Они шли некоторое время в молчании, и вдруг Харри воскликнул:
— Это здесь! Посмотрите, как раз перед нами.
При свете луны они рассмотрели дорогу, под прямым углом отходящую от основного шоссе. Несколько сот метров она шла прямо, а потом, изгибаясь, исчезала в парке.
— Я не вижу дома, — прошептал Миклем. — Нужно пройти еще немного, — и двинулся вперед, стараясь идти по траве, которая заглушала шум шагов. Харри шел следом.
Они дошли до места, где дорога делала изгиб и углублялась в парк. Луна ушла за облака, и стало совсем темно. Дон чуть замедлил шаги. Он едва различал контуры деревьев. Через несколько минут они достигли края парка и остановились у подножия холма. Перед ними, словно желая преградить путь, возвышалась каменная стена высотой в пять-шесть метров, которая шла вдоль дороги и терялась в темноте.
Луна снова вынырнула из-за облака и стало светло, словно днем. Дон остановился. Пятьюдесятью метрами дальше можно было различить окованные железом ворота, над которыми возвышалась арка. Ворота были заперты.
— Держу пари, это здесь, — прошептал Дон. — Можно подумать, мы вернулись в средние века.
Харри взглянул на стену.
— Не вижу особенных препятствий. Подставить вам спину?
— Конечно.
Через несколько секунд Дон был уже на стене.
Его взгляду открылось готическое строение, стоящее посреди большой, тщательно подстриженной лужайки.
— Похоже на старинный замок, — проговорил он, потом наклонился и протянул Харри руку. — Давай, я тебе помогу.
— Недурно устроились, — похвалил Харри, оказавшись на стене. — Нужно спрыгнуть и пойти посмотреть.
— Я пойду, а ты оставайся здесь, — решил Дон. — Если мне придется отступать, ты поможешь мне взобраться наверх.
— А может быть, я пойду, хозяин? — без особого желания в голосе предложил Харри. — Я больше вашего привык блуждать в темноте.
— Ты думаешь? — иронически улыбнулся Миклем. Ухватившись за край стены, он свесил ноги и спрыгнул на землю.
— Осторожней, хозяин, — прошептал Харри.
Миклем помахал ему и двинулся к дому.
Первые двести метров не представляли особой трудности. Нужно было идти по тропинке сквозь заросли мелкого кустарника, которые прекрасно скрывали непрошеного гостя. Но, дойдя до небольшой лужайки, Миклем остановился. Он оглянулся, не решаясь пересечь открытое место: из окон дома лужайка прекрасно просматривалась.
Стараясь держаться в тени кустов, Миклем стал огибать лужайку, надеясь найти более удобный подход к дому. Он двигался совершенно бесшумно, и это спасло его: впереди вдруг мелькнул чей-то силуэт. Дон отступил в заросли и увидел, как в пятидесяти метрах от него из-за кустов появился коротышка с карабином через плечо, на цепи он держал громадного волкодава. При виде собаки Дон почувствовал себя весьма неуютно. Волкодав шел так легко, что казалось, не касался травы, свет луны позволял разглядеть игру мускулов под гладкой шерстью.
Дон проводил эту парочку взглядом и, представив на мгновение, что если бы стал секундой раньше пересекать лужайку, зубы волкодава сейчас уже терзали бы его тело, почувствовал холодный озноб. Еще раз взглянув на дом, он подумал, что, может быть, стоит вернуться, потому что, даже преодолев открытое пространство, он вряд ли станет невидимым.
После минутного колебания, решив все же не сдаваться, Миклем еще более осторожно двинулся вперед, внимательно оглядывая каждый метр впереди себя, прежде чем оторваться от спасительного куста и перебраться в укрытие другого.
Передвигаясь таким образом, Миклем вскоре оказался с другой стороны дома. Там густые заросли подступали почти к самым стенам, но все же до дома оставалось несколько метров незащищенного пространства.
Прячась за кустами, Миклем осмотрел дом. С этой стороны все окна были темны, но нельзя было быть уверенным, что оттуда никто не смотрит на лужайку.
Широкая терраса с балюстрадой и большими мраморными ступенями, ведущими в сад, занимала всю эту сторону мрачного дома. Чтобы подойти к дому, нужно было не только пересечь лужайку, но и пройти по широким, освещенным луной, ступеням. Если бы не волкодав… В такой ситуации лучше было не рисковать.
Миклем подумал: следует выяснить, кому принадлежит этот дворец, и тогда разоблачение банды будет не за горами.
Согнувшись и пользуясь кустами как прикрытием, он пустился в обратный путь и, пройдя метров тридцать, оглянулся. Зрелище, открывшееся его взору, сделало ноги ватными и заставило остаться на месте: на краю террасы, насторожив уши и словно всматриваясь туда, где среди кустов прятался Миклем, застыла громадная собака. Дон затаил дыхание. Учуяло ли его чудище? Уши животного вздрогнули, голова подалась вперед, казалось, собака вся обратилась в слух. Потом она сбежала по широким ступенькам, дошла до середины лужайки, опустила голову и остановилась. Дон чувствовал, как пот струится по его спине. И он, и собака оставались неподвижными в течение минуты, но эта минута показалась Миклему вечностью.
Из темноты по другую сторону дома вынырнул маленький охранник с карабином на плече. Он вышел на освещенное луной место и позвал собаку. Животное посмотрело на человека, испустило долгий вздох, сделало несколько шагов в сторону хозяина и в нерешительности остановилось.
— Ко мне! — повторил человек по-итальянски.
Собака постояла еще мгновение, потом повернулась и медленно подошла к хозяину, который снова прицепил цепь к ошейнику.
Миклем видел, как охранник уводит собаку за дом, и дождавшись, когда они исчезнут из виду, продолжил путь. Ему хотелось поскорей покинуть опасное место, и он ускорил шаг.
Конечно же, Миклем не мог знать, что, перебегая от куста к кусту, наступает на маленькие металлические пластинки, соединенные с системой сигнализации, пульт которой находится в доме. Он шел по направлению к стене, пытаясь найти тропинку, которая привела его сюда. Остановившись, чтобы сориентироваться, он услышал вдруг приглушенный расстоянием сигнал. Он доносился из дома и был, несомненно, сигналом тревоги.
Миклем посмотрел по сторонам, догадываясь, что, должно быть, коснулся какого-то тайного устройства, и вдруг увидел, что лужайку пересекает огромный негр. В руке гиганта сверкнул клинок. Вид этого монстра мог привести в ужас кого угодно, но Миклем, собрав все свое мужество, заставил себя остаться в укрытии.
Негр прошел в метрах пятидесяти от места, где прятался Дон. Дойдя почти до стены, он остановился и прислушался. В этот момент из-за дома вновь показался охранник, еле удерживая собаку, которая лаяла и рвалась с цепи.
В ту же секунду на лужайке показались еще трое мужчин и каждый держал на цепи хрипящего от ярости волкодава. Негр жестом велел всем стоять на месте и медленно направился туда, где замер Дон.
Когда между ними осталось менее двух метров, он разглядел настороженное лицо негра и даже толстые пальцы, сжимавшие рукоятку кинжала.
Дон ждал, затаив дыхание. Шли минуты. Собаки хрипели, пытаясь сорваться с цепей, негр тяжело дышал совсем рядом, ветер шумел верхушками деревьев. Наконец негр сделал еще несколько шагов и прошел совсем рядом. Дон не шевелился: он знал, что любое движение выдаст его. Негр постоял некоторое время в нерешительности, но потом, видимо, решив, что теряет время, крикнул охранникам, чтобы те спустили собак.
Не дожидаясь, когда собаки окажутся на воле, Миклем бросился напролом сквозь кусты к стене. Он бежал так, словно за ним гнался сам дьявол, врезался в кусты, как снаряд, с единственной мыслью — как можно скорей достичь стены и схватиться за руку Харри. Он слышал сумасшедший лай собак, бросившихся за ним через лужайку. Махнув рукой на осторожность, Дон выскочил из кустов, увидел наконец тропинку, которую безуспешно искал, и бросился по ней со всех ног. Собаки приближались. Они были совсем недалеко, и Дон понял вдруг, что сейчас эти чудища догонят его и растерзают.
У края тропинки как раз перед ним росло высокое дерево. Первый волкодав настиг наконец Дона и, подпрыгнув, вцепился в его рукав, но кулак беглеца опустился на череп животного. Собака, жалобно воя, покатилась по земле. Однако время было потеряно, до стены оставалось несколько метров, преодолеть которые казалось невозможным. Дон прыгнул к дереву и прижался спиной к стволу. Оставшиеся волкодавы окружили его полукольцом и замерли, не спуская с жертвы горящих глаз.
Дон, тяжело дыша, смотрел на них. Он понимал, что малейшее движение будет стоить ему жизни: ближайший волкодав вцепится в горло. Собаки медленно подходили. И в этот момент недалеко раздались тяжелые шаги: по тропинке, освещенной луной, подбегал негр. Увидев Дона, он остановился и переложил кинжал в другую руку. Дон, стараясь не делать резких движений, осторожно вытащил из кармана портсигар, достал сигарету и вложил ее в пересохшие губы:
