— Это наш дорогой Мазер, все мы его дети, — сказал капитан. — Он заботится обо всем в городке вроде лорд-мэра.
Рюарк смотрел на евнуха, вновь взявшегося за кружку. Мазер оказался совсем не таким, каким представлял его в своем воображении Рюарк, но он ничего на этот счет не сказал. По сравнению с этими разбойниками бедолаги из Ньюгейта могли бы показаться просто не очень хорошо воспитанными детьми. Мазер и Гаррипен внушали ему больше доверия, чем все остальные, но Рюарк был уверен в том, что и они могли при случае превратиться в злобных волков.
Рюарку пока не удавалось напасть на след Шанны, но, поскольку Пелье был здесь, за столом, ей не могла угрожать большая опасность. И все же ему было бы значительно спокойнее, если бы он знал, где она. Пелье фыркнул и поднялся на ноги.
— Это пиво начинает бродить у меня в животе. — Он схватил руку робкой молодой женщины, обслуживавшей капитанов, перепугав ее до смерти. — Ты, неряха, тащи нам мяса да хорошего вина.
Девушка кивнула и побежала выполнять его требование. Пелье плотоядно посмотрел ей вслед, снова уселся и в предвкушении хорошей еды потер руки. Почти сразу на столе появились свиные окорока, дичь и разные вина. Кармелита подала Пелье бокал вина, поставив остальные на стол. Предлагая последний бокал Рюарку, она наклонилась к нему и соблазнительно улыбнулась. Потом отошла и вернулась с подносом, уставленным хрустальными кубками. Вручая один Рюарку, она сильно прижалась к нему, и ее рука на секунду бесстыдно скользнула ниже его пояса в мимолетном ласковом прикосновении.
— Ты ей нравишься, парень! — расхохотался Гаррипен и посмотрел на ее раскачивавшиеся бедра. — Но будь осмотрителен. Она с характером, эта девушка.
Рюарк воздержался от комментариев, но подумал, что в присутствии Шанны этой девушки придется избегать. Она была вдвое крупнее Шанны. Широкая юбка, развеваясь, открывала голые ноги, свободная блузка как бы случайно сползла с одного плеча, а другой рукав вообще спустился до локтя. Как он уже заметил раньше, под этой одеждой у нее ничего не было надето, и при каждом движении тяжело колыхались ее груди с темными сосками. Иссиня-черные волосы резко выделялись на смуглой коже. В ней было что-то от испанки, хотя акцент ее напоминал речь Гаррипена. «Для мимолетной встречи она была бы вполне приемлема», — подумал Рюарк.
Лицо Пелье омрачилось, когда он увидел явную расположенность Кармелиты к Рюарку. Самолюбие метиса уязвляло то, что с ним она никогда не была такой пылкой, и это стало еще одной причиной его ненависти к рабу. Кармелита поставила рядом с Пелье бокалы, и он, отодвинув тарелку, схватил ее, усадил себе на колени и стал грубо гладить ее тяжелые груди.
— Кармелита, поделись этим добром со старым другом!
— Ха! Старый друг! — глумливо рассмеялась она. — Ты стучишься в мою дверь, словно хочешь разнести ее в щепки. Бум! Бум! Бум! — Она потрясла кулаком перед его носом. — А лежа рядом со мной, рассказываешь о своих дуэлях, об убитых тобой людях, а потом засыпаешь, пьяница ты этакий! — Она рассмеялась ему в покрасневшее лицо и обратилась к остальным, как бы призывая их в свидетели: — Он как маленький осьминог, который хватает большую рыбину и не знает, что с ней делать. О-ох! — Это последнее обвинение она бросила через плечо, так как уже спешила к Рюарку, чтобы взять у него раскупоренную бутылку и собственноручно наполнить его бокал, а потом предложила ему отличный кусок мяса.
Метис схватил целый окорок и стал жадно отдирать мясо от кости.
— Он — бастард из Сан-Доминго, полуфранцуз-полуиндеец. Пытался прослыть достойным человеком, но, как сам видишь, манера есть сделала его усилия напрасными. — Помолчав, Гаррипен презрительно продолжал: — Он оказался здесь потому, что убил слишком много молодых людей в Сан-Доминго. У французов достаточно поводов для того, чтобы его повесить. И это, очевидно, еще не все. Он ненавидит всех молодых и красивых мужчин, которых женщины могли бы предпочесть ему. Да! Среди нас имеются довольно странные типы. Ты еще всех не видел.
К счастью, не видел, добавил про себя Рюарк. А сейчас ему нужно лишь знать, где этот подонок спрятал Шанну. Он отпил густого итальянского красного вина и подумал о том, с какого ограбленного корабля оно сюда попало. Не поворачивая головы, он спросил Гаррипена:
— Как у вас решаются споры? Если двое оспаривают одну и ту же вещь, как принято решать дело?
— Дуэлью, мой друг, — усмехнулся Гаррипен. — И если кто-то оказывается убит, все достается победителю. Поэтому самый богатый из нас — это как раз Пелье. Он убил больше всех.
Рюарк кивнул. Это все, что ему было нужно знать. Он лениво потянулся, как кот, которому некуда торопиться, закинул ногу на спинку стула и стал внимательно осматривать всех пиратов, испытывавших какую-то растерянность под его взглядом.
Когда напряжение достигло апогея, Рюарк нарушил тишину.
— Полно, друзья, вы не можете оторваться от кружки, а время-то не терпит.
При этих словах даже Пелье остановился, вопросительно глядя на Рюарка.
— Сколько времени, по-вашему, понадобится Траерну, чтобы отправиться на охоту за вами?
Послышался глухой ропот. Даже Пелье перестал жевать.
— Разве не было бы разумно, — продолжал Рюарк, — послать ему известие о том, что его дочь у вас, что жива и находится в безопасности? Может быть, даже стоит назвать сумму выкупа. Давайте подумаем. Ну, скажем… Пятьдесят тысяч фунтов. — Он уловил их оживление. — Каждому достанется кругленькая сумма, достаточная для безбедной жизни… разумеется, за вычетом десятой части, на которую имеет право Мазер, и, скажем, тысячи фунтов или около того для меня. — Все быстро согласились. И в самом деле, было бы очень подозрительно, если бы человек не требовал своей доли. И все же он поспешил добавить: — Моя часть будет невелика, так как я только указал дорогу, а захватили вы ее лишь благодаря собственной дерзости и храбрости. — Он помолчал и потом предупредил: — Я знаю, о чем думает Траерн. Он погонится за вами на всех парусах, и с ним будет трудно договориться, когда на вас будут нацелены его пушки.
Хотя Пелье сидел к Рюарку спиной, делая вид, что ничего не слышит, другие слушали его очень внимательно.
— Почему бы вам не вернуть захваченных пленников и не передать с ними сообщение Траерну?
Послышался гул одобрения, и Рюарк с невинным видом продолжил:
— Где эти люди? Дайте мне поговорить с ними.
Прежде чем кто-либо успел возразить, могучий мулат направился в другой конец залы, отодвинул засов на дубовой двери и распахнул ее настежь.
— Выходите, вы, грязные свиньи! — крикнул он, отойдя в сторону.
Трое рабов, захваченных вместе с Шанной, вышли из карцера. Они, пригнувшись, жались друг к друг в страхе за свою жизнь. Рюарк, не теряя времени, подошел к ним и внимательно посмотрел на каждого. Затем он повернулся, расставил ноги, положил руки на бедра и спросил:
