– О, Гарет, мне так жаль… – Но Кристина не смогла продолжить дальше. Лучше бы он накричал на нее, ударил, но не был таким добрым и уступчивым. Гарет с Кристиной уже подходили к дому, когда вдруг девушка остановилась и, внимательно посмотрев ему в глаза, проговорила:
– Я так не могу, Гарет. Я не могу продолжать делать вид, что ничего не случилось… Наши отношения не могут быть прежними.
– Я думаю, что ничего не изменилось… Это не серьезно. Что, по-твоему, я чувствую? Неужели так трудно упросить тебя немного подождать, пока время не покажет нам, что к чему? Неужели ты не можешь сделать это ради меня, Кристина? Пожалуйста!
Боль, звучавшая в его голосе, не могла не встревожить Кристину. Она чувствовала себя очень виноватой.
– Хорошо, – прошептала девушка. – Если ты действительно этого хочешь, я постараюсь.
Уже дома Кристина поняла, что не должна была соглашаться с Гаретом. Она не сможет вынести все эти вопросы, только не сейчас.
– Я пойду к себе. Я не буду обедать. Скажи, что я плохо себя чувствую, скажи все, что захочешь…
В столовой за обедом леди Кларисса точно подметила:
– Кристина сама не своя последние два дня. Надеюсь, что она не заболела.
– А как наш медик? – спросил Эверард Уориндер, наливая в бокал Гарета вино. – Что он скажет об этом?
– Вообще-то, – пробормотал Гарет, – мы с Кристиной сегодня немного повздорили. Я думаю, что нужно отложить нашу свадьбу на несколько месяцев.
Вот она из-за этого и рассердилась на меня.
– Я не удивлен, – выпалил Гарри. – В последний год ты часто уезжал, не удивительно, что Крис не понравилась идея очередной отсрочки.
Эверард, который думал, что знает свою дочь лучше остальных, был не совсем согласен с таким объяснением, но доверился разуму Гарета, надеясь, что тот примет правильное решение.
Кристина появилась только после обеда. Она выглядела бледной, но в то же время была довольно уверена в себе. Когда она вошла в гостиную, отец что-то читал.
– Кристина, доченька. Тебе лучше, дорогая? – заботливо спросил мистер Уориндер.
– Да, папа. Спасибо.
Девушка посмотрела на своих родных. Леди Кларисса увлеченно что-то вышивала, Гарри растянулся на софе со спортивным журналом, а Гарет играл с лордом Уориндером в шашки.
Лорд Уориндер весело сказал:
– Что-то ты невнимателен, мальчик. Я без труда выиграл у тебя эту партию! Какой-то ты странный сегодня…
– Извините, сэр. Я немного разучился играть. Обещаю, что в следующий раз покажу вам высокий класс.
Несмотря на все свое самообладание и рассудительность, Гарет был очень расстроен и тяжело переживал, как ему казалось, один из самых худших дней его жизни.
Дядя Давид, заметив Кристину, показал рукой на место рядом с собой.
– Иди сюда, моя дорогая девочка! Посиди со мной рядом и расскажи последние новости.
Мистер Фрайзер сразу же заметил, что у Кристины что-то произошло, но ничего не спросил об этом.
– Да мне рассказывать особенно нечего, – тихо пробормотала Кристина и послушно села рядом.
– Итак, – продолжал мистер Фрайзер, – поведай старику о последних интересных случаях в твоей клинике. – И он положил свою большую, всю в прожилках, морщинистую руку на ладонь Кристины.
На следующий день вещи были собраны, и все, кто гостил в Брамбере, отправились домой в Лондон.
Часть IV
КЕЙТ
1853
Глава 1
Кейт в греческом платье красного цвета с голубыми и белыми вставками, с распущенными волосами, которые очаровательно выглядывали из-под позолоченного шлема и в свете ламп красиво переливались, стояла на носу импровизированного корабля и пела «Британию». Она грациозно размахивала руками, приглашая слушателей ей подпевать. Зал запел хором, и она с воодушевлением произнесла последние слова:
Британцы рабами не будутНикогда, никогда, никогда!
Все встали, и раздался гром аплодисментов. Ее вызывали на бис шесть раз. Представление длилось четыре часа. Там была и детская сказка, и балет, и юмористические куплеты, от которых все просто падали от смеха. Но главное – непревзойденное выступление Кейт. Деньги от этого концерта в театре должны были пойти на решение амбициозных планов мистера Кина, который подумывал о новом театральном сезоне, в котором должны были быть классические постановки.
Кристина сидела вместе с Гарри в партере, и это ей нравилось больше, чем уединение в ложе, которую обычно заказывал ее отец, когда они совершали нечастые походы в театр.
– Пойдешь со мной в гримерную к Кейт или подождешь меня в фойе? – спросил Гарри Кристину, когда они пробирались к выходу. – Я хочу предложить вам обеим сходить куда-нибудь поужинать.
– Правда? Как здорово! Надеюсь, ты предупредил папу, что мы задержимся? – радостно воскликнула Кристина.
– Конечно. И даже сказал, куда мы пойдем. Он не возражал, просто сказал: «Не уводи надолго свою сестру». Вот и все. Я не упоминал о Кейт.
Кристина рассмеялась. В этот вечер она чувствовала себя беззаботной и счастливой. Ей всегда было легко с Гарри, она просто отдыхала в его обществе.
– А ты уже говорил Кейт?
– Да, конечно. Я сегодня утром заглянул к ней на репетицию. У нас было всего несколько минут, чтобы поговорить. Я сказал, что ты к нам присоединишься.
Кристина догадывалась, что Гарри хочет, чтобы во время их первой после долгих месяцев разлуки встречи еще кто-нибудь присутствовал. У дверей гримерной Кейт было настоящее столпотворение, но пожилой мужчина, дежуривший у двери, никого не пускал к актрисе. Однако насчет Гарри и Кристины он был заранее предупрежден и поэтому быстро открыл перед ними дверь, чтобы впустить их в гримерную.
Кейт сидела перед зеркалом в легком платье и расчесывала волосы красивой блестящей расческой. Комнатка была небольшая, в углу ее на стуле сидел Дэниел. Он смеялся над чем-то, что Кейт ему рассказывала.
– Гарри, дорогой! Кристина, как я рада вас видеть! – Кейт подставила свою щеку для поцелуя и потом сама поцеловала Кристину. – Вам, надеюсь, понравилось представление? Вы даже не представляете себе, как я себя чувствовала, стоя на этой палубе корабля. Всякий раз, когда я двигалась, раздавался ужасный скрип. Я живу в постоянном страхе, что в один из вечеров все это сооружение рухнет, а я окажусь в оркестровой яме, – и она беззаботно расхохоталась.
Кейт говорила слишком быстро и достаточно громко, и Кристина подумала, что, должно быть, девушка слегка нервничает.
Дэниел поднялся со стула и сказал:
Если здесь Гарри, то мне не нужно, наверное, тебя провожать домой. Значит, я могу быть свободен, а, Кейт?
– Не уходи, пожалуйста, – тут же сказал Гарри. Пойдем вместе с нами.
