Нефтяники, наплевав на комендантский час, выбегали из общежитий посмотреть, что случилось. Когда Хименес рявкнул, приказывая им вернуться, его подняли на смех. Через несколько минут после взрыва сотни людей уже были на улице.
Подошел и отдал честь капрал.
– Лейтенант, это не американцы.
– Что? Что вы сказали?
– Это не американцы, сеньор. «Гильермо» сорвался с якоря, и его унесло на цех переработки. Вот что вызвало взрыв.
– Вы уверены?
– Я сам видел. Похоже, корабль на четверть вошел в здание.
Хименес не мог в это поверить. Все это – следствие случайности?
– Майора Эспиносу видели?
– Нет, сеньор. Извините.
– Если увидите, передайте, что я пошел в цех на разведку.
– Сеньор. Да, сеньор.
Хименес уже собрался идти, но услышал звуки, которые нельзя было ни с чем спутать, – треск автоматного огня. А вот это не было случайностью. И он побежал на выстрелы.
Когда пламя взрыва взметнулось к затянутому тучами небу, Линк как раз начал выводить пленных из здания, а Эдди с помощью зажигалки пытался воспламенить горючее желе. Занялось даже лучше, чем он надеялся. Стенные панели, самые дешевые, из опилок и клея, горели яростно. Через секунды над головами повисло густое облако дыма.
Он убедился, что выходит последним. Пробежал по комнате, где по-прежнему спали охранники. Дверь они с Эдди оставили открытой, чтобы свежий воздух разбудил их, хотя на самом деле действовали не из соображений гуманности, а чтобы лучше горело.
Как и предсказывал Кабрильо, аргентинцы временно утратили контроль над ситуацией. Солдаты оставили свои патрульные секторы, штатские смешались с военными.
В полумиле от них за пологом летящего снега оранжевое и желтое пламя пожирало цех. Эдди не нужно было всматриваться, чтобы понять – здание уничтожено. А без установки невозможно обогревать базу. В одно огненное мгновение Корпорация превратила аргентинцев из хозяев Антарктического полуострова в людей, нуждающихся в эвакуации. Чтобы через несколько дней не погибнуть от холода. Их надежды аннексировать этот регион рухнули. Мир уже не будет равнодушно смотреть на такие вещи и не позволит им восстановить производство.
Теперь оставалось только благополучно убраться.
Ему не нравилось, что их группа такая большая. Это всегда привлекает внимание. Однако казалось, что никто их не замечает. Большинство шли на пожар, посмотреть, что случилось.
Он доложил о ситуации на «Орегон» и не меньше Макса встревожился из-за исчезновения Хуана. Но он знал Председателя и верил, что в эту минуту тот уже на борту подводной лодки.
Они продолжали идти, не быстро, просто шагом. Постройки стояли тесно, и было только вопросом времени, когда они, выйдя из-за угла, столкнуться с часовым.
Линк почти уступил ему место в главе группы, чтобы, когда они доберутся до «Номада», Эдди, не перебираясь через гостей, мог сразу пройти в рубку.
Когда Эдди увидел часового, тот стоял к ним спиной. Вдалеке Эдди видел, где белизна поверхности сменяется черной водой океана. До причала оставалось меньше ста ярдов.
Скорее почувствовав что-то, чем услышав, солдат повернулся, держа их под прицелом.
– Ягуар, – с вызовом сказал он.
– Капибара, – ответил Эдди.
Солдат о чем-то спросил. Сэн не говорил по-испански и понял, что Линку все-таки следовало остаться впереди. Он поднес сложенную лодочкой ладонь к капюшону, делая вид, что не расслышал вопрос. Не обращая внимания на его пантомиму, солдат подошел и стал рассматривать идущих с ним людей. Все они тонули в бесформенных парках, но невозможно было не заметить, что трое из них куда ниже остальных. Достаточно малого роста, чтобы оказаться женщинами. Которых на базе не было.
Он подошел прямо к блондинке, которую звали Сью, и откинул ее капюшон. Открылось ангельское личико. Часовой прицелился из автомата женщине между глаз. Никто никогда не узнает, хотел ли он стрелять. Линк свалил его очередью из трех выстрелов.
В порыве вдохновения Эдди вскинул автомат и выпустил в небо весь магазин. Солдаты нервничали, не зная, что происходит, и, несомненно, им с самого прибытия твердили, что со дня на день нападут американские коммандос. Даже самый закаленный ветеран к этому времени был бы на грани паники – и в следующий миг, услышав очередь Эдди, какой-то салага на другом краю базы увидел какую-то неясную тень и, уверенный, что это американский «зеленый берет», открыл огонь. Тут словно прорвало плотину – солдаты начали стрелять по всему подряд, грохот автоматного огня перекрыл рев пламени и вой ветра.
Линк сразу все понял. Он ткнул труп носком сапога.
– Беднягу убили свои же. Так это будет истолковано. Не удивлюсь, если они подстрелят еще несколько своих.
Они снова тронулись в путь и вскоре добрались до причала. Никто не был ранен, и до самого последнего момента им везло. Лишь под конец случайная пуля попала в ногу одному из ученых. Он со стоном упал на землю, зажимая рану.
Рана была не смертельная, по крайней мере пока, поэтому Линк, не прекращая движения, поднял его и взвалил на плечо.
«Номад» за время их отсутствия немного отнесло от причала, так что Эдди пришлось тянуть его назад за трос. Он прыгнул на борт и открыл люк.
– Хуан? – крикнул он, пролезая в люк.
Председателя не было.
– Эдди, – сказал с корпуса лодки Линк. – Помоги-ка.
Бывший «морской котик» опустил в люк раненого. У того штанина была в крови, сочащейся из раны. Была задета бедренная артерия. Эдди уложил ученого на мягкую скамью и собрался заняться его ранением, но вниз спрыгнул один из пленных и оттер его плечом.
– Я врач.
Эдди ничего другого не требовалось. Он пробрался в нос, к приборам управления, и сел в кресло штурмана.
– Макс, ты меня слышишь? – сказал он в микрофон, одновременно готовя лодку к возвращению на «Орегон».
– Хуан не объявлялся?
– Нет. Мы грузимся в «Номад». Его здесь нет.
Молчание затянулось на пятнадцать секунд. На двадцать. Наконец Макс спросил:
– Сколько вы сможете там пробыть?
– Думаю, нисколько. Один из ученых ранен. Похоже, может истечь кровью. Его нужно как можно быстрей доставить в операционную.
В ходе заданий доктор Хаксли с помощниками всегда дежурила в лазарете, готовая немедленно оказать помощь раненым.
Эдди оглядел подводную лодку. Все сидения на скамьях были уже заняты, люди начинали садиться друг другу на колени. То, что раненый занял четыре места, а врач тем временем пытался спасти ему жизнь, мало влияло на этот расклад. Остальные молчали, но, заметив взгляд Эдди, отвечали улыбкой.
– Док, – окликнул Эдди. – Мне нужно полчаса, чтобы добраться до корабля, там ждет антишоковая бригада. Каковы его шансы? От ответа может зависеть жизнь другого человека.
