— Нам лучше забраться в экипаж прежде, чем пойдет дождь.
Это была абсолютно обычная фраза, но Тесса все равно онемела.
Она молча последовала за Джемом к экипажу и позволила ему помочь ей забраться вовнутрь. После того, как он залез после нее и закрыл дверь, она заметила, что у него не было его трости-меча. Экипаж тронулся с места, покачиваясь. Тесса, чья рука была на окне, вскрикнула.
— Ворота… она закрыты! Экипаж…
— Тише. — Джем положил свои руки на ее.
Она не могла не задохнуться, когда экипаж поехал к запертым на навесной замок железным воротам… и проехал сквозь них, как будто они были не более вещественными, чем воздух. Она выдохнула со свистом удивления.
— Безмолвные братья обладают сильной магией, — сказал Джем и опустил руки.
В этот момент начался дождь, небо разверзлось, как проколотая грелка. Через листы серебра Тесса могла видеть, как экипаж проезжал сквозь пешеходов, как будто они были призраками, скользнув в узкую расщелину между зданиями, прогрохотал через внутренний двор и затем сарай, коробки и все, что содержалось в них, и, наконец, появился на набережной, гладкой и влажной из-за дождя, вздымающейся рядом с серой водой Темзы.
— О, Боже, — сказала Тесса и задернула занавески. — Скажи мне, мы же не собираемся ехать через реку.
Джем засмеялся. Даже не смотря на ее шок, это был долгожданный звук.
— Нет. Экипажи Безмолвных Братьев путешествуют только по земле, насколько я знаю, хотя это путешествие и специфичное. Первый раз или два немного тошнит, но потом привыкаешь.
— Ты привык? — Она прямо посмотрела на него. Это был тот самый момент. Она должна сказать это прежде, чем их дружба пострадает еще больше. Прежде чем появится еще больше неловкости. — Джем, — сказала она.
— Да?
— Я… ты должен знать… как много твоя дружба значит для меня, — начала она неловко. — И…
Боль промелькнула на его лице.
— Пожалуйста, не нужно.
Сбитая с толку, Тесса могла только моргать.
— Что ты имеешь в виду?
— Каждый раз, когда ты говоришь слово «дружба», это как нож в сердце, — сказал он. — Быть друзьями, это прекрасно, Тесса, и я не пренебрегаю этим, но я долгое время надеялся, что теперь мы сможем быть больше, чем друзьями. И затем подумал после той ночи, что, возможно, мои надежды не тщетны. Но теперь…
— Теперь я все разрушила, — прошептала она. — Мне так жаль.
Он посмотрел в окно. Она чувствовала, что он борется с сильными эмоциями.
— Тебе не следует извиняться за то, что ты не разделяешь мои чувства.
— Но Джем. — Она смутилась и могла думать только о том, чтобы избавить его от боли, уменьшить его страдания. — Я извинялась за мое поведение той ночью. Оно было развязным и непростительным. Что ты, должно быть, думаешь обо мне…
Он удивленно поднял глаза.
— Тесса, ты не можешь так думать, ты же так не думаешь? Это я вел себя непростительно. Я едва мог посмотреть на тебя с тех пор, думая, насколько же ты меня презираешь…
— Я никогда бы не смогла презирать тебя, — сказала она. — Я никогда не встречала никого такого же доброго и хорошего, как ты. Я подумала, что ты в ужасе от меня. Что ты презираешь меня.
Джем выглядел шокированным.
— Как я могу презирать тебя, когда это мое возбуждение позволило случиться этому между нами? Если я бы не был в таком отчаянном положении, я бы проявил больше сдержанности.
Он имеет в виду, что если бы у него было достаточно самообладания, чтобы остановить меня. Он не думает о моей непристойности. Он предполагает, что этого нет в моем характере.
Она снова пристально посмотрела в окно, вернее в его кусочек, который она могла видеть. Была видна река, черные лодки, покачивающиеся на волнах, дождь, смешивающийся с рекой.
— Тесса. — Он поднялся и сел, так чтобы сидеть рядом с ней, а не напротив, его взволнованное, красивое лицо было близко к ее лицу. — Я знаю, что примитивных девушек учат, что это они несут ответственность, чтобы не искушать мужчин. Что мужчины слабы и женщины должны сдерживать их. Я тебя уверяю, что нравы Сумеречных охотников отличаются. Больше равенства. Это был поровну наш выбор сделать то, что мы сделали.
Она пораженно посмотрела на него. Он такой добрый, подумала она. Казалось, что он читает страхи в ее сердце и рассеивал их прежде, чем она успевала сказать о них вслух. Тогда она подумала об Уилле. О том, что произошло между ними прошлым вечером. Она оттолкнула воспоминания о холодном воздухе вокруг них, о жаре между их телами, когда они прижимались друг к другу. Она была под воздействием наркотиков, так же как и он. Все то, что они сказали или сделали, не означало ничего больше, чем треп опиумного наркомана. Нет никакой нужды рассказывать кому-либо об этом. Это не значит ничего. Ничего.
— Тесса, скажи что-нибудь, — голос Джема дрожал. — Я боюсь, что ты думаешь, что я сожалею о той ночи. Я не сожалею. — Его большой палец слегка задел ее запястье, голую кожу между манжетой платья и перчаткой. — Я сожалею только о том, что это произошло слишком рано. Я… Я бы хотел… сначала ухаживать за тобой. Брать тебя в поездку вместе с компаньонкой.
— Компаньонкой? — Тесса рассмеялась, не похоже на себя.
Он продолжил решительно.
— Сказать тебе о моих чувствах прежде, чем показать их. Писать стихи для тебя…
— Ты даже не любишь стихи, — сказала Тесса, в ее голосе можно было уловить почти что смех облегчения.
— Нет. Но ты заставила бы меня захотеть написать их. Разве это не имеет значения?
Губы Тессы изогнулись в улыбке. Она наклонилась вперед и подняла глаза на его лицо, такое близкое к ее, что она могла разглядеть в отдельности каждую серебристую ресницу, нечеткие белые шрамы на его бледном горле там, где когда-то была отметка.
— Это звучит так, как будто ты использовал это на практике, Джеймс Карстейрс. Сколько девушек ты привел в дикий восторг этим высказыванием?
— Есть только одна девушка, которую я бы хотел привести в восторг, — сказал он. — Вопрос в том, будет ли она в восторге?
Она улыбнулась ему.
— Она будет.
Мгновением позже, она не знала, как это случилось, он поцеловал ее, его губы мягко касались ее, его рука поднялась и легла на ее щеку и подбородок, удерживая ее лицо. Тесса услышала легкий звук шуршания и поняла, что это были шелковые цветы на ее шляпе, которые были придавлены к стене экипажа с той стороны, где его тело прижималось к ее. Она вцепилась в лацканы его пальто, так чтобы быть ближе к нему и в то же самое время удержаться от падения.
Экипаж, дернувшись, остановился. Джем отодвинулся от нее, выглядя при этом ошеломлённым.
