делаю, — Инга единым жестом развела руками, пожала плечами и подмигнула. — Пара звонков туда-сюда, один небольшой обед — и все, теперь они вдруг увидели — ты уж прости меня за неприкрытую прямоту — не пустоголовую девицу, которая выглядит как школьница, а профильного специалиста, причем как раз такого, как им нужен. И не важно, какого пола этот специалист. И вот этот факт мне особенно импонирует по жизни, этим я могу гордиться, а все остальное…
— Спасибо вам еще раз, Инга, — Зоя прижала руку к сердцу. — В общем, теперь я — руководитель проектов в компании, где разрабатывают сайты.
— И как тебе — нравится?
— Ну… нюансы есть, конечно. Нам не хватает толковых программистов. И я очень надеюсь, что когда ты окрепнешь и отдохнешь, ты тоже придешь к нам. Я тебя с удовольствием порекомендую шефу.
— Вон как даже, — такое положение дел Торику еще предстояло осознать. — Но я не умею программировать сайты.
— Уверена, ты быстро освоишь пару модных языков. У нас на проектах сейчас сидят недавние школьники. Скажу по секрету, что больше всего толку не от них, а от одного юного гения, который до сих пор еще в школе учится.
Инга демонстративно заткнула уши и покачала головой:
— Так, давай, дружочек, срочно притворимся: ты сейчас мне не сообщала, что вы заключили договор с несовершеннолетним, иначе юристы и налоговики-камеральщики от вашей фирмы камня на камне не оставят!
— А я ничего и не говорила! — усмехнулась Зоя и показала язык.
— Зоя, не дерзи старшим по званию! — строго скомандовал Стручок.
Но Зоя лишь хихикнула, вытянулась в струнку и ответила с показным рвением:
— Слушаюсь, Стручок Борисыч! Разрешите доложить вам еще тортика?
— Долаживай, причем немедленно! — сдался Стручок.
Все рассмеялись.
Когда с тортом покончили, Торик глянул на Ингу и не спеша, со значением сказал:
— Инга, как там дела у нас?
— Тебя интересует Контора, система или… отдельные люди?
— Все сразу.
— Контора пишет, люди работают, система… через раз.
— Я серьезно.
— Если серьезно, ты же помнишь, что мы все скованы подпиской о неразглашении вне стен Цитадели?
— А вы здесь видите хоть одного «крота»?
— Ну… ты же знаешь, я — солдат старой школы, поэтому…
— Ладно. Тогда про людей. Васю нашего не выгнали на общей волне?
— Нет, не выгнали, наоборот, усилили. Ему в помощь взяли двух молодых мальчиков, кстати, один из них — кавээнщик. Опять! С огоньком и с юморком работают теперь. Славсергеич наш все процветает. Теперь у их сиятельства ажно две секретарши, носят бумаги на подпись. Кто бы мог предположить такое! Это при том, что у самой шефини всего одна! Плюс советник еще, теперь уже официальный — ваш покорный слуга.
— Ого, с повышением!
— Спасибо, дружочек. А вот кое-кому не повезло.
— Кому же?
— Я подумала, тебе может быть приятно узнать, что афера была раскрыта, справедливость восторжествовала, а обидчица твоя окаянная теперь орудует в каком-то другом городе, несмотря на все усилия своего всемогущего покровителя. Ну а ваше честное имя, Толян Батькович, восстановлено.
— Значит, я мог бы…
Инга тяжко вздохнула:
— Не мог бы. К сожалению, утвержденные постановления нашей внутренней службы не имеют ни обратного хода, ни срока давности. Мне жаль это констатировать, друг мой, но нигде, по всей России, в рамках нашей Конторы, тебе устроиться на работу не удастся. Это надо принять как факт, тут уж ничего не поделаешь. Но! — ее глаза весело сверкнули, — но при этом теперь ты волен устраиваться в любые гражданские организации, в какие только пожелаешь. Позорное ярмо больше на тебе не висит, с чем я вас обстоятельнейшим образом и поздравляю, монсеньор!
Все громко зааплодировали. Зое показалось или Торик действительно незаметно смахнул капельку с правого глаза? Неужели для него так важна работа? Хотя…
Она вспомнила, какая перед ней раскинулась безнадега совсем недавно, еще до того, как Инга решила ей помочь. Полно всевозможных контор, но тебя не то что не берут, но даже и не рассматривают всерьез просто потому, что ты выглядишь как девчонка-школьница. Она сменила имидж, стала рыжей и пушистой. Старалась одеваться, как взрослые, стала ярче краситься, сменила очки типичного «ботана в юбке» на стильные контактные линзы. Но даже при этом все равно для незнакомых оставалась миниатюрной девушкой, на которую вряд ли стоит обращать внимание как на специалиста-айтишника. Что уж там говорить о работе профильного математика-проблемщика для академических исследований. Хотя внутри, в глубине души, она всегда чувствовала, что рождена именно для этого.
Зоя вздохнула. Да, работа, востребованность — важная часть социальной жизни. Так что здесь она, пожалуй, понимала его как никто другой. Жизнь изменилась. Вернется ли когда-нибудь в стране интерес к науке или она так и погрязнет в коммерции навсегда? В любом случае кусок хлеба они с Ториком смогут заработать уже сейчас.
А вот насчет другого… Интересно, он не передумал? Эта предательская мысль не давала Зое покоя. Ну же, леди-миледи, вот он, момент откровения, действуй! Она подсела поближе, нежно положила свою лапку на руку Торику и спросила как бы невзначай:
— Расскажем им?
Торик вздрогнул, словно только что очнулся от своих мыслей. Или так оно и было?
— Друзья! — он хотел было встать, но неловко повернулся, ойкнул и снова рухнул на диван. — Нет, я лучше сидя.
— Конечно, — понимающе кивнула Инга. — Береги силы, дружочек.
— Я хочу сказать вам кое-что важное.
— Та-ак, интересно-интересно, — улыбнулась Вика, и улыбка эта странно контрастировала с черной лентой, что она носила в волосах.
— Ты не передумала? — тихо спросил он у Зои.
Та молча покачала головой.
— Мы вот тут посоветовались…
— И я решил! — громко добавил Стручок, вспомнив забавный фильм.
— Не мешай, Олежек! — одернула его Инга.
— Мы с Зоей хотели сказать вам, что любим друг друга и решили пожениться.
Зоя опустила голову и счастливо улыбнулась. Все снова зааплодировали.
— Давно пора! — поддержала Инга. — Вы же, ребята, просто созданы друг для друга! У вас столько общего!
— И надеюсь, это общее нам не помешает, — робко добавила Зоя.
— Ты такая красивая! — сказал Торик, откровенно любуясь ею. — Можно тебя поцеловать?
— Можно. Не вставай, я сама.
—
