войти. — Давай лучше посмотрим внутри. Я как раз подготовил кое-что к твоему приезду.
Она опередила меня и первой влетела в просторный холл. Высокие потолки украшали люстры, сверкающие так ярко, что даже раздражали — чтоб их! А мраморные полы отражали это сияние, создавая ощущение бесконечности. Это приятное чувство — одно из моих любимых, когда можешь порадовать близких чем-то значимым.
— Впечатляет, — признала Маша, проводя рукой по резному деревянному перилу лестницы после того, как обежала все комнаты и даже не запыхалась. — Но охраны что-то не видно, а это же не отель, где была защита.
— Охрана есть, — я подошёл к стене и указал на неприметную панель, скрытую среди узоров. — Здесь установлены самые современные датчики и сенсоры. А если посмотришь туда, — я указал на небольшую мигающую табличку у входа с надписью «Охраняется Имперской Службой Охраны», — то поймёшь, что мы под надёжной защитой.
— Имперская Служба Охраны? — мелкая недоверчиво прищурилась. — Ты же знаешь, что многие аристократы их недолюбливают. Говорят, они следят за всеми.
— Зато работают безупречно, а следят… Хоть с ними, хоть без них — следят в любом случае, — пожал я плечами.
Но была ещё одна причина, почему я выбрал именно такую охрану для дома. Честно говоря, я не горю желанием нанимать целую гвардию. Нет у меня столько средств, да и статус меня мало волнует. Ещё обучать их, контролировать — мне это совершенно ни к чему, тратить на это драгоценное время? Пф! И без того хлопот хватает. А Имперская Служба — проект самого Императора: они знают своё дело, и на них можно положиться.
— Ты меня удивляешь, — Маша улыбнулась уголками губ. — Не буду даже спрашивать, откуда деньги на всё это, но продолжай в том же духе радовать меня. Только смотри, не умри в погоне за этим, а то сама убью!
— Учту, — ответил я с иронией. — Постараюсь жить долго и беззаботно.
— Это было бы впервые в нашей семье, — скривилась сестра.
Но главное, что она перестала меня допрашивать и начала обустраиваться, обживая новый дом.
На следующий день мы отправились на учёбу, как полагается. Едва переступив порог академии, я почувствовал напряжение в воздухе, словно перед грозой. Студенты толпились в коридорах, шептались, переглядывались. На стенах висели плакаты с загадочными фотографиями, похожими на туристические.
Я поспрашивал у однокурсников, что намечается, но никто точно не знал. Ходили лишь предположения и слухи о какой-то необычной паре сегодня.
Мы вошли в аудиторию и приготовились к лекции, но наш преподаватель Клоп по трансфигурации объявил, что занятия не будет, и пригласил в класс ещё одного человека. Это был суровый мужчина в мундире, украшенном множеством нашивок. Его стальной взгляд заставил всех замолчать.
— У вас есть двадцать минут, — громко объявил он. — Всех ждём во дворе. Берите только самое необходимое.
— Что происходит? — послышались вопросы моих одногруппников. Никому не нравилось это внезапное событие — люди склонны опасаться непонятного и нового.
— Незапланированный урок, — отрезал он. — Практика по выживанию на две недели. Самолёт уже вас ждёт.
— Но у нас есть свои дела и планы на ближайшее время! — возразил наш юный журналист. Хотя он и был ботаном, любил все уроки, но на этот раз его, видимо, беспокоило что-то за стенами академии. — Мы не можем вот так вот просто улететь на две недели!
Неужели он девушку себе нашёл? Если так, то тогда я утконос, мать его. Или, может, его мама приготовила ему любимую еду, а по телевизору идёт его обожаемая программа про эксперименты химиков, и он так сильно рвётся домой.
— Ваши дела нас не волнуют, — холодно ответил преподаватель. — Империя требует от вас подготовки в любых условиях.
В принципе, меня это устраивает: хоть на природе отдохну. Давно пора развеяться.
Вскоре мы уже сидели в военном самолёте, который гудел, набирая высоту. Вместо привычных кресел внутри были железные скамьи. Мастер-инструктор, высокий мужчина с бритой головой и шрамом через всё лицо, прошёлся по проходу, внимательно оглядывая студентов. Эти инструкторы со шрамами всегда меня немного напрягают.
Командным голосом он сообщил нам, что мы разделимся на три группы. Вставил пафосную фразу о том, что природа не прощает ошибок, и нам придётся быть наедине с ней целых две недели. Затем описал условия и задачи, чтобы мы примерно представляли, что нас ждёт.
— Как мило, — прошептала Вика, сидящая напротив. — Всегда мечтала пожить на острове, прям, как Робинзон Крузо.
— Правда? — оживилась моя сестра. — Круто! И я тоже!
— Маш, это был сарказм, — подруга мягко улыбнулась ей.
— Я могу быть твоим Пятницей, — подмигнул я Вике, и тут же понял, насколько глупо выгляжу со стороны. Зачем я вообще это сморозил? Кто меня тянул за язык?
Маша и Вика как-то странно переглянулись между собой и, мне кажется, чуть презрительно покосились в мою сторону. Я был готов провалиться сквозь землю. Ну, с каждым бывает осечка, или это я просто пытался успокоить себя тем, что никто не идеален.
Но мысли о том, чтобы провалиться, вскоре получили шанс стать реальностью.
— Когда будем рядом с островом, — продолжил инструктор, не обращая внимания на наш шёпот, — у вас будет выбор: прыгнуть в воду, когда самолет будет пролетать над океаном, или прыгнуть с парашютом. Решайте сами.
— Что за бред? — возмутился Рома. — Почему нельзя просто приземлиться? — возмущался не только он, но и все вокруг.
— Потому что жизнь — это череда выборов, — усмехнулся инструктор. — И от ваших решений зависит ваша судьба. А если проще, то это ваша первая проверка.
Единственными, кто не раздумывал ни секунды, оказались мы с Машей, а затем и Вика присоединилась к нашей идее прыгнуть с парашютом. Моя сестра вообще первая подняла руку, и её лицо озарилось широкой улыбкой. Ну да, ловить адреналин — наше с ней любимое хобби.
— Смелые души, — криво улыбнулся инструктор, но в его глазах не было ни капли теплоты. Ему, по сути, было наплевать на всех нас, и он воспринимал нас, как часть своей работы.
В общем, когда настал момент икс, мы приготовились. Парашюты, кстати, оказались военными, оснащёнными умной электроникой, которая страховала от ошибок.
И вот, шагнув в пропасть, я почувствовал невероятное ощущение абсолютной
