Рядом с такими плотными потоками даже дышать было трудно. Мои внутренние потоки начали распадаться на маленькие кусочки и самопроизвольно выходить из тела.
Такова плата за нахождение здесь в момент активации и единственный способ это остановить, начать впитывать в себя больше энергии чем теряешь. С этой мыслью я потянулся пальцем к ближайшей бордово-синей нити, и она, будто змея, обволокла мою плоть.
Легкое приятное покалывание сменилось чувством растекающегося тепла по каждой клеточке тела. Конечности обмякли, и я сам не заметил, как моя голова уже лежала на траве.
Глаза закрылись сами собой.
* * *
Я ощутил довольно сильный порыв ветра и поднял голову. От бордово-синей травы и струящихся повсюду кровавых нитей не осталось и следа. Мир также вернул свои прежние краски.
Поляна Аномалии была покрыта плотно утрамбованным слоем песка, на которой в позе для медитации сидел широкоплечий смуглый парнишка с короткой стрижкой. Он выглядел старше, чем мальчуган из прошлого воспоминания, но это определенно был он.
Я узнал его энергетический слепок.
— Где старика потерял? — крикнул я, но не услышал даже своего голоса.
Попытался сдвинуться, бесполезно. Я находился сейчас за границей Аномалии и будто прирос к этому месту. Хотелось бы хотя бы подняться на ноги, чтобы лучше рассмотреть происходящее, но без толку. Тело не двигалось.
Все что мне было видно сейчас, это мерно покачивающаяся на ветру спина. Я прислушался и осознал, что парнишка что-то шепчет, но разобрать что именно я не мог и это угнетало.
В один миг ветер стих, и пространство накрыла полная тишина.
Парнишка перестал шептать и звонко ударил в ладоши. От соприкосновения его маленьких рук земля дрогнула и воздух покрылся рябью. Границы Аномалии вдруг стали видны, окрасившись в нежный голубой цвет и я понял, что они образуют над поляной цельный купол.
Спустя мгновение, со всех сторон барьера одновременно выстрелили тысячи длинных игл. Все они устремились в одну единственную точку в двух метрах перед парнишкой и, в момент столкновения, превратились в пульсирующий жидкий шар.
Шар начал растекаться в вертикальную линию и замер, когда дорос до двух метров.
Парнишка так и сидел, не шевелился, и ждал. Через пять секунд голубая линия разошлась будто молния и выпустила из себя дряхлого старикашку в драных серых лохмотьях. Опираясь на свою палку, будто на трость, он, скорчив недовольную гримасу, ступил на песок.
Голубой портал за его спиной тут же закрылся.
— Приветствую, учитель, — покорно произнес парнишка и поклонился.
— Смотрю, манерам ты обучился, — проблеял старикашка, — только вот никакой я тебе не учитель, бездарь криворукая.
— Но на зов вы пришли.
— Потому что твоя тупая черепушка додумалась требовать тренировки от Абсолюта, — заворчал старик и с усилием постучал палкой парнишке по голове.
— Другого пути нет, — ничуть не шелохнувшись от мощных ударов проговорил парнишка, — только вы способны обучить меня.
— Прошлый экзамен ты провалил. С какой стати я должен давать такому тупице как ты второй шанс? — мерзко захихикал старикашка, обходя вокруг паренька.
— Потому что когда-то давно, вы стали учеником Абсолюта лишь с третьей попытки, — уверенно заявил парнишка и тут же получил усиленной тремя энергетическими потоками палкой в затылок.
Над поляной раздался противный хруст, и старикашка теперь держал в руке лишь обрубок от своей любимой магической трости.
Парнишка же даже не шелохнулся и, не глядя отбил атаку, лишь перебросив свой смешанный поток точно в точку удара.
— Снова сломал, бездарь. И применил поток! Прошлый раз тебя ничему не научил? Опять провал! — выругался старикашка и приготовился вновь щелкнуть пальцами и исчезнуть туда откуда появился.
— Со всем уважением, учитель, — ровном голосом сказал парнишка, медленно поднялся на ноги и повернулся, — вы еще не называли условий сегодняшнего экзамена.
Ростом парнишка оказался на голову выше, чем в прошлое воспоминание. Детское лицо огрубело и покрылось шрамами. В его бездонных черных глазах я отчетливо увидел такие знакомые мне в его возрасте чувства отчаяния и пустоты. Эти безжизненные глаза принадлежали тому, кто потерял всех, кто ему был дорог и теперь знал только путь битвы.
На оголенной накаченной груди все так же болтался медальон с изображением полярной совы.
— У тебя третьего шанса не будет, — опустил морщинистую руку старик и оперся на свою палку, которая к этому моменту уже была совершенно целой, — и я тебе не учитель, наглый ты напыщенный болван.
— Учитель. Просто вы еще этого не знаете, — без малейшего колебания в голосе проговорил парнишка и принял боевую стойку.
— Какая противная самоуверенность, — поморщился старикашка.
— Условия?
— Смотрю ты корчишь из себя взрослого, — прокряхтел старик, — на что ты готов ради своей цели?
— На все, — без колебаний заявил парнишка и его окутала пугающей силы аура.
— Будь, по-твоему, бездарь, — ухмыльнулся старикашка, — прольешь одну каплю моей крови, и я возьму тебя в ученики.
— Ограничения? — тут же уточнил парнишка, боясь ошибиться как в прошлый раз, — Время? Силы?
— Твоя жизнь, — хмыкнул старикашка, — у взрослых игр нет иных ограничений. Только победитель и проигравший. Жизнь и смерть. Как я и сказал, при любом раскладе, третьей попытки у тебя не будет, — зло улыбнулся старикашка и нанес молниеносный удар.
Ударная волна от столкновений двух мощнейших смешанных энергий разворотила деревья, и земля по поляне пошла трещинами.
В последний момент парнишка успел принять атаку на скрещенные руки и тут же полетел в мою сторону. На сверхзвуковой скорости он вписался в барьер купола. Граница Аномалии обрела физические свойства и вспыхнула ярким голубым свечением.
От силы удара парнишку согнуло, и в тот же миг неестественно шустрый старик подловил парнишку в воздухе и коленом прописал ему в грудь. Довернулся в воздухе и, замахнулся палкой над беззащитной шеей противника. Но парнишка вывернулся словно змея и, не глядя, остановил удар голой
