ЦК в установленном порядке о сигналах, связанных со злоупотреблениями Щелокова. Тогда этот вопрос вынесли на рассмотрение Политбюро. Вел заседание Андропов. Когда встал вопрос, возбуждать ли против Щелокова уголовное дело, то Тихонов и Устинов возражали, Громыко колебался, другие также были за то, чтобы спустить все на тормозах. Но Андропов настоял, чтобы дело возбудить и поручить расследование Главной военной прокуратуре.
Андропов, хорошо знавший неблагоприятное положение, сложившееся в органах МВД в связи с многолетним руководством ими Щелоковым и проводившимся в жизнь принципом «стабильности и несменяемости кадров», направил в органы милиции большую группу опытных сотрудников КГБ СССР: 20 декабря 1982 г. Политбюро ЦК КПСС согласилось с предложением КГБ о подборе и направлении в органы госбезопасности до 1 апреля 1983 г. на руководящие должности опытных партийных работников в возрасте до 40 лет преимущественно с инженерным и экономическим образованием.
А 27 декабря 1982 г. Политбюро дополнительно приняло решение направить из КГБ на укрепление аппаратов МВД — имелись в виду министерства внутренних дел союзных республик, управления МВД по краям и областям, более 2000 сотрудников, в том числе 100 офицеров из «числа опытных руководящих оперативных и следственных работников». Хотя, естественно, далеко не все, в том числе и в органах МВД, были рады подобным переменам.
Но эти решения и деятельность В.В. Федорчука и прикомандированных к органам МВД чекистов, однозначно способствовали как избавлению от скомпрометированных сотрудников, так и укреплению законности и правопорядка в стране, реальной защите прав граждан от преступлений и произвола чиновников. Отметим только, что при Федорчуке было привлечено к уголовной ответственности более 30 тысяч милиционеров, более 60 тысяч из них были уволены из органов МВД….
Эти меры стали важным шагом как на пути очищения правоохранительной системы страны в целом, возвращения ей доверия граждан, так и на пути активизации борьбы с преступностью и коррупцией, укрепления законности и правопорядка, повышения эффективности защиты законных прав и интересов советских людей.
И именно результаты проделанной работы подтвердили целесообразность образования специального управления КГБ СССР для оперативного обслуживания органов внутренних дел — Управления «В» 3 Главного управления КГБ и его соответствующих подразделений в территориальных управления госбезопасности, что и было осуществлено 13 августа 1983 г..
Позволю себе заметить по поводу «закручивания Андроповым гаек» и «облав в рабочее время на прогульщиков». В Москве такая практика действительно имела место, но осуществлялась она, конечно же, не «сотрудниками КГБ» и отнюдь не по «инициативе генсека». Вполне вероятно, что данная «итальянская забастовка» была осуществлена именно как форма пассивного протеста против нового министра внутренних дел, как форма «имитации кипучей деятельности» нерадивыми чиновниками.
В речи на Пленуме ЦК КПСС 22 ноября 1982 г. Генеральный секретарь ЦК КПСС Ю.В. Андропов подчеркивал, что главным «является курс на повышение благосостояния трудящихся… забота о советском человеке, об условиях его труда и быта, о его духовном развитии…». В ней Андропов наметил те ключевые моменты развития, которые позже стали называть «планом перестройки»:
— Необходимо создать такие условия — экономические и организационные, — которые стимулировали бы качественный, производительный труд, инициативу и предприимчивость. И наоборот, плохая работа, бездеятельности и безответственность должны самым непосредственным и неотвратимым образом сказываться и на материальном вознаграждении и на служебном положении, и на моральном авторитете работников. Необходимо усилить ответственность за соблюдение общегосударственных, общенародных интересов, решительно искоренять ведомственность и местничество… Следует решительнее повести борьбу против любых нарушений партийной, государственной и трудовой дисциплины. Уверен, что в этом мы встретим полную поддержку партийных и советских организаций, поддержку всех советских людей.
И в последнем новый Генеральный секретарь не ошибся: его слова воспринимались с энтузиазмом и верой в грядущие перемены, что и создало в обществе особую атмосферу уверенности в благоприятных изменениях. Именно поэтому авторитет Андропова стремительно поднялся в обществе.
А зарубежные аналитики, внимательно следившие за развитием ситуации в Советском Союзе, подчеркивали, что Андропов обращал внимание именно на «борьбу против любых нарушений партийной, государственной и трудовой дисциплины», ибо был хорошо непосредственно осведомлен о том, как реально обстояли дела в нашем обществе.
Почувствовавшие исходящую от контроля со стороны трудящихся и их общественных организаций нешуточную угрозу, партократы, скрепя сердцем, на словах вынуждены были заявлять о «перестройке», стремясь в привычных словопрениях и словословиях утопить сущность партийных требований момента. В этой инертности и психологической неготовности и неспособности реально и решительно взяться за конкретное участие в процессах развития и стимулирования новаций и творческой активности масс, трудящихся, и кроется, на наш взгляд, объективная необходимость замены руководящих кадров, утративших как доверие коллективов, так и разучившихся инициативно решать нетривиальные жизненные задачи.
За 15 месяцев пребывания Андропова на посту Генерального секретаря были смещены 18 союзных министров, 37 только первых секретарей обкомов, крайкомов и ЦК компартий союзных республик, заведены уголовные на ряд высоких партийных и государственных чиновников, — другое дело, что не все они были доведены до логического конца в связи с его смертью.
При Андропове впервые были обнародованы и подверглись критике факты застойных явлений в экономике, недовыполнения планов, торможения научно-технического прогресса, что впоследствии назовут «революционным прорывом» перестройки….
Уцелевшие после подобной «встряски» партократы мгновенно почувствовали благодатную возможность «расслабиться» после избрания генеральным секретарем ЦК КПСС К.У. Черненко. Именно эти кадры и перешли «в наследство» последнему генсеку М.С. Горбачеву.
— Мы располагаем большими резервами в народном хозяйстве, — продолжал Андропов, речь о чем еще пойдет далее. — Эти резервы надо искать в ускорении научно-технического прогресса, в широком и быстром внедрении в производство достижений науки, техники и передового опыта.
По его мнению, соединению науки и производства должны были «способствовать методы планирования и система материального стимулирования. Надо, чтобы те, кто смело идет на внедрение новой техники, не оказывались в невыгодном положении».
22 ноября 1982 г. по поводу стоявших перед страной и обществом задач Юрий Владимирович предельно откровенно признавал:
— У меня, разумеется, нет готовых рецептов их решения. Но именно всем нам — Центральному Комитету партии — предстоит эти ответы найти. Найти, обобщая отечественный и мировой опыт, аккумулируя знания лучших практических работников и ученых. В общем, одними лозунгами дела с места не сдвинешь. Необходима большая организаторская работа партийных организаций, хозяйственных руководителей, инженерно-технических работников….
Верный принципам коллегиального руководства, вере в «живое творчество масс», Ю.В. Андропов намеревался
