— Или я чего-то не понимаю, или вы знаете больше моего, — президент смотрел на вытянутое лицо председателя Объединённого комитета начальников штабов Джеймса Картрайта и не понимал, почему это человек так спокоен. Сам Абама недавно бросивший курить, сейчас держал руку в кармане и нервно мял пачку сигарет — напряжение последних суток вынудило его снова вернуться к вредной привычке.
— Атомный взрыв нарушил многие наши планы, но ситуация по-прежнему остаётся под контролем. Самое главное, что в целом противник теперь прогнозируем и не выходит за рамки своих возможностей. То есть, ничего свехестественного больше не происходит и аналитики выдают вероятность в 97 процентов, что уже больше не произойдёт.
— Понимаете, господин президент, — встрял советник президента, — самое неприятное было ожидать какого-нибудь фортеля типа с неожиданным появлением противника прямо под носом, как случилось сразу. Теперь их действия не выходят за рамки физических законов. Это обычные армия и флот двадцатого века, и как я понимаю, нашим военным доставляет огромное удовольствие играть в войну с заведомо технически более слабым противником. Это как игра в карты, где у тебя почти все козыря из колоды.
— Да вы понимаете, что говорите? У нас тысячи погибших, тысячи людей остались без крова, сидят во временных лагерях, гибнут солдаты, разве нельзя назвать то, что происходит в штатах Нью-Йорк и Пенсильвания и Нью-Джерси, я уж молчу об остальном, катастрофой?
Я хочу знать со стопроцентной точностью, следует ли нам ожидать новых подрывов ядерных зарядов? Японцы преспокойно разгуливают по нашим военно-морским базам в Норфолке и Гротоне, напичканных ядерным оружием. Чего нам следует ждать ещё?
— Всё не совсем так, как вы себе представляете, господин президент, — мгновенно отреагировал начальник ВМС Рэй Мабус, — бомба, которую взорвали японцы, принадлежала армии. Как мне доложили, она вообще подлежала утилизации. Современные спецзаряды и баллистические ракеты невозможно просто так взорвать, ни тем более запустить. Существует эффективная система защиты, включающая в себя и вариант подобного захвата. Правда, он разрабатывался против террористических актов.
В разговор тут же встрял командующий сухопутными операциями, недобро зыркнув на представителя морского адмиралтейства:
— В данный момент 1-е оперативное подразделение специальных операций „Дельта“, при поддержке регулярных сил и сил национальной гвардии производят операцию по возвращению контроля на военных объектах. В частности уже сейчас 3-я и 5-я группы специального назначения переброшены из Форт Брагг (шт. Северная Каролина) в Гротон. В районе Ньюпорта высадилась 20-я спецгруппа национальной гвардии. В Норфолке ведут бои 10-я спецгруппа регулярных войск, 19-я национальной гвардии, так же 1-й, 3 и 6-й батальоны 75-го пехотного полка рейнджеров. На подходе 2-й батальон механизированной 2-й пехотной дивизии. Перебрасывается дополнительная техника с базы Чарлстон. В целом ситуация не выходит из-под контроля.
— Мне эти цифры и названия мало о чём говорят, — скривился президент, — я надеюсь это большие силы.
— Кстати снова предлагают помощь поляки и эти… бывшие колонии советской империи.
— Господин президент, — встрял министр обороны Роберт Гейтс, — да пусть присылают своё пушечное мясо. Мы в них столько денег вбухали, пришла пора отработать.
Абама кивнул, думая о чём-то о своём. Посмотрев на масштабную карту континентальной Америки, отрешённо поинтересовался:
— Как будет разруливаться ситуация в зоне взрыва?
— Туда переброшены части резерва национальной гвардии и полиции. Руководство осуществляет командование связи с гражданским населением и психологических операций.
— Скажите, — голос Абамы был невыразительным, а взгляд блуждал, ни на ком не останавливаясь, — когда мы вели боевые действия в Сербии и Ираке, и где там мы ещё отличились, тоже творилась такая неразбериха и гуманитарная катастрофа среди населения? То, что показывают в своих репортажах журналисты, просто ужасно. И не только в зоне взрыва. Люди в панике, не хватает жилья, питьевой воды, повсюду неорганизованные толпы беженцев. И почему так отвратительно работает цензура? Недопустимо распространять панику среди населения и так позорно выставляться перед всем миром. Или это уже отфильтрованные материалы?
Я хочу услышать, что-нибудь позитивное, у нас есть какие-нибудь успехи.
— Как я уже говорил, — сказал председатель, — налицо наше полное техническое превосходство. Полное господство нашей авиации. Всё чего они достигли эффектом неожиданности, мы постепенно нейтрализуем. Их потери несопоставимы с нашими.
— Но судя по тому, что вы собираетесь перебрасывать европейскую группировку на американский континент, у нас тоже немаленькие потери?
— По нашим предположениям силы врага на начало вторжения располагали более 400 тысяч человек. Согласитесь перемолотить такую ораву без потерь невозможно, тем более что их тактика фактически прикрываться гражданским населением, затрудняет применение массированного обстрела. Нам придётся усилить группировки в Ираке и Афганистане. Фактически мы полностью оголяем наши европейские позиции. Но это временная мера.
Ведётся поиск морских соединений противника в океане и прибрежной зоне. Погода, конечно не очень благоприятная, но сейчас с полной уверенностью можно сказать о потоплении нескольких десятков разнотоннажных судов, включая линкоры и авианосцы.
Удивительно, что не было предпринято нападений на Военно-морские базы Мейпорт, Кингс-Бей и Чарлстон, учитывая их более близкое расстояния от основного развёртывания японских сил. Сейчас, после тщательного траления с полной уверенностью можно сказать, что выходы из гаваней и ближайшие воды не были заминированы, вблизи баз не обнаружены ни подводные лодки, ни любые надводные корабли противника. Правда после инцидентов в Тихом океане у Сан-Диего и Сан-Франциско мы действуем предельно осторожно, предполагая какой-нибудь подвох. Универсальные десантные корабли „Батаан“ и „Нассау“, а также корабль-док „Понс“ и эсминец „Джеймс Е. Уильямс“ направляются в район Ньюпорта и Гротона. Авианосец „Джордж Вашингтон“ с эскортом из пяти эсминцев и одного эскадренного танкера заправщика нацелены на поиск кораблей противника в океане. В патрулирование вышли надводные корабли из Чарлстона и подлодки из Кингс-Бей.
— Хорошо, — президент встал, давая понять, что разговор окончен, — надо сделать перерыв. Но что вы имеете в виду под словом „подвох“?
— Сейчас тщательно изучаются документы, оставшиеся после 2-й мировой войны по японскому вооружению. Японские инженеры тех лет по многим видам обогнали время и добились поразительных результатов. Само их появление в наше время говорит за себя. Может это какое-то оружие возмездия. Какие ещё разработки мы пропустили, потроша их арсеналы после 1945 года? Одно из самых больших опасений вызывает „Подразделение 731“. В данный момент проводится широкомасштабный мониторинг эпидемиологическими и санитарными службами.
— „Подразделение 731“ — это что?
— Одну секунду, — Джеймс Картрайт вернулся к столу, взял папку и протянул её президенту, — пожалуйста, ознакомьтесь.
Бегло просмотрев документ, Абама удивлённо произнёс:
— И вы об этом всё время молчали?
— Этим вопросом занимается отдел „С“. Тревожных сигналов не поступало, но если хотите, после небольшого перерыва можно будет вернуться к этому вопросу.
Кивнув, президент, слегка сутулясь, вышел из помещения.
Ньюпорт. (Пашка. Взгляд со стороны).
Клаус Майер страдал бессонницей, и начало японской атаки наблюдал стоя в лоджии с трубкой в руке.
По происхождению Клаус был немцем, но родился в Америке. Его дед и отец, в своё время служили в вермахте. При этом отец, имея американское гражданство, заявив, что каждый честный немец в такое время должен служить родине, в сороковом вернулся в Фатерлянд, где и погиб в сорок пятом. Сам Клаус, насмотревшись, что несёт война, решил не следовать семейной традиции, а пойти по другой стезе — медицинской. Последние десять лет он (уже в звании профессора) возглавлял одну из крупных клиник.
От предков он унаследовал немецкую педантичность и ответственность, доведя работу госпиталя до идеального состояния.
Когда прошёл первый шок от разрывов снарядов и бомб, когда прошло непонимание происходящего, смотря в испуганные глаза жены, он быстро отдал распоряжения и успел сделать несколько звонков, прежде чем пропала связь. Через пятнадцать минут от его дома отъехали два автомобиля — добротный „баварец“ шестой серии (вон из города с супругой и внуками), другой — старенький, но надёжный и вместительный „VW-Транспортер“ (к вверенному ему лечебному заведению).
