мыслей. И главной было то, что силуэт, находящийся впереди него, метрах в семидесяти, совсем не похож на пса.
– Это он! – прошептал Шакулин.
Существо резко развернулось в направлении спеца, стрелявшего по нему автоматными очередями из кустов на перешейке, и угрожающе дернулось вперед своим большим сутулым телом. Его передние лапы не касались земли, но были поистине огромны.
– Да, в чем проблема! Я уже как минимум три раза в тебя попал, падла! – Влад был явно возбужден и не понимал, что происходит.
Его винтовка раз за разом досылала пулю прямо в цель, а эффекта не было никакого.
Существо издало какой-то глухой рык и ринулось обратно в чащу. Крик стреляющего принял оттенок страха, автоматные очереди стали прерывистыми, как будто автоматчик убегал от существа.
– За мной, лейтенант! – Влад вскочил с лежанки, и призывно махнул рукой Шакулину. – Зайдем с камней! Давай, скорее!
С перешейка донесся ужасный крик, очереди пропали, кажется, второго спеца оно тоже настигло.
Влад с Шакулиным, рискуя сломать себе ноги, скакали по огромным влажным после дождя валунам, видя перед собой свои же тени от зашедшей со спины круглой тарелки Луны, особенно мрачной сегодня.
– У них нет шансов в чаще! – с заметной одышкой прокричал Влад, имея в виду Барышкова с Листровским.
Оба капитана мчались через заросли к перешейку, стараясь не сильно удаляться от края каменной реки, здесь было еще хоть что-то различимо в почти полных сумерках. К тому же, таким образом, они держали существо в поле своего зрения. Только что они слышали, как оно издало рык, а потом заметили прыжок твари обратно в лес.
На поясе Барышкова уже пару секунд призывно шипела рация, но он совершенно этого не замечал. Где-то, буквально метрах в тридцати от них, истошно прокричал второй из спецов, располагавшихся на перешейке. Его автомат затих.
Листровский остановился. Барышков, поздно среагировал и налетел на его спину.
– Стоп! – Листровский резко дернул руку Барышкова, во взгляде которого читалась смесь отчаяния, что погибли люди из его отряда, и жажды мести за них. – Так он нас всех здесь прикончит!
Листровский приложил палец к губам, призывая Барышкова молчать. Было слышно только их частое дыхание от погони.
– Вон из леса! – тихо скомандовал Листровский.
На поясе Барышкова снова прошипела рация:
– База, база! Как слышите меня! Прием! База у нас…
Листровский чуть ли не оторвал рацию от пояса Барышкова, и подтолкнул того, на выход из-под деревьев. А сам двинулся за ним.
– Я база, – ответил Листровский, не став слушать, что там говорят в рации. – Всем быстро на перешеек, мы атакованы! Повторяю, объект на перешейке! Все сюда!
Он тут же выключил аппарат и сунул себе в нагрудный карман, чтобы кликающие и шипящие звуки не стали ориентиром для существа. Они вышли на камни. Справа были видны Влад с Шакулиным, спешащие к ним. Уже где-то вдалеке, в русле реки, сломя голову, огибали полуостров в направлении Двуглавой сопки бойцы-срочники. Листровский вытер лицо от выступившего пота. Их с Барышковым стволы автоматов уставились на чащу.
Все как-то стихло. Капитаны замерли, уши улавливали только звуки прыжков и легкое бряцанье со стороны Влада и Шакулина.
– Где эта тварь? – Барышков сузил взгляд, готовый мгновенно отреагировать очередью из автомата на любое движение в деревьях. – Я прикончу тебя, сука, прикончу! – цедил он сквозь зубы, плавно шагая по камням курума метрах в пяти от полосы леса.
Листровский огляделся по сторонам. Они практически подошли к месту, где должен был остаться на камнях труп первого из спецов, сидевших на перешейке. Глаз капитана в наступившей темноте засек более темный силуэт мертвого человека в ложбине меж двух больших камней.
– Я проверю, – он хлопнул Барышкова по плечу, и двинулся к телу.
Спецназовец лежал лицом вверх, на его груди была видна рваная глубокая рана. Через всю правую щеку и лоб шли полосы порезов от когтей. Похоже, существо нанесло ему удар в лицо лапой, а затем, проткнув когтями, швырнуло на камни. Листровский еще раз вспомнил высокую траекторию, которую прочертил в сумерках его полет, и немного поежился, представив, какой силой надо обладать.
К Барышкову за это время успели подбежать Влад с Шакулиным. Теперь они втроем, держа оружие на изготовке, плавно двигались вдоль полосы деревьев на все том же расстоянии. Пока никаких звуков или чего-то еще не раздавалось. И это серьезно напрягало всем нервы.
Внезапно Листровский понял, что совершенно напрасно, в горячке, призвал все посты двигаться к перешейку. Возможно, зверь потому и затих, что сейчас во тьме леса выслеживает либо Четвертого, либо Пятого, тех, что были поближе к месту событий. Листровский надеялся, что они догадаются двигаться к цели по открытому месту, а не через заросли полуострова. Капитан судорожно стал расстегивать обратно карман, в который он водрузил выключенную рацию. Тугая пуговица, как назло, совершенно не поддавалась его усилиям. Но все-таки он ее расстегнул, и парой широких прыжков по камням, подскочил к своим товарищам.
– Я выпустил в него около восьми пуль, и хоть бы хны! – проговорил Влад.
– Да, в нем уже штук пятьдесят сидит, – продолжал раздраженно цедить слова Барышков. – А сейчас я еще пару десятков засажу.
Листровский встал у них за спинами и включил рацию, та только успела издать первый пикающий звук, как в то же мгновение со стороны дальнего конца полуострова понеслись одиночные выстрелы. Это была зона ответственности третьего. А ведь он уже давно пас какой-то объект, который был идентифицирован как большая собака.
Первая мысль, которая пронеслась в голове Листровского, что Третий и Второй по какой-то чудовищной ошибке в темноте стали расстреливать побежавших в их сторону срочников. Все дозоры знали из сообщений по рации, что на перешейке было нападение, а потому, спецы сейчас могли реагировать просто на движение. Приходила в голову еще и другая мысль, что уродливое существо умудрилось-таки быстро оказаться там. Но покрыть расстояние в пятьсот метров по густо растущему и располагающемуся на больших камнях лесу за буквально полторы-две минуты, было маловероятным.
Рация разразилась отчаянными воплями:
– База! База! Веду обстрел объекта! Нападение! Как слышите меня! Я Третий! Веду обстрел!
Со стороны дальнего конца полуострова одиночные выстрелы снайперки сменились стрекотом двух автоматов. Стало понятно, что Второй и Третий ведут бой с тварью. Срочники тоже должны были быть где-то рядом.
– Двигаемся туда! – скомандовал Листровский. – Влад контролируй, чтобы сзади не зашло к нам ничего.
Они выстроились цепочкой и быстрыми прыжками по камням направились к месту событий. Яростная стрельба не прекращалась, они даже расслышали, как в общую какофонию
