Она видела, как в его глазах мелькают разные мысли, а потом он сказал:
— Ну что, клёво. Она об этом всегда мечтала. Я очень рад за неё.
"Ах ты, хитрый маленький негодяй, — размышляла Гленда. — Ты ответил правильно. Ты словно совсем не думаешь о себе, потому что знаешь: будь иначе, я на тебя и лишней секунды не потратила бы. Кто знает, может, ты и правда такой благородный. Фактически, (боже, помоги мне!) я тебе верю, но я скорее все зубы себе повыдергаю, чем признаюсь в этом".
— Она любит тебя, ты любишь её, а я понаделала кучу глупых ошибок. Теперь вам двоим предстоит решить, что делать дальше. На вашем месте, я бы сбежала, пока вас не поймали другие. Позволишь один совет, Трев? Не умничай, просто будь благоразумен.
Трев взял Гленду за плечи и расцеловал в обе щеки.
— Вот это было умно или благоразумно, как думаешь? — спросил он.
— Да ну тебя, Трев Вроде! — отмахнулась она, надеясь, что юноша не заметил, как она покраснела. — Всё, мне пора, надо поглядеть, куда делся мистер Орехх.
— А я знаю, куда он делся, — заявил Трев.
— Кажется, я велела вам обоим убираться прочь и жить долго и счастливо, — проворчала Гленда.
— Тебе не найти его без моей помощи, — сказал Трев. — Извини, Гленда, но мы тоже любим его.
— Может, надо рассказать кому-нибудь? — спросила Джульетта.
— И что они сделают? — резко оборвала её Гленда. — Опять случится то же, что произошло здесь несколько минут назад. Все будут топтаться вокруг, ожидая, пока явится тот, кто скажет им, что предпринять. И вообще, — добавила она, — я уверена, что волшебники в курсе про Орехха. О да, так и есть, готова поспорить.
Десять минут спустя ей пришлось признать, что Трев был прав. Без него она ни за что не заметила бы дверцу в дальнем углу заброшенного подвала. Из-под двери пробивался слабый свет.
— Однажды я проследил за ним, — признался Трев. — Каждому нужен такой уголок, который можно назвать своим собственным.
— Да, — сказал Гленда и толкнула дверь. На неё пахнУло жаром, как из печи. Комнатка была заставлена свечами всех цветов и размеров, многие из них горели.
За сплошь уставленным свечами самодельным столом сидел Орехх. Он взглянул на них без всякого выражения, а потом снова опустил глаза и больше не реагировал.
— Знаете, я беспокоюсь насчёт синего, — сказал Орехх, вроде бы сам себе. — Оранжевый получить до смешного просто, красный тоже без проблем, и зелёный очень легко. Но синий… лучший, что мне удалось сделать, честно говоря, недалеко ушёл от зелёного… — его голос затих.
— Ты в норме? — спросила Гленда.
— Вы имеете в виду, в норме ли я, не считая того факта, что я орк? — спросил Орехх со слабой улыбкой. — Ну, в общем, да, но вы в этом не виноваты.
— Такое не может быть правдой! — заявил Трев.
Гленда повернулась к нему.
— То есть?
— А то и есть, орки вымерли сотни лет назад.
— Не вымерли, а уничтожены, — поправил Орехх. — Но некоторые выжили. Когда это откроется, опасаюсь, найдутся желающие коренным образом исправить ситуацию.
Трев непонимающе взглянул на Гленду.
— Он намекает, что его могут убить, — пояснила она.
Орехх продолжал смотреть на свои свечи.
— Я должен повышать свою ценность. Я должен быть услужливым. Я должен быть дружелюбным. Я должен находить друзей.
— Если кто-то захочет тебе навредить, его убью я, — заявила Гленда. — Не уверена, что ты в самом деле способен оторвать человеку ногу, а вот я попытаюсь. Трев, тут надо ласково, по-женски.
— Ага, я слышу.
— И вовсе не смешно, Трев Вроде. Нет, мистер Орехх, оставайся здесь, — распорядилась она, выпихивая Трева и Джульетту обратно в коридор. — Убирайтесь, я хочу поговорить с ним наедине.
Орехх сделал шаг назад и опустил голову.
— Извините, я всё испортил, — сказал он.
— А куда делись твои когти, мистер Орехх?
Он вытянул вперёд руку и с лёгким шорохом выпустил когти, словно кот.
— Ох… ну, это… удобно, — пробормотала Гленда. — По крайней мере, не будет проблем с пуговицами на рубашке.
Она шарахнула кулаком по столу так, что свечи подпрыгнули.
— А теперь вставай! — закричала она. — Тебе ещё команду тренировать, мистер Орехх, не забыл? Вылезай отсюда и покажи им, как надо играть в футбол!
— Я должен повышать свою ценность, — пробормотал Орехх, глядя на свечи.
— Ну тогда и займись тренировкой! Вообще, с чего ты взял, что орки обязательно такие уж плохие?
— Мы совершали жуткие поступки.
— Они, — поправила Гленда. — Они совершали, не «мы», не ты. И вообще, я уверена, что во время войны никто и никогда не считает солдат противника милыми приятными людьми. А теперь соберись, и отправляйся на футбол. Что в этом такого страшного?
— Вы же видели, что произошло сегодня, — ответил Орехх. — Дело может принять совсем скверный оборот. — Он взял почти синюю свечу. — Мне надо подумать.
— Ладно, — не стала спорить Гленда.
Она осторожно закрыла за собой дверь, прошла немного по коридору и подняла взгляд вверх, к сплетению вечно протекающих труб.
— Я знаю, что вы подслушивали. Трубы скрипели. А ну, выходите! Немедленно.
Нет ответа. Гленда пожала плечами и заспешила прочь, сквозь лабиринт коридоров, который вскоре привёл её к Библиотеке. Она поднялась по ступеням, открыла дверь и направилась прямиком к столу Библиотекаря.
Когда она приблизилась, из-под стола появилось широкое улыбающееся лицо.
— Мне надо… — начала она.
Библиотекарь медленно поднялся на ноги, прижал палец к губам, и выложил на стол книгу. На чёрном фоне сиял серебром заголовок, всего три буквы: "ОРК".
Библиотекарь смерил её взглядом, словно пытаясь сделать некий вывод, потом открыл книгу и принялся листать с невероятной для таких толстых пальцев осторожностью. Наконец, он нашёл то, что искал, поднял раскрытую книгу и показал страницу. Гленда сегодня не успела позавтракать, но даже на пустой желудок человека всё равно может стошнить. Если вам это сильно необходимо, вряд ли удастся найти лучшее рвотное, чем та гравюра, которую Библиотекарь показал Гленде.
Он положил книгу обратно на стол, сунул руку под столешницу и вынул большой носовой платок, а ещё немного покопавшись где-то внизу — стакан воды.
— Я не верю, — объявила Гленда. — Это просто рисунок.
Библиотекарь показал ей большой палец и одобрительно кивнул. Потом сунул книгу под мышку, схватил Гленду за руку и с удивительным проворством повёл её по лабиринту залов и коридоров университета.
Их стремительное путешествие завершилось около двери с надписью "Департамент Посмертных Коммуникаций". Свежая краска кое-где уже отслоилась, и под ней виднелись буквы, подозрительно похожие на «НЕКР», и нечто вроде половинки черепа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
