Но стоило пройти пару кварталов, как я сильно пожалел, что не задержался «поговорить» с мародерами: на глаза попались их жертва — растерзанная девчушка лет четырнадцати. Несчастной перерезали горло, после того, как всласть поиздевались. И никто, никто не защитил ребенка!
Ну, точно как крысы, забились по углам. А ведь видели и слышали, даже сейчас из пары домов наблюдали за тем, что происходит на улице.
Я отнес тело к костру. Пусть хоть после смерти к душе убитой придет успокоение.
Прошло еще немного времени, и я понял — в своих рассказах Рис не преувеличил ни капельки! Не стану описывать увиденное, скажу лишь одно — уже через час блужданий от моей веры в человечество почти ничего не осталось.
Хотя… Удалось повстречать в этом царстве безумия и светлую душу: у ворот богатого дома я увидел жреца. Он сидел рядом с умирающим прямо в дорожной пыли, держа его за страшную, черную руку и монотонно читал молитвы. Этого смелого человека совсем не волновало, что он может сам заболеть.
Неподалеку от них устроились две жирные чайки. Они спокойно ожидали, когда человек уйдет, надеясь на свою порцию добычи.
Проходя, я приподнял шляпу и слегка поклонился жрецу, отдавая дань уважения. Кинул в подол когда-то белого балахона золотой. Жрец благословил меня, проводив удивленным взглядом, видно не часто в последнее время его баловали пожертвованиями.
А я заметил рядом со служителем божьим здоровенный тесак и еще больше проникся уважением к столь мудрому человеку.
Добро, добром, а себя защищать тоже надо!
В общем, проплутав по городу добрых четыре часа, я оказался наверху, у кладбищенских ворот. Посидел там немного на большом камне, осматривая Сырт и размышляя — откуда начинать поиск. Решил остановиться на двух заброшенных домах. Даже не домах — развалинах, много лет тому назад оставленных хозяевами.
В каждом городе есть такие. В них обычно селятся бездомные бродяги, отбросы общества, которым некуда податься. А иногда слава подобных лачуг такова, что даже преступники не рискуют в них оставаться.
К сожалению меня ждало разочарование: в вызвавших подозрение дворах ничего не обнаружилось.
И кто бы подсказал, что делать дальше?
Можно проверять каждый дом, но это отнимет столько времени, что все горожане успеют умереть. Стоило придумать что-то другое. Но вот что?
Пришлось пожалеть, что не притащил с собой сирин: я не маг и многое не вижу, хотя часто чувствую. Правда, когда становлюсь… не собой, мои способности резко возрастают. Так что если попробовать…
Хоть и не хочется мне превращаться бог весть в кого, а придется.
Пожалуй, единственный шанс найти источник заразы — это трансформироваться. Чтобы не служить причиной новых легенд и страхов, пришлось вернуться к кладбищу: с этим местом традиционно связаны жуткие сказки, одной больше, одной меньше — не важно.
Преобразился в одной из заброшенных гробниц, стоя на ломких, истлевших остовах, да простят мне усопшие это кощунство. Трансформировался полностью: необходимы были все возможности второго тела. Да и не оборотень я — не умею меняться частично.
Сначала, когда рассматривал город, ничего не происходило, но потом…
Потом в воздухе проявились тонкие струйки ядовито-зеленого цвета. Они тянулись вверх, как мелкие нитчатые пузырьки в потревоженном болоте.
Струек было девять. По числу грехов человеческих.
Шутник, однако, этот маг! Чтоб его демоны к себе во время колдовства утянули!
Я присмотрелся ко дворам, из которых сквозило зеленой заразой, стараясь запомнить их расположение и то, что находится рядом.
Надо сегодня успеть проверить хотя бы один!
Домой я добрался затемно. Хвала Ирие, почти без приключений. Почти — если не считать встречи с компанией вампиров на одной из улочек.
Нежить при виде меня рванула огородами, не дожидаясь драки.
Видно князь крепко промыл своим подданным мозги, запретив со мной связываться. Или они просто ищут способ выкрасть малышку и не хотят лишний раз привлекать внимание и терять бойцов.
А колодец я все-таки нашел. В опрятном ухоженном дворе, полном цветущих растений. Больше всего меня удивило, что отсутствовал запах разложения, хотя вода просто сочилась смертью. Мне даже повторно трансформироваться не пришлось, чтобы ее почувствовать — хватило человеческой ипостаси.
Обследовать колодец не стал — утренняя дурнота так и не прошла, дополнившись еще и головокружением — я попросту боялся сверзиться вниз.
Вот приведу Агаи, решим на месте, что дальше делать.
Домой добрался полностью разбитый и опустошенный.
Есть совсем не хотелось, и я надолго застрял в бассейне, желая смыть с себя не только пыль, но и впечатления, покрывшие мою душу отвратительной коростой.
Вода немного помогла — на сердце стало легче.
Правда, когда одевался, заметил — шатает меня, словно под ногами не земля, а зыбкие острова учинарку. Хотелось растянуться прямо тут, на холодном каменном полу, прижавшись к нему всем телом.
С трудом пересилив это нездоровое желание, сделал несколько шагов, но до кровати не дошел: ноги внезапно подкосились. Перед глазами появились тощие щиколотки Эрхены, и я выругался.
Волшебник недоделанный, какого хрена твоя защита не сработала?!
Даже в таком состоянии я сообразил, что заразился.
А потом мир вокруг поплыл, как дешевые чернила на письме, попавшем под дождь, и я провалился во тьму.
Глава 30
Очнулся я в очень странном месте, где небо скрывалось в клубах желтого дыма, висящего над головой плотным ядовитым облаком.
Я лежал на краю скалы, и мир, покуда хватало взгляда, казался безрадостным огненным адом: голые дымящиеся горы, а между ними, в разломах, потоки лавы. Но жар исходил не только от огненных рек. Тлел сам камень, то и дело, вскидывая вверх маленькие язычки красного пламени.
Я лежал, ощущая, как лижет огонь мою кожу, и она покрывается волдырями, которые тут же лопаются, оставляя на теле кровоточащие язвы, а волосы на голове и теле скручиваются, распространяя запах паленой щетины. А еще я понял, что не знал что такое настоящая боль.
Но хуже всего было то, что место оказалось обитаемым — прямо из огня вынырнули злобные карлики, невзлюбившие гостя с первого взгляда. Они кривлялись, стегая хлыстами из гибкой проволоки по открытым ранам, и скалились при удачных ударах. И когда светящееся от жара жало попадало по ранам, боль пронзала меня, лишая возможности не то что думать, а и просто дышать.
Мне бы раскидать уродцев! Расшвырять во все стороны! Но возможности пошевелиться не было — меня оплели черными кольцами гигантские черви, вылезшие прямо из раскаленной скалы. Они продырявили плоть насквозь, протащили свои колючие тела между ребрами, сквозь руки и бедра.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
