мы с Монро зашивались.
Я так увлёкся работой, что не сразу отреагировал на раздавшееся сбоку аханье, а когда сообразил, что это Маруська, моя помощница и, казалось бы, сдержанная и хорошо воспитанная техника, удивлённо посмотрел сперва на кофемашину и, лишь заметив ужас на электронной мордахе, обратил взгляд к доверенному ей экрану. И побледнел.
После того ада, что я считал в воспоминаниях Бобо, был уверен, что готов ко всему. Я знал, что они пытают людей, исследуют, погружают их в определённые условия, как учёные — лабораторных мышей, но не развивал мысль дальше. Оказалось, эти нелюди дошли и до самого святого — отношений между мужчиной и женщиной и закономерного их продолжения.
Не знаю, что испытывал шеф, как держался, но меня замутило. И на этот раз совсем не от ритмичного движения его руки и, соответственно, камеры.
— Только не детки, — со слезами в голосе произнесла Маруся. — Только не они.
— Маруся, иди на кухню, — выдавил из себя.
— Дамирушка, ну как же так? — запричитала она, не отрываясь от экрана, на котором вовсю шла демонстрация жути. — Это ведь живые люди. Разумные. Зачем они так с ними?
— Для фаранов мы столь же разумны, как для нас — тараканы. Иди почитай книжку про любовь, отвлекись, — посоветовал я впечатлительной кофемашине, хотя меня самого едва не трясло от увиденного.
— Как тут отвлечься?
— Могу память стереть, — предложил, испытывая страстное желание перемотать жуткое видео хотя бы моментами. И себе стереть память заодно!
— Не надо, я справлюсь, я сильная, — пробормотала Маруська, уговаривая себя. — Дамирушка, нужно вызволять оттуда шефа. Что угодно делать, как угодно, но спасать его. Он на официальных переговорах, а они творят такую… дичь. Что же там происходит без внимания общественности? И почему такая тишина?
— Подозреваю, шеф общается с фаранами исключительно мысленно, это повышает его статус до приемлемого уровня. И то, что его допустили в лаборатории, о многом говорит. У нас будет масса сведений, когда он вернётся.
— Скорее бы, — вздохнула Маруся и всё–таки сбежала.
Я себе подобной роскоши позволить не мог. Я должен был умудриться отключить эмоции, просмотреть видео до конца, сделать нарезку, отчёт по нему и выслать файлы адмиралу Монро. Если кому и тратить бездну времени на страшное видео, то мне. Да и адмирал, уверен, просмотрит его целиком, максимум — перематывая помеченные мной, как неважные, моменты.
Я проработал всю ночь и, кажется, прилично зачерствел, потому что… Нет, я решительно не представляю, как шеф ведёт переговоры. Даже мне, в некоторой степени помешанному на науке и познании учёному, заиндевелому менталу, было сложно обрабатывать информацию.
— Какая всё–таки дрянь эта внешняя политика, — пробурчал себе под нос, как вдруг понял, что случись контакт спустя лет тридцать, на это задание вместо шефа, вполне вероятно, отправилась бы Идарика, ведь адмирал не особо скрывает расположения к Ангелочку и я прекрасно знаю, почему.
Интересно, если бы она была с Дитером, её бы всё равно бросили под танки?
Крепко задумался. Как ни крути, а система распределения — это узкий круг лиц, жестоких, одержимых одной идеей — сделать людей более сильной и жизнестойкой расой. Пошли бы фараны на контакт, если бы с ними общался не адмирал Традо, который, к слову, не человек, а метран? Не факт.
Возможно, в системе распределения есть толк, но я учёный и моя задача — не слепо подчиняться системе, а исследовать её, возможно, улучшать.
И делать жизнь близких людей лучше.
Если Идарике безопаснее с Дитером, то… Смогу ли я? Я ведь эгоист. Законченный. Как и многие учёные.
Поспать так и не удалось, я в очередной раз сходил к Ладе на поклон, получил вместе с лечением укоризненный взгляд, зато утром отправил готовые материалы адмиралу Монро. Сам же принялся за работу, параллельно поглядывая на часы. До возвращения Идарики и Кирилла с Таней оставалось всего три часа, а там уже можно и поспать. Только посмотрю на неё и всё, сразу баиньки.
Ида вышла из транспортника, ехидно поглядывая по сторонам в поисках моих камер. И как догадалась? Умница моя.
А вот Кир с Таней никак не могли друг от друга оторваться. Ох уж эти пси! Столько эмоций! Надеюсь, они там не фонят на всю посадочную полосу. И что юная леди вспомнит о порученном ей задании и первым делом зайдёт ко мне с результатами исследований, а не помчится по салона красоты наводить марафет после длительной командировки без привычных девушкам благ цивилизации.
Ответственная Таня не подвела и, как только белобрысый верзила отлип от неё и убежал отчитываться перед старшими по званию, направилась ко мне.
— Привет. Чего это ты переехал? — поинтересовалась она, оглядывая мои новые владения.
— Привет. Традо улетел в командировку, вынужденно веду часть его проектов, ну и общаюсь теперь с большими шишками. Вот, выдали мне кабинет, — обвёл рукой немаленькое пространство, — Попрезентабельнее.
— Повысили?
— Не без этого.
— Поздравлять или сочувствовать? Как–то не выглядишь ты сильно довольным, да и в целом: лицо серое, волосы тусклые, взгляд мне, кстати, тоже не очень нравится. Переутомление? А Маруська здесь?
— Предательница эта? Здесь, конечно, куда она денется? А что?
— Да ничего, думала поздороваться. Дамир, что на самом деле случилось? Я никогда не видела тебя в таком состоянии. Может быть, сходим в лазарет, я вколю тебе витаминный комплекс? Ты давно спал? Или правильнее спросить: ты вообще спал в последние сутки?
— Шеф улетел на спецзадание, мы с твоим отцом крутимся, как два ужа на сковороде, ещё и это повышение, переезд, куча требований совета… Устал. А спать некогда.
— Сделать тебе чай с мятой? — предложила Таня, поднимаясь.
— Маруська сделает, она теперь умеет. Лада официально запретила мне пить кофе, представь себе! — взвинчено наябедничал я, потому что ситуация с любимым напитком бесила неимоверно.
— Как я тебе говорила, что нельзя пить
