Я бы бросила работу, честно. Но с утра до вечера метаться по Дворцу, раздавая бесполезные указания на счёт длины портьер и крепости вечернего чая? Или, пройдя Вратами-Телепортами, слоняться по пустому поместью Дома Зимнего Утра, что досталось мне по наследству от князя Эдуарда?
Брр… Вот совсем не моё.
К тому же, наместника в Орисвилле я оставила сразу по возвращению из Серых гор. Мудрый и преданный роду Олин — счетовод (служивший еще Эдуарду) охотно согласился взвалить на плечи управление княжеством: слушать жалобы, решать споры, просматривать расчётные книги, охранять границы. Ему в радость — мне свобода.
Муж всё время занят государственными делами. Военные Советы, встречи с иноземными послами, разъезды в провинции… Мы видимся в основном по ночам. В нашей спальне! И сразу бросаемся друг другу в объятия.
На разговоры редко остаются силы. От того, когда год назад я встала в позу, заявив, что останусь в Академии, Вэн прищурился, сложил руки на груди, впился в жену немигающим взглядом и… дал разрешение.
Понимал, что, во-первых, в заведении я не буду скучать. Во-вторых, нет-нет, да и почерпну новые знания об эльфийской культуре, истории, магии. Заодно освою язык. Который очень пригодится, когда у нас появится первенец.
Я осторожно прижала ладонь к животу, прикусывая губы.
… появится первенец…
— Глянь, она до сих пор не одета, — по гостиной шагали Эния и Камилла в легких кремовых платьях.
В волосах сестры короля блестели нити жемчуга. Прическу жены главного советника украшала цветочная композиция. Камилла вообще словно бы сияла изнутри. Кожа, волосы, глаза лучились особенным светом. Дело в том, что совсем недавно Лафаэль возил жену к Источнику, и девушка тоже обрела бессмертие эльфов.
По правде, вскоре «свет» угаснет. Мой, к примеру, затух спустя два месяца. Камиллин, похоже, сойдет — на «нет» через полтора. Мы по этому поводу не расстраивались. Других дел хватало.
— Не могу определиться с цветовой гаммой, — оправдалась я, стоя в одной нижней сорочке и рассматривая сотни нарядов на вешалках.
— Чего думать? Выбирай светло-синий, — загадочно подмигнула Эния.
— Почему синий? — Насторожилась я.
— По слухам княгиня Сирин облачится в золотые тона, — невинно откликнулась эльфийка. — А ты о чем подумала?
Чуть не забыла. Вилард с Сирин все же примирились, став мужем и женой.
Уж не знаю, кто помог Владыке Севера образумиться, но после побега драконидки князь отменил назначенный на лето отбор невест, снарядил экипаж и кинулся в Валлею — вымаливать у принцессы прощение. Получил. И в тот же месяц женился на своенравной гордячке.
Минул год. Чета дан Амеррати прибыла в Скаро-Брейд с первым официальным визитом: наладить культурные связи, договориться о сотрудничестве и попытаться примирится с давними врагами — ледяными магами Ольстена. Те явились в столицу накануне по личному приглашению Вэна, что согласился стать посредником в их мирных переговорах.
Словом, грядущий вечер обещает много событий.
Помимо нашего с мужем участия, в Изумрудный Зал наведаются все первые лица королевства. За исключением лорда Вэона и леди Лариэль. Им простительно. Месяц назад принцесса родила очаровательную девочку, которую назвали… Диана.
Гхм, как по мне, совсем не эльфийское имя.
Интересно, где Вэон с супругой могли его слышать?
На церемонии наречия малышки, я наконец — поняла. Когда мы с Агарвэном передавали символический дар молодым родителям, Вэон незаметно поцеловал мою ладонь, слегка приблизился и посмотрел в лицо, смешливо подмигивая:
— Дочь будет носить имя женщины, которая вернула нашему народу надежду. Спасибо, Ваше Величество.
Им теперь есть чем заняться. Зато мне предстоит скучный вечер. А как хочется уединиться с любимым в тени роскошных экаллитов. Прижаться к нему, позволить крепким пальцам избавить себя от шелковых ленточек и атласной ткани, запрокинуть голову, подставить пылающие от жажды губы для жаркого поцелуя…
— Простите, моя леди, оно вас полнит.
— М? — Оглянулась я к служанке, затягивающей поясок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Платье, королева, — эльфийка кивнула на невесомую ткань, подчеркнувшую мой округлившийся животик. Как бы девушки не старались задрапировать его складками, он заметно бросался в глаза.
— Наденьте другое.
— Нежно-оливковое.
— Или темно-бардовое.
Я повертелась перед зеркалом, тяжело вздыхая.
— Боюсь, эффект будет тот же.
Забавно, еще неделю назад была стройной, как горная лань. Сейчас же, смотри-ка, чуть-чуть округлилась.
Эния с Камиллой сдавленно рассмеялись. Служанки в недоумении отпрянули.
— Вам дурно, миледи?
— Несварение?
— Позвать целителей?
— Оставьте нас, — велела Эния, давясь тихими смешками. Дождалась, пока девушки упорхнут, подошла и коснулась моего плеча. — Когда обрадуешь мужа?
Я лихорадочно потерла виски. Сложный вопрос.
— Диана, он имеет право знать.
— Имею право знать — что? — Раздался от двери властный голос.
Мы вздрогнули. Камилла подскочила с дивана.
Агарвэн стоял в парадном облачении и буровил нас взглядом. На белых волосах переливался королевский венец с синим камнем. Светлая мантия, расшитая серебром, ниспадала на пол.
— Брат, — плавно кивнула Эния.
— Ваше Величество, — с почтением поклонилась Камилла.
Подруги обменялись со мной таинственными улыбками, подобрали юбки и поспешили скрыться.
Я посмотрела на сосредоточенное лицо Вэна, понимая, что он вспоминает день нашей встречи. Не взбреди в голову настоящей Изабелле сбежать из Эостера, встретились бы мы когда-нибудь? Нашли друг друга? Обрели долгожданное счастье?
Насколько я успела познакомиться с обычаями эльфов, семейные узы для них — самое важное в жизни. Мужчины с избранниц пылинки сдувают, носят на руках, защищают до последнего вздоха и никогда не откажутся от возлюбленных. А уж если жена еще и беременна, впадают в какое-то особое состояние тихого счастья.
Наверное, так происходит потому, что у вечномолодых очень редко рождаются дети. Для эльфа (тем более мага высшего ранга) зачать ребёнка — почти непосильная задача. Мощные магические потоки, особые лунные циклы, смешение и противостояние сил… Словом, на всё воля богов. Соизволят — родится один, максимум двое малышей. Но ждать чудесного события приходится чуть ли не десятилетия!
Помню, как на свадьбе нам с мужем желали терпения и упорства, намекая, чтоб получше старались и не отчаивались. Знали бы друзья и гости, что всё произойдет настолько быстро.
Уже второй месяц я ношу под сердцем новую жизнь.
Может, это потому что я не чистокровная эльфийка? Или дело в скрепившей нас с Вэном истинной любви?
— Ну? — Пока размышляла, муж поглядывал на меня прямым, откровенным взглядом.
Сорвал мантию, бросив на диван. Приблизился поступью хищного зверя. Взял мои ладони в свои. Поднес к губам, запечатлел на каждом пальчике по нежному поцелую.
— Что я должен знать, Диана?
Перехватила его ладонь и прижала к своему животу, не отводя от любимого взгляда.
— Это.
Эльфийские глаза полыхнули настолько ярко, что пришлось на мгновенье зажмуриться. Он замер, пристально вглядываясь в моё лицо. Словно боялся поверить в то, что на самом деле жду нашего ребёнка.
И вдруг… опустился на колени. С нежностью погладил мой живот пальцами, сцепил руки вокруг талии и осторожно прижался ко мне щекой, пытаясь уловить биение крохотного сердечка.
Я совершенно растерялась, впервые видя мужа таким уязвимым. Открытым. Лучащимся искренним счастьем. Пробежалась пальцами по белоснежным волосам и обвила мужскую голову дрожащими пальцами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Давно знаешь? — Поднял Агарвэн испытующий взгляд, смотря столь внимательно, что я засмущалась.
— Пару недель.
— Опять скрывала, Диана?
— Боялась сглазить, — призналась вполголоса.
Эльф неторопливо выпрямился и, не сводя с меня глаз, подхватил на руки.
— Идём.
Когда я осознала, что меня несут в спальню, было уже не вырваться.
