Лакки достал ручку и торопливо написал на листке несколько слов.
— Вот что ты сделаешь, когда я подам тебе знак, — сказал он, протягивая листок Бигмену.
— Но, Лакки, — глаза Бигмена округлились.
— Тссс! Ни слова вслух!
— Но ты уверен?
— Надеюсь, что да, — по лицу Лакки скользнула тень озабоченности. — Земля знает о В-лягушках все, с человечеством им не сладить, но на Венере они вполне способны наломать дров, Мы должны им помешать. Ты понял, что должен делать?
— Да.
— Тогда… — Лакки смял листок, скатал в шарик и сунул его себе в карман.
— Мы в шлюзе! — крикнул Эванс. — Через пять минут будем в городе.
— Вот и отлично, — кивнул Лакки. — Соедини-ка меня с Моррисом.
Они сидели в комнате венерианского Совета. В той самой комнате, вспомнил Бигмен, где он впервые увидел Лу Эванса. И кстати, В-лягушку. Бигмена передернуло: здесь эти твари впервые бессовестным образом влезли в его мозг.
Комната выглядела как прежде, за одним исключением. Исчезли аквариум с лягушкой и тарелка с кормом для нее, столы были пусты.
Моррис указал на это, едва они вошли в комнату. Его пухлые щеки обвисли и позеленели, под глазами появились круги. Рукопожатие было неуверенным. Бигмен тщательно установил на столе то, что принес специально сюда.
— Вазелин, — торжественно сообщил он собравшимся.
Лу Эванс сел, его примеру последовал и Лакки, один Моррис продолжал расхаживать взад-вперед.
— Я убрал всех лягушек из этого здания, — сказал он. — Но это все, что я мог сделать. Не мог же я потребовать от горожан, чтобы они расстались со своими любимицами. Да еще — безо всяких на то объяснений. А что я им могу объяснить?
— Ну, этого вполне достаточно, — примирительно сказал Лакки. — Только давайте во время беседы постоянно смотреть на эту баночку. Постоянно помните о ней, держите ее образ в своих мыслях.
— Вы считаете, это поможет? — Моррис выглядел недоверчивым.
— Думаю, поможет.
Моррис остановился перед Лакки.
— Послушайте, — начал он неожиданно резко. — Послушайте, Старр, я не могу поверить в ваши рассказы. В-лягушки живут в городе уже давно. Они здесь чуть не с самого начала его строительства.
— Но вы не забывайте, что… — начал Лакки.
— Что я нахожусь под их влиянием? — возмущенно перебил его Моррис. — Это не так. Я отрицаю.
— Не обижайтесь, Моррис, — мягко усовестил его Лакки. — Лу был под их контролем несколько дней, были под ним и Бигмен, и я сам. Поэтому, увы, есть все основания утверждать, что и вы не избежали общей участи.
— Чему нет доказательств, ну ладно… — раздражение Морриса не проходило. — Хорошо, пускай вы правы. Что дальше? Как с ними бороться? Что, забросать Венеру с воздуха бомбами? А они в отместку заставят нас открыть все шлюзы. Вы поймите, восемьсот миллионов кубических метров океана… они всегда найдут себе укрытие, а размножаются они с любой необходимой им скоростью. Да, вы передали сообщение на Землю, это очень хорошо, но наши-то проблемы никуда не делись!
— Именно, — кивнул Лакки. — Но дело в том, что я не сообщил на Землю всего. Я не мог себе это позволить, хотя, мне кажется, я и докопался до истины. Я…
Прозвучал сигнал интеркома.
— Кто там? — осведомился Моррис.
— Лиман Тернер, ему назначена встреча, — донесся ответ.
— Секундочку, — венерианец повернулся к Лакки и тихо спросил: — Вы уверены, что он нам нужен?
— Но вы назначили ему встречу, чтобы обсудить проблемы усиления безопасности города. Речь идет о постройке новых защитных барьеров, не так ли?
— Да, но…
— И сам Тернер тоже жертва. Сейчас вы это поймете. Он из тех высокопоставленных лиц города, которые также попали в эту переделку. Мне кажется, с ним будет невредно повидаться.
— Пусть войдет, — ответил Моррис в интерком.
Едва Тернер вошел, как лицо его выразило крайнее изумление. К тому же внезапно наступившая в комнате тишина и разом обратившиеся к нему взгляды присутствующих заставили бы ощутить себя неуютно и менее чувствительного человека.
— Что случилось, господа? — нервно осведомился он, ставя свой ящик с компьютером на пол.
Не спеша, осторожно, Лакки ввел его в курс событий.
— Позвольте… — Тернер растерянно приоткрыл рот. — Вы полагаете, что мой мозг…
— А как иначе они смогли бы сообщить тому парню возле шлюза все сведения об устройстве защиты? Он же не слишком опытен и не очень образован, а забаррикадировался так, будто всю эту электронную защиту создавал сам?
— Я не подумал об этом, — голос Тернера задрожал и превратился в почти неразборчивое бормотание. — Я не думал, странно… Как я мог не подумать об этом?
— Они захотели, чтобы вы об этом не думали, — пояснил Лакки.
— Я… я просто в шоке…
— Да ну что вы. Вы попали в неплохую компанию. Я, доктор Моррис, Советник Эванс…
— И что нам теперь делать?
— Именно это доктор Моррис и пытался выяснить перед самым вашим приходом, — кивнул Лакки. — Дело серьезное, и нам надо объединить все наши умы. Одна из причин, по которой вы здесь, заключается в том, что нам может оказаться полезен ваш компьютер.
— О, надеюсь, он будет полезен… — он приложил руку ко лбу, словно опасаясь, что на плечах уже не его, а чья-то чужая голова.
— А что, сейчас мы тоже? — осведомился он с опаской чуть погодя.
— Нет-нет, — успокоил его Лакки. — Пока мы концентрируем наши мысли на баночке с вазелином, то все в порядке.
— Ничего не понимаю. Причем тут вазелин?
— Долго объяснять. Помогает, не задумывайтесь об этом, — отмахнулся Лакки. — Сейчас я хочу рассказать вам, о чем шла у нас речь перед самым вашим появлением.
Бигмен, заскучав от повторения пройденного, вместе со стулом откинулся назад и оперся спинкой о стол, на котором раньше стоял аквариум. Слушал вполуха, зато старательно глядел на банку с вазелином.
— Итак, — продолжил Лакки, — уверены ли вы в том, что нашими врагами являются именно В-лягушки?
— Позвольте, — изумился Эванс, — но это же твоя теория?!
— Или лягушки являются только средством, позволяющим управлять сознанием людей? Да, они умеют это делать, но по своей ли инициативе они это делают? Вместе взятые, они оказываются коварным противником землян, а по отдельности — каждая из них мила и дружелюбна.
— И что же?
— Вспомним то создание, которое жило в этой комнате, оно управляло нами вполне мило. Передало свое изумление оттого, что увидело безусых людей, затем устроило так, что Бигмен угостил ее горошком в соусе. Что в этом дурного? Вполне интеллигентные манеры. И оно повело себя так сразу, не раздумывая.
