Она остановилась, увидев, как из магазина появилась Полин Макгрегор. Джоанна всматривалась в женщину, которую едва знала. Хотя Хью так и не смог доказать, что поваленная изгородь, из-за чего утонуло так много овец из его стада, дело рук Колина Макгрегора, но о добрососедских отношениях между Уэстбруками и Макгрегорами речь идти не могла. Когда на какое-либо торжество в Килмарнок съезжалось общество Западного района, Хью с Джоанной оставались дома, и когда в «Меринде» собирались гости со всей округи, Макгрегоры не появлялись. В Камероне на собраниях Ассоциации жен овцеводов, где обсуждались филантропические проекты или распределение благотворительной помощи, Полин с Джоанной также удачно избегали друг друга, не обменявшись ни взглядом, ни словом.
Джоанна продолжала наблюдать. Полин все стояла у магазина, словно не могла решить, куда направиться. В тридцать три года Полин сохранила стройность и привлекательность. Синее приталенное шелковое платье очень ей шло, и многие мужчины не могли удержаться, чтобы не взглянуть на нее. Пока Джоанна гадала, почему Полин, всегда такая щепетильная в соблюдении правил приличий, вдруг оказалась одна на людной улице, элегантный экипаж, запряженный парой лошадей, остановился рядом с Полин. Она с улыбкой направилась к экипажу, затем из него вышел мужчина, протягивая руки ей навстречу. Джоанне был виден его профиль, и она едва сдержалась, чтобы не ахнуть вслух.
Это был Хью!
А затем…
Она сдвинула брови. Джентльмен подал руку Полин и повернулся к Джоанне спиной, так что ей не удалось увидеть его лицо полностью.
Неужели Хью?
– Мам, посмотри, – позвал ее Адам. – Вот свободный экипаж.
Но Джоанна, занятая своими мыслями, не отзывалась.
– Мама.
Джоанна успела заметить, как в экипаже исчезает шлейф платья Полин.
Она готова была поклясться, что это был Хью.
– Сара, ты видела?
Она умолкла, качая головой. Нет, конечно, это был кто-то другой. Во-первых, этот мужчина уступал Хью в росте, и потом, с какой стати Хью вдруг мог оказаться в Мельбурне?
– Ничего, я, должно быть, устала, – сказала она, провожая глазами экипаж с Полин. Конечно, в усталости все дело. Неделя была утомительной, да еще ее мучили кошмары. Вот и стало ей мерещиться неизвестно что.
– Ну, а теперь все садимся в экипаж, – скомандовала Джоанна.
Когда дверца закрылась и кучер вернулся на свое место, у всех вырвался вздох облегчения. Приятно было наконец сесть и отправиться домой. Адам болтал без умолку обо всем удивительном, что встретилось ему на выставке: об исследователях и воздухоплавателях, о путешественниках, открывших реки и давших названия горам. Они совершили увлекательные путешествия и побывали в самых диковинных местах на земле. Но самое глубокое впечатление произвел на него динозавр и копия кроманьонца.
– Когда-нибудь я тоже найду кости древних людей или вымершего животного! – с воодушевлением говорил Адам. – Может быть, я открою растение, которое никто еще не видел.
– Назови что-нибудь моим именем, Адам, – попросила Бет.
– Я назову в твою честь цветок, хорошо? Я отправлюсь в Новую Гвинею, и там мне встретится редкая орхидея, еще не имеющая имени. И она получит название Elizabelbus officinale. Тебе нравится?
– Адам, а что там у тебя? – спросила Джоанна.
Он протянул ей тонкую пачку брошюр и рекламных листков.
– Их можно было брать бесплатно, – поторопился он успокоить ее.
Джоанна просмотрела набранные Адамом брошюры, представлявшие причудливую смесь от рекламы «Электрического пояса Уилсона», жевательного табака «Влэкбой» и приглашения посетить «Приемную доктора Сноу на Соунсон-стрит и побывать на бесплатном сеансе настоящего месмеровского лечебного гипноза» до купона на скидку в шесть пенсов при покупке любой шляпы в магазине Макмаона на Коллинз-стрит «Галантерейные товары для мужчин».
– Правда же, их можно было брать? – спросил Адам.
– Конечно, милый. Но думается мне, они рассчитывали своей рекламой привлечь тех, кто намерен потратить деньги в их заведениях!
Возвращая Адаму бумаги, она обратила внимание на торчавший внизу пачки листок. Ее привлекло напечатанное вверху слово «Карра». Она вытащила его и увидела, что это была брошюра, призывающая оказать содействие в спасении Миссии поддержки аборигенов в Карра-Карра, находящейся в колонии Новый Южный Уэльс.
19
Ребенок заплакал, и Мерси Камерон потянулась к нему, собираясь забрать:
– Давай, я ее возьму. Она хочет к маме.
– Да, конечно, – ответила Полин, неохотно возвращая ребенка матери.
– Джейн всего два месяца, а она знает, кто ее мама. Правда, Джейн, пышечка ты моя?
Полин смотрела, как успокаивается малышка на руках матери, и отвернулась. У тира для стрельбы из лука уже выстроилась целая очередь из детей, но Полин оставила свой пост, чтобы взглянуть на малышку Мерси Камерон. И вот она вернулась к прерванному занятию: помогать мальчикам стрелять в цель за приз. Уходя от Мерси, Полин бросила взгляд на плакат над палаткой через дорогу и в очередной раз почувствовала неприятный холодок: «Спешите увидеть это шоу, пока живы, а то умрете и уже ничего не увидите». Надпись напоминала, что не за горами ее день рождения. Через несколько дней ей должно исполниться тридцать три.
В это теплое апрельское утро на ярмарке в Камероне было по-особенному многолюдно. Казалось, всем жителям района вдруг дружно захотелось приехать сюда посмотреть на такие увлекательные и своеобразные зрелища, как человек, глотающий шпаги, и абориген, боксирующий с кенгуру. На ярмарке проводились соревнование «Рубка дерева» и скачки, ходили на ходулях акробаты, разъезжали на осликах клоуны. Желающие могли узнать судьбу у гадалки Магды и понаблюдать за ловкостью рук фокусника Престо. Полин с Луизой Гамильтон работали в павильоне, где дети стреляли из небольших по размеру луков в цель на тюке прессованного сена. Павильон пользовался популярностью, цена трех выстрелов была один пенс, и вся вырученная сумма должна была пойти в сиротский приют Камерона. Но Полин никак не удавалось сосредоточиться на своей работе. Ее отвлекали мысли о младенцах и предпринимателе из Сиднея Джоне Прайоре, которого она встретила в прошлом месяце в Мельбурне. Его сходство с Хью Уэстбруком было просто потрясающим.
– Малышке Джейн досаждают колики, – пожаловалась ей Мерси, наблюдая, как Полин помогает маленькому мальчику справиться с луком и стрелой. – Мод Рид посоветовала добавлять в молоко мяту перечную, но улучшения что-то не заметно.
Полин прочитала книгу об уходе за младенцами, написанную няней, пользующейся в Мельбурне большим авторитетом. Она также читала статьи в женских журналах, касающиеся ухода за маленькими детьми, и всегда прислушивалась, когда матери делились опытом. Ей хотелось сказать Мерси, что для младенцев мята перечная слишком резкая и предпочтительнее мята колосовая, как менее крепкая. Но Полин сочла за лучшее держать свое мнение при себе. Она давно уже убедилась в том, что если дело касалось детей, никто не желал слушать советы женщины, их не имеющей.
