Кари…
Они не смогли удержаться друг за друга, их растащило в стороны. Он повернулся, пытаясь найти ее.
— Кари! Где вы? — Во тьме не было ни малейшего намека на ее присутствие.
— Я здесь, — слабо, сквозь помехи, донесся ее голос. — Позади вас, примерно на пять метров ниже. Поднимаюсь.
Чейз посмотрел вниз. По-прежнему ничего.
— Я вас не вижу!
— Мои фонари вырубились. Подождите. — Спустя мгновение возникло оранжевое сияние, призрачные очертания ее подводного костюма стали проявляться за палочкой химического факела, которую она держала в правой руке. — У меня повреждена система подачи воздуха… становится трудно дышать.
— Движки у вас еще работают?
— Да. Как с вашей протечкой?
Чейз пошевелил ногой. Холод стал ощутимее.
— Думаю, она стала сильнее.
— Дырка, полагаю, маленькая, иначе вы уже были бы мертвы. Но она будет увеличиваться. — Кари подплыла к нему и поднесла факел к поврежденному месту.
— Вы можете как-нибудь заткнуть ее?
— Нет. А вот вы можете.
— Каким образом?
— Закройте ее большим пальцем.
— О! — Чейз смутился — мог бы и сам догадаться. Он посмотрел на храм. Среди раз ватин еще вспыхивали огни «Ивенора». — Хьюго…
— Я тревожусь о Нине, — сказала Кари. — Кобра не оставляет свидетелей. — Несмотря на то что она находилась рядом и радиопомехи были минимальными, ее голос звучал очень слабо.
Она запустила движки, и они начали всплытие. Чейз одной рукой держался за ее пояс, а большим пальцем другой зажимал прореху на своем костюме. Внутри его шлема был встроен маленький цифровой глубиномер, но цифры показывали, что поднимались они очень медленно. С дополнительной нагрузкой движки могли развивать меньше половины максимальной скорости.
Он старался сообразить, сколько времени им понадобится, чтобы достичь поверхности. По меньшей мере двадцать минут. Нет, скорее тридцать. А учитывая то обстоятельство, что у Кари повреждена система подачи воздуха…
— Как вам дышится? — спросил он.
— Все труднее. Регулятор словно залипает. Голова какая-то легкая. И немного кружится.
Первые симптомы гипоксии. Кислородное голодание. Чейз это знал. Кари вряд ли сможет оставаться в сознании долгое время, пока они не всплывут. Это означает, что ему придется самому управлять движками.
И еще ему придется открыть прореху. Ему понадобятся обе руки — пульт управления не приспособлен для того, чтобы на нем висели. Если он повиснет на нем всем своим весом, пульт оторвется и оба они будут обречены.
— Кари, — сказал он, стараясь, чтобы его голос был спокойным, — держите палец на кнопке столько, сколько сможете, хорошо? Если у вас возникнут проблемы, я перехвачу управление. Не беспокойтесь. Мы обязательно выберемся на поверхность.
— Но если вы возьмете управление на себя, разве вам не…
— Обо мне не тревожьтесь. У нас все получится.
— Хорошо… — ответила она сонным голосом.
Они поднимались в тишине еще несколько минут. Чейз посмотрел на глубиномер: 650 футов. Еще далеко.
— Эдди?
— Да.
У нее был такой голос, что казалось, она вот-вот уснет.
— Мне жаль, что Хьюго погиб. Он мне нравился.
— Мне тоже жаль, — ответил он, закипая злостью. Чейз постарался справиться с ней. Это не поможет. Пока. — Обычно я не сторонник мести, это непрофессионально, но Кобре придется еще обо всем пожалеть.
— Это хорошо. Мы так близки, ему нас не остановить…
— Близки к чему? — Ответа не последовало. — Кари?
Движки остановились. Рука Кари безвольно упала с пульта управления.
— Вот невезуха, — пробормотал он. Шестьсот футов. На этой глубине его скафандр все еще испытывал давление воды почти в двадцать атмосфер. Если дыра расширится, то вода будет поступать внутрь уже не тонкой струйкой. Это будет струя.
Но выбора у него нет.
Чейз больной левой рукой обхватил Кари за талию, а в правую взял пульт управления. Влажный холод распространялся внутри костюма. Он поежился.
Сейчас не до этого.
Чейз включил движки на полную мощность. Они снова с визгом ожили, глубиномер начал обратный отсчет. Чейз работал ногами, делая все возможное, чтобы ускорить их всплытие. Несмотря на подготовку и закаленность, он быстро уставал, давление и холод океана забирали силы.
Пятьсот футов. Наверху по-прежнему мрак. Холод обволакивает тело.
На глубине четырехсот футов на него упал первый блик света с поверхности, кромешный мрак стал постепенно уступать место удивительно красивому чернильно-синему свечению. Мимо проплывало все больше рыб, которые равнодушно смотрели на них прозрачными глазами.
Он взглянул на Кари. Она выглядела почти умиротворенной. Чейз даже не мог разобрать, дышит ли она. Либо дыхание такое слабое, что он не может заметить едва уловимых движений ноздрей, либо она уже мертва.
Двести футов.
Чейз понял, что видит солнце — яркое пятно света.
Движки остановились.
Чейз сильнее надавил пальцем на пульт, надеясь, что он просто онемел от холода и рука соскользнула. Нет. Колесико с насечкой было отжато до предела.
Глубоководные костюмы должны использоваться в сочетании с подводным аппаратом и при погружении, и при всплытии. Они не предназначены для самостоятельного путешествия.
Аккумуляторы сели.
А они еще на глубине более ста футов от поверхности.
— В хвост и в гриву…
Чейз посмотрел на Кари, затем потряс ее — он хотел, чтобы она очнулась и помогла ему. Но ее глаза оставались закрытыми.
Он плыл из последних сил и тащил за собой Кари. Она весила около шестидесяти трех килограммов, но из-за громоздкого скафандра казалось, что он затаскивает по лестнице грузного спецназовца в полном снаряжении.
Девяносто футов. Восемьдесят. Семьдесят.
Каждый фут на счетчике держался целую вечность. Больше всего ему хотелось отдохнуть, восстановить дыхание и подождать, пока не утихнет жжение в мышцах, но он должен был спасти Кари.
Сорок. Тридцать.
Блики солнечного света вспыхивали на волнах у него над головой.
Десять футов, девять, восемь.
Он ощущал колебание волн. Пять, четыре… Он уже задыхался. Еще немного — и мышцы не выдержат…
Выплыл!
Он вырвался на поверхность и сощурился от яркого света — над горизонтом висело красное солнце. Собрав все силы, он подтянул к себе Кари. Вода стекала со шлема. В глубине было невозможно разглядеть истинный цвет ее лица; теперь же, при теплом солнечном свете, ее кожа казалась бледной, с голубым отливом.
Костюмы застегивались на многочисленные кнопки и замочки, и, чтобы снять их, была необходима помощь двух человек, однако сейчас об этом нечего было и думать. Онемевшими пальцами Чейз пытался ослабить уплотнительное кольцо на шее Кари. Потом двумя руками обхватил ее шлем и стал осторожно поворачивать его.
