался упросить мать вступиться за него, она ничем не могла помочь сыну, поскольку находилась в полном подчинении у мужа и неспособна была в чем-то ему противоречить. Она лишь пыталась убедить Томаса, что только дисциплиной он может добиться от отца проявлений любви.
Хотя Томас вообще рос крепким, как каждый нормальный здоровый ребенок, отдельные группы мускулов, и прежде всего челюстные и в области спины, у него были особенно развиты и казались вылитыми из стали. У него появилась привычка скрипеть по ночам зубами, так что по утрам у него нередко болели челюсти и он вынужден был посещать дантиста, чтобы проверить, не повреждена ли у него на зубах эмаль. Дракон прочно укоренился в глубине его души.
