Не до него мне сейчас было, не могла налюбоваться этой неземной красотой. Несмотря на внешнюю громоздкость, украшение не было тяжёлым и колючим. Наоборот, холодный металл быстро стал тёплым, острые края листиков не царапали и прильнули к телу, подобно мягкой ткани.
Удивительный металл.
Но пришлось совсем нехотя снять эту роскошь и убрать обратно в шкатулку.
Теперь мы сосредоточились на другом сундуке, заполненном тканями.
Откинула тяжёлую крышку и в нос ударил запах свежей листвы и цветов. Очень приятный аромат. Аромат лета.
Тёрнер снова просканировал мои подарки и невозмутимо кивнул, мол, всё в порядке. Но вот в его взгляде я заметила разочарование. Ему хотелось, чтобы кентавры оказались злодеями, а тут, понимаешь, вежливо себя повели, поклоны делали, на свадьбу пригласили, и вдобавок такой красотой одарили. Разгром стереотипов! Тёрнер не был к такому готов. Три раза ха!
Я начала доставать на свет божий ткани и изумилась не меньше, чем украшению.
Гарри тоже был под впечатлением.
Только Тёрнер оставался молчаливым и хмурым.
Расстроился, что ему подарка не обломилось?
Ну так, он и не хозяин этого дома. И вообще, он и так может купить себе всё, что пожелает. Да и королевская семья, думаю, его не обижает.
— Кентавры невообразимо богаты, — восхитился Гарри. — Ты только посмотри, Ливи, как блестит вот эта золотая ткань! Будто настоящее золото расплавили и превратили в полотно!
— О да, Гарри, — пробормотала я, не сдерживая довольной улыбки. — Это не ткани, а волшебство…
Струящиеся, лёгкие, легкомысленные и яркие, но были тяжёлые и благородные, похожие на бархат.
Кентавры подарили мне десять отрезов великолепных тканей и аксессуаров к ним – тесьма, шнуровка, крючки, бисер в мешочках, даже нитки были!
— Теперь тебе нужен хороший портной! — заключил Гарри. — Точнее, самый лучший! К таким тканям какого-то третьесортного мастера нельзя подпускать – испортит.
— Ты прав… — вздохнула я. Даже я, хоть и умею шить, но даже со своей волшебной швейной машинкой не рискну браться за эту красоту. Тут и правда, нужен мастер, который владеет своим делом на уровне высшего пилотажа. — Нужно будет поискать в городе хорошего специалиста…
— Не нужно, — влез в наш разговор инквизитор. — Ткани действительно великолепны и твой фамильяр верно говорит – нужен портной с золотыми руками и я знаю такого.
— Да? — вздёрнула я брови. — Надеюсь, это не вы?
Он хмыкнул.
— Твои шутки весьма остры, Оливия, но прошу на будущее не обнажать их остриё в присутствии других людей. Наедине я позволяю тебе острить. Пока позволяю.
Не успела я ответить на его заявление, как он продолжил.
— Мой портной сможет сшить любое платье, любой костюм по твоему желанию. Этим тканям требуется рука настоящего мастера и будет кощунством отнести их простому мастеру – он их просто испортит.
— Э-эм… — протянула я, сначала мысленно формируя свой вопрос, но Тёрнер опять меня опередил.
— Я скажу ему о тебе и договорюсь на завтра. Ничего не планируй на вторую половину дня. Заеду после обеда. А сейчас, я должен уйти, отчёт не ждёт и кресло Гаймена нужно оформить.
Идите, идите, дядя. А то что-то вы подзадержались у меня в гостях.
Насчёт кресла решила не думать.
Акт инквизитор подписал? Подписал.
Кресло он получил? Получил.
Остальное меня не колышет.
— Хорошо, — сказала в ответ, гадая, что же всё-таки задумал этот привлекательный гад.
Но он, естественно, не посвятил меня в свои планы и молча удалился через свой собственный портал.
Скатертью дорожка.
Как только Тёрнер оставил нас с Гарри одних, мы с облегчением выдохнули.
— Вот же достоевский, — проворчал фамильяр, набравшись от меня современных словечек. — Я уж думал он тут навсегда останется.
— Не говори. Сама уже решила, что он никогда не уйдёт. Кстати, хорошо, что кентавры не подарили очередной сундук с золотом, а то точно нас лишили бы его. Или налог попросили.
— Ой, я бы такого точно не пережил! — сверкнул он глазами. — А ты заметила, как инквизитор резко переменил свой настрой по поводу кентаврийской свадьбы?
— Ещё как заметила, — закивала я. — Какую-то гадость нам готовит.
— Что делать будем?
— Да пока не знаю. Подумать надо бы да посоветоваться. К Леону пойдём. Вместе думать будет проще. А пока, давай-ка всё-таки снимем проклятие с нашего дома. Надоело мне в темноте жить.
— Ура! Скорее, Ливи! Скорее! Тоже хочу от этого проклятия избавиться!
