Маюри отшатнулась:
- Но ведь он ваш хозяин! Как вы можете так говорить о нём!
- Это неважно. Послушайте меня, госпожа. Есть выход.
- Выход?..
- Торио не женится на вас, если узнает, что у вас есть другой.
«Беги» - шепнул инстинкт.
Но Маюри не успела даже развернуться. Руки Кано оказались и сильнее, и быстрее рук её жениха, от их стальной хватки она даже дёрнуться не могла. Едва не теряя сознание, девушка посмотрела на лицо человека, сжавшего её как в тисках. На дне продолговатых, лишенных блеска глаз Кано медленно разгоралось яростное пламя.
- Не бойтесь, Маюри-сан. Я не заставлю вас плакать.
Цуё с утра пребывала в беспокойстве: в назначенное время Хироши почему-то не явился на место их обычных встреч. Она напрасно прождала его едва ли не до полудня.
Недоумевая, что могло ему помешать, Цуё вернулась в дом Сайто в некоторой растерянности. Приближался день начала военного похода, а точной договорённости о побеге между посланцами Мино достигнуто не было. Поволновавшись чуток, Цуё решила, что Хироши сильный и не пропадёт, в крайнем случае, можно будет обойтись и без его указаний. Улучив минуту между двумя поручениями суровой управительницы, девушка убежала в женскую гостиную, всё ещё пребывающую в полуразрушенном состоянии, где у неё был оборудован небольшой тайничок.
Воровато оглядываясь, Цуё ещё раз перебрала вещи, уложенные в холщовый мешок. Она пыталась вспомнить, не забыто ли что-то существенное. Занятая своими мыслями, на шум за стеной она сначала не обратила внимания.
- Отпустите меня!..
Цуё ошарашено разинула рот. Это же голос Маюри! Но что она делает в мужской гостиной? С кем она разговаривает?
Оказалось, что место слежки всё-таки пригодилось: приложив ухо к отметине на стене, Цуё стала свидетельницей второй половины разговора Маюри и Торио. От ненависти к наглому жениху, мучающему бедную Маюри, Цуё до крови прикусила щёку. Если б в её силах было прямо сейчас, не выдавая себя, свернуть ему шею, Цуё сделала бы это, не задумываясь.
Но Торио, видимо, отпустил девушку: голоса и шаги в мужской гостиной смолкли. Подождав ещё немного, Цуё быстро спрятала свой мешок и, стараясь не попадаться на глаза другой прислуге, пошла искать свою госпожу.
На женской половине Маюри не оказалось. Госпожа Акэбоно, лениво возлежащая на футоне среди своих ос и жужелиц, приказала было Цуё сделать ей массаж, но служанка проскользнула мимо двери в её комнату прежде, чем дама успела закончить фразу.
Подумав, Цуё вышла во двор. Маюри не было и там. В ворота величественно проплыл паланкин с важно восседающим в нём Торио, и стражники затворили створы из чёрного дуба. Мысленно изобразив неприличный жест в сторону отбывшего Торио, Цуё завернула за угол дома и побрела вглубь зарослей, почти не сомневаясь, что Маюри где-то там спряталась и рыдает. Поплутав среди корней и кустов, она вышла к старой кривой сосне, возле которой и обнаружила свою госпожу в объятиях генерала Ханакаяма Кано.
- Цуё! – Увидев её, слабо вскрикнула Маюри.
Цуё напряглась и оценивающе оглядела крепкую фигуру Кано, прижимающего к себе Маюри. Его намерения были более чем понятны.
Кано, в свою очередь, тоже повернул голову и посмотрел на неожиданную помеху.
- Ты служанка? – Спросил он.
- Да. – Поколебавшись, ответила Цуё.
- Нам ничего не нужно, иди в дом. И если проболтаешься кому-то о том, что видела, я отрежу тебе язык.
Кано говорил совершенно спокойно, и Цуё видела, что он не шутит. Однако она была не робкого десятка.
- Никуда я не уйду. Отпусти Маюри.
Юноша ничего не ответил, но, кажется, его удивил тон, которым полненькая некрасивая девочка произнесла эти слова.
- Кано, - усилив нажим, снова сказала Цуё, - отпусти Маюри. Она не сделала тебе ничего плохого. Отпусти её.
Молчание.
- Я всё равно не уйду. – Цуё сделала маленький шаг вперёд.
- Тогда мне придётся тебя убить, - равнодушно ответил Кано.
Одной рукой он покрепче перехватил Маюри, другой потянулся к мечу. Цуё тут же отскочила, понимая, что с Маюри в руках Кано не может передвигаться со своей обычной сверхъестественной быстротой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Будешь гоняться со мной по всему саду, волоча за собой Маюри-сан? – Насмешливо уточнила она, спрятавшись за поросшую мхом корягу.
- Ты глупая девчонка. – Бросил Кано.
- Но так просто я не дамся. – С этими словами Цуё вытащила из-за пазухи нож-танто, который ей удалось пронести в дом с помощью Хироши.
Теперь Кано выглядел по-настоящему удивлённым: сопливая девчонка, сжимающая в не по-детски умелой кисти боевой нож старинной работы, даже его не смогла оставить равнодушным.
- Думаешь, что сможешь убить меня? – С интересом спросил он, глядя на тускло поблёскивающее острие.
- Тебя вряд ли, - совладав с голосом, ответила Цуё, - я убью госпожу Маюри.
Глаза дочери Сайто расширились от нового потрясения.
- Я умею управляться этим ножом, Кано. Метнуть его мне не составит труда. С такого расстояния я не промахнусь и Маюри будет убита. Ну, может быть, ранена. Ты, конечно, можешь заслонить её собой, если хочешь. Ну как?
Кано слегка улыбнулся.
- Я не шучу. – Цуё крепче сжала рукоять. – Если хочешь, чтоб Маюри-сан осталась жива, отпусти её.
Кано вдруг рассмеялся. Это был негромкий, но очень весёлый смех, от которого на обеих девушек повеяло жутью. Цуё вдруг резко поняла, насколько она беспомощна перед Кано, и поняла также, что до сих пор жива лишь потому, что сумела его заинтересовать.
- Хорошо, девчонка, я отпущу Маюри-сан, - продолжая посмеиваться, ответил Кано, - а взамен ты ответишь мне на один вопрос.
- Какой? – Насторожилась Цуё.
- Имеет ли для тебя какое-то значение, что сегодня ночью я убил конюха господина Торио?
Маюри покачнулась, решив, что Кано сошёл с ума и начал заговариваться. Но лицо Цуё, раскрасневшееся от волнения, вдруг позеленело. Она открыла рот, но ничего не сказала.
- Благодарю за ответ. – Кано оттолкнул от себя Маюри и та, не удержавшись на ногах, рухнула прямо на Цуё. Девушки упали на корни и траву. Пока они, барахтаясь, пытались встать, Кано уже исчез.
- Цуё, как же это ужасно! – Маюри снова плакала, уже не стесняясь слёз. – Что же мне теперь делать?! Не один, так другой сживут меня со свету!
Цуё некогда было предаваться печали: отставив осторожность, она сбегала в дом и обратно, вернулась с холщовым мешком и, схватив госпожу за руку, поволокла её к незаметной калитке в углу ограды, которой пользовались слуги, выходя в город. Ослабевшая от потрясений Маюри не сопротивлялась.
Они бежали по вечерним улицам, люди изумлённо оборачивались им вслед. Спрятавшись в заброшенном амбаре позади чьего-то строящегося дома, Цуё развязала свой мешок и стала доставать из него какую-то одежду.
- Не беспокойтесь ничего, Маюри-сан. Мы бежим.
- Бежим? – испуганно переспросила Маюри. – Куда бежим?
- В Мино. Некогда объяснять, переодевайтесь.
- Переодеваться?..
- Да, вот вам кимоно, вот хакама. Мечи мы вам где-нибудь раздобудем.
- Какие ещё мечи? Цуё!
Цуё упёрлась руками в бока и недовольно посмотрела на девушку:
- Двух девиц, путешествующих вместе, сразу остановят. Мы и из Киото выйти не успеем, как нас схватят. Или вам не хватило приключений, Маюри-сан?
- Но ведь это мужская одежда!
- К чему я и клоню. Вы будете молодым самураем, я – вашим слугой.
- Что-о? – Маюри ошеломлённо поглядела на разложенные перед ней предметы одежды, сомневаясь, уж не чудится ли ей это.
- По дороге я вам всё объясню, обещаю. – Заверила служанка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Снова вытащив нож, Цуё вздохнула и, поразмыслив, тихо сказала Маюри:
- Только мужчин с такими причёсками не бывает. Ничего не поделаешь, Маюри-сан. Давайте сюда ваши волосы.
[1] Традиционный наряд незамужней девушки. Отличается длинными и широкими рукавами с узором. В данном случае – анахронизм.
