Читаем без скачивания Гений - Эли Эшер

Ну, что ж, взялся — надо делать. Первым делом загрузил данные о подопечном и проверил его состояние. Да, и правда, надо срочно с ним во сне поговорить, подготовить, а то другого случая может не представиться. И ближайшая возможность — сегодня вечером или ночью, когда он уснет. Конечно, можно и в процессе реинкарнации ознакомить товарища «со всем списком», но тогда все сложнее, а придти в сон или создать сон — это дело отработанное. Ладно, тут понятно. Вот только — к чему готовить-то? Нет, формально выполнить задание можно, только толку-то? Сами себе представьте — вы — бог, и вам на голову сваливается целый мир, извольте сделать его обитателей счастливыми. Кто ж с таким справится-то?

Явно задание в чем-то другом. И тут я понимаю, что упустил очевидный источник информации — старшего бога своего подопечного. Да, я его не знаю, но если послать запрос в Гайю, может и откликнется?

— Я не могу принять его в нынешнем состоянии, — раздался в ответ в моем сознании грустный голос, — Он слишком засорен демонами жадности и власти. Если я впущу его в себя, те функции, которые я выполняю, просто перестанут работать. Если он сможет отказаться от денег и власти ради своих людей, эти демоны потеряют над ним силу, и их легко можно будет вычистить. Тогда я смогу принять его. Сейчас же они слишком интегрированы в его личность, и их не изъять без разрушения личности.

— Спасибо, — ответил я, стараясь звучать вежливо, — Я постараюсь этого достичь.

— Не забывай, — добавил голос, — Ему нельзя об этом в такой форме говорить. Иначе он решит, что это еще одна вещь, которую можно купить. Заработать много денег и купить божественный статус за эти деньги. Это не сработает. Он должен отказаться от денег и власти, считая, что ничего за это не получит. Как это сделать — решай сам. И спасибо за попытку.

И голос исчез из моего сознания. Ну, что ж, будем готовы. Я мысленно навестил P24, подготовил встречу, и запустил поток сознания, чтобы быть готовым вcтретить подопечного. Нет, конечно, можно было не торопиться и запустить по событию, когда его душа отправится в сновидения, но уж больно хорошо встречу подготовил — грех самому не получить удовольствие.

Глава 18. Das Kapital: Как вербовать бога

Нежно-лазурное у берега и синее на удалении море плескалось о берег из белого с легкой желтизной кораллового песка под ярким южным солнцем. Именно это солнце и давало перепад синевы моря, подсвечивая дно и смешивая синеву воды с желтизной песка в ту самую светящуюся лазурь там, где море было неглубоко, и утопая в толще синей воды в остальных местах. Оно было бы палящим, но ветер, ворошащий листья прибрежных пальм, приносил прохладу, и жара почти не чувствовалась.

При попытке войти в воду, этот же ветер холодил кожу настолько, что набегающие легкие волны казались теплыми, и хотелось в них спрятаться от ветра, несмотря на жару. Впрочем они и были теплыми. Двадцать пять — двадцать семь градусов по Цельсию — это очень комфортная температура для воды. В такой воде можно долго сидеть и плавать, не испытывая ни малейшего желания покинуть ласковую стихию.

Впрочем, сам-то я уже полчаса как вылез из воды и созерцал эту картину поверх своих ног с расположенного на пляже лежака, прикрытого от солнца переносным раскладывающимся матерчатым канопэ, и рассчитанным на двух человек. Второй лежак, который я поставил слева от себя, был пустым и ждал гостя, а на столике справа стоял пустой стакан с остатками льда из под «длинной маргариты» — легкого алкогольного коктейля в высоком стакане.

В нескольких метрах налево и впереди от меня, на таких же лежаках, но без канопэ, лежала на спине, загорая, пара лет тридцати, и парень в сильно увеличивающих очках и головой, прикрытой бейсболкой с буквами «SF» (скорее всего означающими «San Francisco»), усердно втолковывал на английском женщине, очевидно, своей жене, разницу между семафором и мьютексом. «Программист — это не профессия, а диагноз», машинально подумал я, наблюдая как женщина, наслаждаясь солнцем и теплом, очевидно выпускает из второго уха все, что случайно все-таки попало в первое. Что, впрочем, совершенно не мешало семейной гармонии, поскольку до такой глупости, как проверить усвоение материала, парень не снисходил.

Справа и спереди от меня метрах в семи-восьми расположилась группа людей лет шестидесяти. Один мужчина в кепочке с двухглавым орлом громко и с апломбом обьяснял по-русски особенности франшизы близлежащего отеля, вряд ли действительно имея столь детальное представление о предмете. Его слушали короткостриженый крепко сбитый мужик лет пятидесяти с хвостиком, и четверо женщин с потрепанными лицами и дорогими, видимо, почти каждый день профессионально обновляемыми, прическами. Очевидно, московские чиновники, подумалось мне. Из «интегрированных в мировую элиту», по их собственному выражению. Я перевел взгляд на молодую пару слева. Все-таки, насколько приятнее жить в обществе, где можно позволить себе подобный отдых, не вляпываясь ни в какую дрянь, пришло мне в голову, и я опять перевел ленивый взгляд на «интегрированных».

Впрочем, какие к чёрту московские чиновники? Я в этом мире России не заказывал. Поскольку пациент из США, то Россия ему только мешать будет строить его рай на земле. Откуда они тут взялись? Интересно, это всё обычные демоны, или профессор, уже предвкушая результат, стал присылать сюда кого-то на перевоспитание? Или может, как Йогита, из очереди реинкарнатора на развеивание вытащил? Вообще-то, если клиент будет строить общество в стиле Айниэль, ему опытные коррумпированые чиновники должны понадобиться.

Но тут пришел сигнал, и прервал мои размышления. Пациент заснул, и его душа, еще не расставшаяся с телом, была готова к визиту в мир, который скоро станет для него домом. Я задал необходимые параметры, вроде одежды, и инициировал его материализацию в P24. Рядом со мной на втором лежаке появился сухощавый мужчина лет пятидесяти пяти, в пляжных трусах, белой бейсболке, и солнцезащитных очках. Он огляделся кругом, и посмотрев на меня, сказал:

— Ну, что ж, приятный сон напоследок. Ничего не болит, дышится легко, просто чудо. Хотел бы я, чтоб этот сон продолжался подольше, поскольку по пробуждении меня ничего хорошего не ожидает. А кто вы? Подручный сатаны, скупающий души по дешевке?

Я мысленно усмехнулся и подумал, что он явно не в курсе происхождения слова «сатана». Впрочем, я не стал углубляться в историческую лингвистику и свернул на более практическую тему:

— Нет, скорее посланник, который должен передать вам несколько новостей, как хороших, так и плохих.

— А! Ангел, не дьявол. Приятно слышать. Ну и откуда вы вытащите хорошую новость для меня? Из задницы? Вы знаете, я умру в течении суток.

Надо же, все-таки кое-что из исторической лингвистики он знает, улыбнулся я, и продолжил:

— Ну, первая хорошая новость в том, что этот сон продлится достаточно долго, поскольку в этом мире время течет значительно быстрее, чем в реальности, и вас из него вытянет только по пробуждении. В дополнение к ней — плохая новость. Нет, я не скупаю души, и ничего купить за свою душу вы не сможете. Впрочем, это тоже хорошая новость.

— Что ж, — пожал плечами мой собеседник, — Жаль. Но, по крайней мере, откровенно. А могу я спросить, это от низкой цены моей души, отсутствия спроса на души, или это просто не ваш бизнес? И если последнее, то не знакомы ли вы с кем-нибудь, кто это делает?

— Отсутствие спроса, — подтвердил я, — И не знаю. А если узнаю, «бизнес» таких, как я, в том, чтобы такого покупателя стереть из реальности. Но мне кажется, вы задаете неправильные вопросы.

— И тут госрегулирование, — грустно усмехнулся мой собеседник, — К слову, не забывайте, в моем положении неправильных вопросов уже нет.

— Не соглашусь.

— Можете привести пример правильного?

— Без проблем, — кивнул я, — Например, вопрос «что случится с вами, когда вы умрете завтра?»

— И что со мной случится?

— Вы попадете в этот мир.

Кажется, я его смог удивить. Мой собеседник оглядел море на горизонте, синее небо, песок, оглянулся на курортный комплекс сзади…

— И чем я должен буду расплачиваться за это?

— Вы не поняли, я не сказал «вы можете попасть в этот мир», я сказал «вы попадете в этот мир».

— Только не врите, что я заслужил рай, тем более, что я в него никогда не верил. Нет, в моем положении хочется верить в загробную жизнь, но знаете, в казино я на это деньги не поставил бы.

— Ваши проблемы, — ответил я, — Давайте сделаем так: расслабьтесь и выслушайте то, что я скажу.

— Ну, что ж, — согласился он, — Ради того чтобы перед концом так полежать на солнце вместо больничной палаты, пристегнутым к медицинскому оборудованию, я готов слушать что угодно. Еще бы выпить…

- ¡Hola, Señor! ¿Otra copa? Another drink? — служащий курорта в полосатом поло и белых шортах и кепке с подносом в руке взял мой пустой стакан со столика и, наклонившись, спрашивал меня не хочу ли я повторить.