В борьбе за выживание с более сильными противниками пигмеи проиграли. Они ушли во влажные конголезские леса, где живут и поныне в тяжелых условиях лесной изоляции.
На заре нашей эры в район Великих африканских озер пришли банту и оттеснили автохтонное население на юг. Тут, в Мозамбике, коренных южноафриканских жителей еще застали первые португальцы. В начале XVI в. они еще жили здесь…
Этноним «вак-вак» образовался, если верить древним авторам, благодаря звукам языка, похожим на звуки, издаваемые летучими мышами или бабуинами. По словам арабов, банту использовали это название для обозначения звуков, издаваемых обезьянами, родственниками которых без тени сомнения считали этих низкорослых нагих людей. Идриси писал в XII в. о Мозамбике: «Эти ужасные аборигены, чей способ говорить напоминает свист, населяли районы вокруг Софалы». В свое время крупный немецкий географ О. Пешель обнаружил в одной из библиотек свидетельство монаха-путешественника XIV в. Ж. Адама, в котором говорилось: «Районы, известные арабам, не выходят за пределы Софалы, и надо исследовать места дальше, на севере, там, где лежат страны и острова Вак-Вак, где обезьяны имеют золотые ошейники, а собаки – цепочки из того же металла…» Этот отрывок еще раз говорит в пользу африканской родины «вак-вак». А упоминание о золоте лишь указывает на то, что они жили в золотоносных районах на территории Мозамбика – в Замбезии или южнее.
Кто же такие «вак-вак»? Где их родина?
Португальские источники XVI–XVII вв. всегда делают четкое различие между двумя типами населения Мозамбика: одним – низкорослым, с более светлой кожей и другим – высоким и темнокожим. Первые контакты с низкорослыми начались еще в бухте Святой Елены в первые дни пребывания португальцев в Южной Африке. Тогда эти люди разводили скот, использовали в охоте отравленные стрелы и копья. Их же встречал на юго-востоке континента в своих странствиях Антониу Фернандиш в начале XVI в. Конечно же, это были готтентоты. В поисках пищи они выходили на берега океана, оставляя крабам, птицам и археологам стоянки с горами опустошенных ракушек. За это их и прозвали «бродягами побережья».
Но о каких же все-таки островах говорят средневековые авторы?
О. Пешель указывает, что острова Вак-Вак лежат к северу от Софалы. Там раскинулась дельта Замбези. В те далекие времена это был край, где в изобилии водились копытные, росли деревья и сочные травы. Сейчас остатки былого величия дельты сохраняются частично на севере ее, в Кампу, и на юге, в Маррумеу.
Несколько веков назад дельта стала прибежищем койсанских племенных групп, уходивших от надвигавшихся банту. Это население жило в дельте на островках, часть которых сохранилась и по сей день, – Макуандаи, Иньякомбе, Микунгуе.
Осталось обсудить один интересный вопрос: полностью ли исчезли с лица земли мозамбикские «вак-вак»?
Средневековые арабские хронисты сообщали о живых «вак-вак» на территории страны. В XVI в. это же подтвердили португальцы, но свидетельств было уже меньше. Значит, не все коренное население этих районов было вытеснено с исконных мест волнами миграций банту, группы его остались в лесных, заброшенных районах Центрального и Северного Мозамбика?
В поездках по провинции Замбезия и Нампула мы не раз встречались с представителями различных этнических групп – ломуэ, макуа и другими, которые привлекали внимание некрупным телосложением, примитивными способами приготовления пищи, древнейшими типами оружия. Встречали мы их и на крайнем юге Мозамбика, в провинции Мапуту. Здесь это были свази, население пограничных со Свазилендом областей Мозамбика. В языках всех их сохранились до сих пор щелкающие звуки «уак-уак»…
Но гипотеза о дальней, индонезийской родине «вак-вак» все же остается. Ученые не имеют права игнорировать множество фактов, свидетельствующих о том, что решение проблемы может быть двояким. Английские археологи обратили внимание на то, что в некоторых персидских географических трактатах обширный район – острова современной Индонезии – назван «Вак-Вак». Там же отмечены сходные методы добычи некоторых полезных ископаемых на территории современного Зимбабве и в Индонезии.
В этой связи заслуживает особого внимания легенда, распространенная у ряда племен, о чужом народе, пришедшем с дальних островов, покрытых вулканами. Эти люди поднялись на своих каноэ по рекам Сави и Замбези и прошли через Софалу в Тете. В те далекие времена места эти были заселены светлокожими пастухами, говорившими на щелкающем языке (то есть готтентотами).
Те, кто не верит в существование этих да и других древних контактов, утверждают, что все параллели в обычаях и культуре зависят от сходных природных условий: «И там и там тропики, и там и там одинаковый уклад хозяйства». Но тогда почему подобных параллелей нет, скажем, в Южной Америке, спрашивают их оппоненты, ведь там те же природные условия? У последних на этот счет другое мнение. Если у обитателей Западной Африки не было богатой истории мореплавания, то этого не скажешь про индонезийцев. Вполне вероятно, что жители Малайского архипелага, поскольку они могли дойти до Мадагаскара, смогли обогнуть и мыс Доброй Надежды, и прийти в Гвинейский залив. Кроме того, оказалось, что карта групп крови для двух регионов – Индонезии и Западной Африки – удивительно схожа, а климатологи считают, что мореплавание по этому маршруту в древности было проще, чем сейчас. Но насколько сильным было влияние индонезийцев? Ответ пока неясен.
Мифы и реальность доктора Фробениуса
Имя Лео Фробениуса известно прежде всего специалистам по археологии, этнографии, истории культуры и искусства народов Африки. В то же время более ста его публикаций привлекли и до сих пор привлекают внимание многих неспециалистов. Профессиональные ученые относились к нему, самоучке, как к человеку со стороны. Многие ученые даже не знали, как оценивать его культурно-морфологические теории, особенно мистически-умозрительную, иррациональную форму изложения этих концепций.
Лео Фробениус, выходец из мелкобуржуазной среды, был в значительной степени сыном своего времени. Взгляд на основные этапы научного пути Лео Фробениуса поможет пониманию разных оценок его деятельности. Фробениус (1873–1938) происходил из офицерской семьи. Так как его отец был специалистом по строительству укреплений и часто менял место службы, мальчику пришлось сменить много школ. Уже в юности он проявил большой интерес к изучению литературы о путешествиях и народах других стран. Фробениус писал о себе: «В 16 лет мальчик прочел все книги известных исследователей Африки – Швайнфурта, Нахтигаля, Хойглина, Барта, Голуба, Хорнемана и других».
