лишь в мечтах. Конечно, он говорил, что любит. Только и отец любил маму.
— Джослин, не говори так, — расстроенно нахмурилась Виктория.
— Джослин, — позвал меня… Шейн.
Мы с подругой резко обернулись на звук его голоса. На приятном лице мужчины отпечаталось выражение решимости, голубые глаза смотрели в мои остро. Хвост тёмных волос трепал ветер.
— Нужно поговорить, — без приветствий и отступлений заявил он.
— Нужно, — хмыкнула я горько.
Интересно, он знает об этих статьях и хочет перейти к выставленным им условиям? Или желает обсудить нарушение нашего контракта? Как бы то ни было, я не собираюсь бегать от этого разговора. Мне плохо и тошно, но к общению с Шейном всё равно не подготовиться.
— Джослин плохо себя чувствует, — передо мной выступила Виктория. Её участие удивило не только меня, тёмные брови Гранта приподнялись в выражении изумления. — Она собиралась пропустить следующие занятия из-за плохого самочувствия. Придётся отложить разговор.
— Не лезь, Виктория. Это касается только нас, — припечатал он сердито. Ещё и обращался так, будто они старые знакомые, а не просто преподаватель и рекрут. — Джослин, жду тебя у себя в квартире академии.
Даже не в кабинете…
— Она не пойдёт, — Виктория схватила меня за руку и, наверное, потащила бы за собой.
— Не надо, — попросила я, прерывая гневную отповедь Шейна. — Нам действительно надо поговорить.
— Жду тебя, — повторил Грант.
Глянув с предупреждением на Викторию, он зашагал в сторону жилого здания преподавателей. Сердито выругавшись под нос, драконица вытянула из кармана артефакт связи.
— Ты что собралась делать? — уточнила я подозрительно.
— Пожалуюсь брату, конечно же, — фыркнула она.
— Зачем? — опешила я. — Не надо.
— Запрети мне, — вскинув упрямо подбородок, она развернулась и отправилась обратно в главное здание академии.
А я так и осталась стоять на дорожке, не зная, что предпринять: бежать ругаться с Викторией или нестись разбираться с Шейном.
— А! — схватившись за голову, я рванула к жилому зданию первого курса.
Появление Гранта окончательно выбило из колеи. Кажется, никогда прежде меня так не штормило. Хотелось и реветь, и хохотать в голос. Внутренне меня кидало от состояния крайнего отчаяния до злого веселья. А перед глазами ещё горели буквы злополучной статьи.
«Помолвка Итана Вилдбэрна и Камиллы Моррис».
А если это правда? Хотя какое «если»? Он чистокровный, и не может жениться на полукровке, даже если она дочь погибшего императора. Да и что теперь значит имя моего рода? Я никто, сирота, и значимого во мне только редкий дар. Только для меня это лишь проклятье, которое не позволяет мне жить спокойной жизнью. Но Итан признался мне в любви. Значит ли это хоть что-то? Или теперь наличие у меня дара будет основополагающим в наших дальнейших взаимоотношениях?
Я распахнула створки шкафа, раскопала на дне шкатулку с важной сердцу мелочью и открыла её. Внутри ждал своего часа брачный браслет Шейна. Я схватила его, бросила шкатулку обратно и уже готова была рвануть к двери, но остановила себя. Не глядя, вытянула рубашку Итана, почти привычным жестом сняла с неё заклинание стазиса и прижала к лицу мягкую ткань. Лёгкие наполнил морозный аромат моего дракона. Стало так хорошо, спокойно, но лишь на миг. Скоро запах совершенно выветрится, он уже слабеет. Мне нужно больше, намного больше, сам Итан. Горько усмехнувшись, я аккуратно сложила рубашку, вновь активировала заклинание стазиса, спрятала её и закрыла шкаф. Комнату покинула спокойным шагом.
Снегопад усилился, поле перед академией опустело. Похоже, все рванули в главное здание, слушать рассказы прилетевших из опасной зоны рекрутов четвёртого курса. Мой же путь лежал к жилому зданию преподавателей. Я не спешила, воскрешала в памяти аромат Итана и постепенно успокаивалась. Понимала, что выпады Гранта наверняка вновь меня напугают, но всё же намеревалась собраться и ответить на них достойно. Я не хотела трястись перед ним, а намеревалась обстоятельно поговорить. Но всё же успокоиться было нелегко. Брачный браслет обжигал ладонь.
Я вошла в тепло здания, неторопливо поднялась по лестнице и направилась к двери квартиры Шейна. В последний раз была здесь во время расследования с Картером, как оказалось, запомнила всё отлично. Правда, попаду сюда снова при нервных обстоятельствах.
— Соберись, — прошептала я, встряхнувшись, и поднесла руку к двери, чтобы постучаться.
— Джослин! — оклик Итана громом прошёлся по коридору и пронёсся ураганом в мыслях.
Я стремительно обернулась и обомлела от шока. Он спешно шёл ко мне.
— Итан...
Капли воды льдинками соскальзывали с форменного плаща, блестели в растрёпанных и значительно отросших пепельных волосах. Синий взгляд опалял решимостью. На щеках и повязке белел иней. Наверное, любой на моём месте испугался бы приближения ледяного клирика, настолько стремительным он сейчас был, серьёзным, даже суровым, но на моих губах играла улыбка. Все мои страхи, сомнения, даже та статья — забылись, и я просто радовалась появлению любимого.
— Живой, — выдохнула я, протянув руку к его лицу.
Лёд взгляда клирика треснул. Он чуть склонился ко мне, позволяя моим пальцам коснуться его покрытой инеем щеки.
— Настоящий, — улыбнулась я, жадно вдыхая морозный аромат мужчины.
— И ты, настоящая, — ответил он хрипло.
Взгляд его теперь горел сотней эмоций, среди которых мне удавалось различить только нежность. Но то были лишь мгновения. Следом глаз его вновь вспыхнул ледяным огнём. Итан вырвал брачный браслет из моей руки. Металл покрылся морозным узором, жалобно затрещал, ломаясь.
— Ты что? — испугалась я.
— Идём, — Итан взял меня за руку и требовательно потянул за собой.
— Куда мы? — пролепетала я, бросив взгляд на закрытую дверь квартиры Гранта, но послушно засеменила за мужчиной.
Шла сюда настроенная на сложный разговор, потому не могла так быстро перестроиться. Да и внезапное появление Итана хоть и обрадовало, но и шокировало, что тоже не позволяло сразу взять себя в руки.
— Ко мне. Поговорим, — коротко бросил он.
Мы вышли на лестничную площадку, в молчании поднялись на седьмой этаж. Весь путь артефакт связи в кармане Итана громко надрывался, требуя внимания, но игнорировался. Воцарившееся между нами напряжение в ожидании разговора было ощутимо физически. Казалось, я наткнусь на его искрящуюся электричеством стену, если попытаюсь вновь коснуться Итана.
— Заходи, — он остановился перед одной из дверей, распахнул её и аккуратно подтолкнул меня под поясницу, побуждая скорее пройти внутрь.
