как-то расшевелить Пантелеймонова.
– А что ты хочешь от меня услышать?
Не понимаю, как он может быть таким спокойным и уравновешенным, когда я начинаю закипать внутри? Неужели трудно мне помочь и проявить хоть какую-то эмоцию? Маленькую, крошечную, но столь необходимую в данной ситуации!
Вот же баран упрямый – ладно, твоя взяла. Не хочешь мне помочь, придется все-таки съязвить, чтобы ты наконец-то расшевелился.
– Если мне память не изменяет, то это ты хотел со мной поговорить, а не наоборот, – выдаю на одном дыхании, так как не могу больше сдерживаться. – Я приехала, готова к разговору, а ты сидишь и тупо молчишь, – выпаливаю Лехе прямо в лицо, хотя прекрасно понимаю, что мы сейчас поссоримся.
Эмоции вернулись назад и теперь рвутся наружу, желая поскорее закончить этот чертов день, улечься спать, а уже с утра решить, как поступить дальше. Однако Пантелеймонов, видимо, никак не проникается ни моим повышенным тоном, ни моим фырканьем, все также находясь в расслабленной позе и сверля меня безразличным взглядом.
– Я безумно рад, что ты приехала, – наконец-то произносит Леха, не проявляя никаких эмоций.
Даже моя пламенная речь его не впечатляет – такое чувство, что я для него пустое место.
– Заметно, – криво улыбаюсь и морщу нос, всем своим видом показывая, как же мне надоели эти глупые и ненужные разговоры. – Прямо рад до безумия. Так рад, что от твоего ледяного взгляда я скоро замерзну. Слушай, Пантелеймонов, если я тебе противна, ты так и скажи, а то…
– У меня шок, – резко перебивает меня Алексей, а я на какое-то время даже теряюсь с ответом.
Смотрю на мужчину, а в его глазах появляется блеск, и на губах медленно расползается улыбка – самая настоящая, не фальшивая, как у многих моих знакомых, а искренняя, неподдельная, и такая родная.
– От чего? – отделяю каждое слово друг от друга, так как действительно не понимаю, что происходит. То ли устала, и мозг уже отключается, не желая принимать происходящее, то ли просто разучилась понимать людей.
– От твоего приезда, естественно, – Леха по-прежнему улыбается, глядя мне пристально в глаза. – Честно говоря, думал, что отец тебя переубедит. Наплетет какой-нибудь ерунды, будет оправдываться, рассказывать, что его оклеветали, и ты снова ему поверишь.
– Неужели я похожа на полную дуру? – теперь настает моя очередь усмехаться, так как умозаключения Лехи немного веселят.
– Не похожа, – мой собеседник отвечает довольно спокойно и кивает легонько головой. – Но он – твой отец, который столько лет тебя воспитывал, опекал и решал все твои проблемы. А кто я, Ника? – Леха делает паузу и ждет моего ответа, не отводя своего пристального взгляда.
А вот и эмоции, которых я так долго ждала от него. И горечь в голосе, выдающая Леху с головой, а также боль в каждом слове, от чего становится еще противнее на душе. Я, конечно, могу ответить на последний вопрос, только поверит ли?
– Я хочу в душ и спать, – мой боевой запал куда-то резко пропадает, и нет больше сил на выяснения отношений. – Давай завтра поговорим, и я отвечу на все твои вопросы.
– Направо в конце коридора, – Леха снова произносит с безразличием, правда, так и сверля меня своим ледяным взглядом.
Я так устала, что сейчас нет сил решать ребусы и загадки – то блеск в глазах, то снова безразличие в голосе. И за эмоциями его тоже следить не хочу – надоело.
Вот не хочу, и все тут – уже голова идет кругом от бесконечных пустых и ненужных разговоров. Молча разворачиваюсь и направляюсь в коридор. Пусть Леха посидит в одиночестве и отойдет от своего шока, если не соврал, конечно же. Хотя бесит неимоверно, что он мог так плохо обо мне подумать.
Кто ты для меня, дорогой? Я почему-то считала, что и так все понятно без слов. Уже сам факт моего приезда к нему говорит о многом – так стоит ли давить на меня, пытаясь услышать это в ответ? В некоторых случаях поступки говорят сами за себя – я же не пытаюсь выдавить из Лехи признание в любви? Вижу и знаю, что он ко мне неравнодушен. Возможно, даже любит, на что я очень надеюсь.
И опять же, виновата сама – от этого осознания больно, стыдно и обидно. Что-то меня весь вечер сегодня несет не в ту степь. Пора уже заканчивать со своими мытарствами сомнениями – проще всего отпустить ситуацию и не думать о последствиях. Как говорят умные люди – проблемы надо решать по мере их поступления? Вот я и последую совету опытных граждан – отправлюсь в душ, затем в кровать, а после в царство Морфея.
Все-таки горячая вода творит чудеса – напряжение тяжелого вечера спадает, все ненужные мысли испаряются, и я полностью расслабляюсь. Хватит копаться в себе, надоело мне все до чертиков. Хочется сбежать на край географии и не думать ни о чем. Забыть хоть на время о проблемах, выбросить все страхи из головы и просто отдохнуть.
За шумом воды я даже не слышу, как Леха заходит в ванную – лишь чувствую жаркое дыхание и разгоряченное тело, и от этого легонько вздрагиваю.
– Я просто постою, – шепчет Алексей, обнимая меня за талию.
– Просто не получится, – отвечаю негромко, прижимаясь спиной к его груди.
– Тогда не просто, – его губы касаются моих волос, а я закрываю глаза. – Только ответь честно, – продолжает шептать Леха, дотрагиваясь губами к левому виску. – Ты ко мне надолго?
– Как получится, – так и не открываю глаз, наслаждаясь его близостью, однако через пару секунд чувствую, что мужчина напрягается.
Руки больше не блуждают по моему животу, застыв на одном месте, а жаркое дыхание не опаляет кожу. И даже спиной чувствую стальные мышцы на его груди, которые теперь превращаются в натянутую до предела струну. Леха медленно поворачивает меня лицом к себе – приходится открыть глаза и задрать голову, чтобы прочитать немой укор во взгляде.
Черт, он опять меня неправильно понял. Господи, за какие грехи ты мне послал такого тугодума?
– Снова сбежишь, как пять лет назад, если папе что-то не понравится? – Леха нервничает, впиваясь пристальным взглядом. Желваки
