Очень быстро София поняла — чтобы быть успешной в брачном праве, нужно обладать полным пониманием того, как функционирует семья и в чем она может потерпеть фиаско. Также нужно учитывать тонкую грань в отношениях между мужем и женой. Она постоянно переходила от стиля работы Софии прежней — резкой, быстро принимающей решения и всегда все держащей под контролем — к Софии нынешней — понимающей, гибкой, сопереживающей. Как она убедилась, комбинация двух этих стилей оказывалась наиболее выгодной для ее клиентов. Тем не менее София все еще не доверяла своей новой ипостаси, потому что ей не нравилось быть уязвимой.
Глава 24
Дэзи остановилась перед домом своей кузины Оливии. Она и ее муж Коннор Дэвис построили жилище своей мечты на берегу реки. Стены были возведены из древесины местных пород и морского камня, делая дом похожим на картинку с центрального разворота журнала по интерьеру. Однако, извлекая Чарли из его автомобильного кресла, Дэзи думала вовсе не о доме, а о Джулиане Гастино.
Он был младшим братом Коннора — кровным братом, — который приехал в город на некоторое время. Возможно, у каждой девушки в прошлом был такой вот Джулиан — идеальный молодой человек, о котором вспоминаешь время от времени, даже если не видела его долгие месяцы или даже годы. Тот, которого очень хотелось бы видеть рядом с собой. Именно таков Джулиан. Такой парень всегда вызывает у родителей головную боль — опасный и волнующий, любитель адреналина, экстремальных видов спорта, головокружительных высот и режущей слух музыки. Он живет где придется, ездит на мотоцикле, а его любимая черная футболка и джинсы с заниженной талией придают ему расхристанный вид. Все вышеперечисленное, разумеется, делает его очень привлекательным в глазах противоположного пола.
Стоя на крыльце и стуча в дверь, Дэзи гадала, изменился ли Джулиан с тех пор, как стал учиться в одном из колледжей Лиги плюща. Возможно, первый же семестр в Корнелле превратил его в книжного червя или…
— Привет, Дэзи! — А вот и он собственной персоной, придерживает для нее дверь.
Девушке стало совершенно очевидно, что Корнелл никак не повлиял на Джулиана, так же как и экстремальные виды спорта или течение времени, — наоборот, молодой человек стал еще более неотразимым, чем она помнила. Он по-прежнему носил дреды, плечи его были широкими, как у атлета, а улыбка, как и в те дни, озаряла лицо.
— И тебе привет. — Дэзи усмехнулась. — Рада тебя видеть. — Следовало ли им обняться? Или пожать руки? Но она держала на руках Чарли, поэтому сделать это было очень затруднительно. Малыш прижался лицом к ее плечу, словно желая спрятаться. В своем костюмчике с капюшоном он очень походил на плюшевого медвежонка, которого девушка выиграла в тире. — Малыш немного стесняется незнакомцев, — пояснила она.
— Все в порядке. Я и сам не очень уверенно чувствую себя в обществе детей.
Это откровенное заявление рассмешило девушку.
— Большинство парней так говорят.
— Входи. Я как раз собирался загружать снаряжение в машину.
Они с Заком и Сонет собирались заняться альпинизмом на Дип-Нотч, и Джулиан, всегда с энтузиазмом соглашающийся участвовать в экстремальных затеях, организовал экспедицию и принес специальное снаряжение из клуба альпинизма в Корнелле.
— Сейчас устрою Чарли и могу тебе помочь.
Разувшись и оставив ботинки в прихожей, девушка зашагала по коридору, испытывая прилив радостного предвкушения. Она нечасто ходила куда-то одна, за исключением колледжа, когда Чарли оставался на попечении Софии.
Войдя в кухню, Дэзи обнаружила там не только Оливию, но и Дженни Маески и Нину.
— Привет, — поздоровалась она и повернулась к Нине. — Я и не знала, что ты тоже здесь будешь.
— И тебе привет. — Нина потянулась к ребенку.
— А я думала, что сама буду сидеть сегодня с малышом, — сказала Оливия.
Дженни рассмеялась:
— Чарли еще такой маленький, а женщины уже сражаются за него.
— Мы поделимся, — заявила Нина, расстегивая комбинезон Чарли. Мальчик отлично знал бабушку, поэтому одобрительно загугукал ей, когда она передала его Оливии, чтобы та стянула с него комбинезон.
Дэзи направилась к холодильнику и принялась вынимать из него бутылки.
— Какие новости? — спросила она через плечо.
— Дженни есть что рассказать, — сообщила Оливия.
Нина одарила Дженни улыбкой.
— О да.
— Ты беременна? — поинтересовалась Дэзи. Именно этой новости она ожидала. Год назад Дженни вышла замуж за Рурка Макнайта и не делала секрета из своего желания как можно скорее стать мамой.
Но сейчас она отрицательно покачала головой:
— Нет, это другая новость. Тебе известно, что я пишу.
— О да, всю свою жизнь, — подхватила Нина.
Дженни вела популярную еженедельную кулинарную колонку в местной газете. Нина выглядела еще более взволнованной, чем сама Дженни, и с трудом могла держать язык за зубами. Нина и Дженни были закадычными подружками с начальной школы. Дэзи верила, что столь длительные отношения являются совершенно особенными. Подруги всегда делились и хорошим, и плохим, что придало их дружбе особую прочность.
У самой Дэзи не было такой подруги. В средней школе она тратила слишком много сил на то, чтобы поддерживать имидж тусовщицы. Они с Сонет были близки, но знали друг друга всего лишь один год — в последнее время они вели столь различный образ жизни, что связывающие их узы уже не казались такими прочными, как прежде.
Но Нина и Дженни — это совсем другое дело. Дэзи наблюдала за ними будто через объектив фотокамеры. Внешне подруги совсем не походили друг на друга: Нина темноволосая и невысокая, настоящий сгусток энергии, а Дженни спокойная и красивая, как хрустальная статуэтка, которая может разбиться от малейшего прикосновения. Но это обманчивое впечатление, Дженни пережила несколько ужасных потерь и трагедий, но никогда не позволяла трудностям сломить себя. Сейчас она просто светилась от счастья, которое Дэзи надеялась и сама однажды обрести.
— Не томите, что за новость? — спросила она. — Что-то связанное с писательством?
— Именно. Мои воспоминания о детстве, проведенном в пекарне «Скай-Ривер», будут опубликованы отдельной книгой вместе с семейными рецептами.
Дэзи знала, что Дженни много лет работала над этой книгой. Ей было очень радостно видеть человека, чья мечта исполняется прямо у нее на глазах.
— Отлично, Дженни, — подбодрила она. — Всем очень нравится пекарня, и твою книгу тоже полюбят.
— Надеюсь на это. И у меня просьба. — Она открыла конверт из толстой манильской бумаги и вынула пачку фотографий, которые Дэзи сделала в те времена, когда подрабатывала в пекарне неполный рабочий день. — Если ты не возражаешь, — продолжила Дженни, — я бы хотела показать твои снимки издателю. Если их используют в книге, тебе заплатят за труды.
