выделил время. Она никогда не тревожила по пустякам.
Выросшая в семье людей, имеющих вес при принятии решений общегалактического масштаба, Таня с детства знала, что каждое научное достижение, каждое, даже самое, с первого взгляда, незначительное открытие, может иметь огромное значение для человечества. И она жила мечтой сделать мир лучше, чище, добрее, безопаснее, счастливее. И главное — её совсем не привлекала политика. Как и меня, собственно. Так что иногда мы обменивались мнениями и спрашивали совета друг у друга, хоть медицина — не самая моя сильная сторона.
Я знал, что на борт корвета ей поставили несколько коробов с биоматериалами, даже кое–что добавил от себя. Однако подозревал, что в этот раз ей подложили не только простые стандарты крови, но и кровь тех, кто пережил тесный контакт с новой расой. Учитывая, что Таня тестирует материалы не только лабораторными методами, но и с помощью пси–способностей, можно надеяться на интересные сведения.
Однако в этот раз она говорила не столько о работе, сколько спрашивала моего совета и делилась страхами. Немного зная, как работает, Система, Таня терзала себя мыслью, что, если когда–нибудь придётся выбирать между любовью и наукой?
Как оказалось, адмирал Монро сразу предупредил дочь, что на Кирилла у Совета большие планы и прямая обязанность его жены — помогать мужу во всём, даже, при необходимости, пожертвовав карьерой. От этих слов девушке хотелось как в детстве закрыть глаза и сделать вид, что это неправда.
Я прекрасно знал, что позиция слабой и беспомощной Таню не устраивала, потому спешно читал остальные письма.
«Кириллу хватает и своих забот, ещё мои на него вешать — перебор. Обойдусь без известности в научных кругах, не облезу. А работать и дома можно или в той же Академии. Вон, сколько секретных проектов, как для меня созданы», — в очередной раз придушив честолюбивые мечты, писала Таня. — «Если на то пошло, половина современных достижений — твоих рук дело, а никто про тебя ни слухом, ни духом. Как ты с этим живёшь, Дамир, хочется ведь похвастаться?»
Я улыбнулся. Таня молода, красива и амбициозна, но пока не понимает, что известность лишь мешает работе. Трудоголики вроде нас страдают от необходимости ездить на выставки, светские мероприятия и прочие ненужные нам события. А учитывая уровень секретности, с которым мы работаем…
Ответил ей, что мне нравится жить в тени таких прекрасных дам, как она, и переключился на свои заботы. Таня умная девочка, она сама разберётся с внутренними демонами. Уверен, она уже просчитала все возможные варианты и просто грустила в ожидании Кирилла. Но как только он ступит на борт, я не получу ни одного письма.
Рабочая почта известила о получении важного задания.
— И зачем я согласился на повышение? Был бы старшим инженером — горя не знал, — в стотысячный раз только за этот день вздохнул я.
Совет словно сошел с ума: заказы сыпались один за другим, всё требовалось сделать срочно, притом каждое ведомство настаивало на первоочередности своего проекта. Без привычной поддержки со стороны Шефа мне приходилось непросто. Адмирала Монро я беспокоить не хотел, тот тоже завален работой по горло и сверкал такими же синяками под глазами, что я видел в зеркале, поэтому я врал и выкручивался, улыбался и врал ещё больше. Сотрудники моей лаборатории трудились денно и нощно, но работы от этого не убывало, и я с ужасом думал, как надолго нас хватит.
Решение административных вопросов и бесконечный цикл визитов и звонков высокопоставленных лиц выжимали из меня все соки. Собственные изобретения приходилось отложить в долгий ящик, поскольку подчинённым я был нужен, как никогда.
Однако была одна задача, на решение которой я находил время. В ущерб себе, своим интересам и потребностям, но находил.
Безопасность миссии Шефа.
Контакт с новой расой.
Как много перспектив и опасностей. Как много надежд и страхов.
Впервые за последние триста лет Объединенные Земли сталкивались с расой, о которой ничего не слышали ранее. Опыт сотрудничества с Иными у людей был весьма однобокий — нас приняли в Союз Рас, дали краткую информацию, общий свод правил и готовые, по большей части невыгодные человечеству, контракты. Столетия дипломатии, тщательно продуманные изменения во внутреннем законодательстве, некоторые хитрости — и мы смогли более–менее реабилитировать свое положение. Те же мед–боксы у орти получили. С метранами подружились. И вот, наконец, первый самостоятельный Контакт.
— Как же с ними сложно, чёрт возьми! Что за хитрожопые уроды! У, жабы! Маруська, ещё кофе! — психовал я, расшифровывая очередной пакет информации от шефа.
Если бы не моя последняя разработка — хитрые браслеты, которые я создал для сестёр, а не для военных, у нас с Традониадалем вообще не было бы связи. Но в последний момент я выдал ему тестовый образец и в двух словах успел объяснить, как им пользоваться. Хорошо, шеф дружил с техникой и смог разобраться в тонкостях недоделки уже на борту иных.
Я лично просматривал данные и направлял зашифрованное специальным кодом сообщение адмиралу Монро, а тот уже разбирался с ксенопсихологами и членами совета, и готовил ответ, который я отправлял обратно, надеясь, что письмо быстро достигнет адресата. К сожалению, скорость зависела не от меня, а от местоположения шефа и количества космических судов на протяжении маршрута.
— Дамирушка, солнце мое, уже утро, а ты ещё не ложился, — ласково пропела кофемашина, — Может быть, мне стоит связаться с лазаретом и попросить подготовить мед–бокс, это освежит и придаст тебе сил?
— Маруська! — рыкнул недовольный создатель в моём лице. — Кофе!
— Готово, — казённым тоном доложила обиженная техника.
Сделав глоток любимого обжигающе горячего напитка с лаймом, передернул плечами и довольно прогудел: — Ух, хорошо!
Маруська подозрительно затихла и даже световые индикаторы потушила.
— Обиделась, что ли? — уже более спокойным тоном уточнил я. Ответом стал стук в дверь и доклад системы, что введён экстренный пароль медслужбы. — Ой, предательница! Я же тебя создавал, я же на тебя деталей не жалел, энциклопедии Литнета тебе покупал, а ты!
Маруська молчала, потому я обернулся к двери и отсалютовал чашкой кофе вошедшему лекарю.
—
