Повернув голову, я негромко сказал детям: — Сидеть тихо, словно мыши под веником. Позову, тогда придете.
Луиза в ответ на мои слова тихо прыснула в кулак. Тим бросил на меня вопросительный взгляд, но, не дождавшись разъяснений, молча кивнул головой.
'Похоже, ты становишься мужчиной, парень'.
Пара остановилась, дожидаясь, пока я подойду.
Остановившись, я приподнял слегка шляпу и коротко кивнул молодой женщине, полностью проигнорировав при этом мужчину. Выражение ее лица, мне не понравилось.
'С таким лицом на кладбище ездят, а не на прогулку'.
Вид подавленный, лицо бледное, губы плотно сжаты. Я уже подумал, что это реакция на мое появление, но легкий кивок головы и скользнувшая легкая улыбка по ее губам, заставили меня изменить свое мнение и бросить взгляд на Моррисона. Похоже, все же он являлся причиной ее подавленного состояния. Тот тем временем пытался делать вид, что меня нет, но это ему плохо удавалось, оттого он еще больше нервничал. Заметив, мой далеко недружелюбный взгляд, брошенный на ее спутника, мисс Картрайт решила несколько разрядить обстановку, поздоровавшись первой: — Добрый день, мистер Дилэни. Что вы здесь делаете?
— Добрый день мисс Картрайт. Если я вам скажу мисс, что приехал к вам в гости, вы мне, наверно, не поверите.
— Джулия, нам пора ехать, — это было сказано тоном господина указывающего служанке, что надо делать.
В ответ на эти слова ее головка резко вздернулась, глаза сверкнули, казалось, она сейчас выскажет этому типу все, что она о нем думает, но, встретившись взглядом с Моррисоном, она как-то странно обмякла, словно шарик, который только что проткнули иголкой. Плечи опустились, глаза потухли, после чего она тихо сказала: — Извините, пожалуйста, мистер Дилэни, но нам действительно надо ехать.
Вместо того чтобы откланяться, как того требовали приличия, я сделал два шага вперед, окончательно перегородив им дорогу к карете. Глаза девушки удивленно расширились, зато Моррисона зло сузились. Выведенный из себя, он шагнул ко мне, сжав кулаки.
— Вы что себе позволяете, мистер? Убирайтесь с дороги!
Судя по всему, он хорошо запомнил нашу последнюю встречу, потому что на этот раз он решил обойтись без применения трости, ограничившись сжатыми кулаками и искаженным от гнева лицом. Интересно, что он обо мне думает? Скорее всего, я представлялся ему наглым верзилой с крепкими кулаками, претендующий на внимание мисс Картрайт. Я молча усмехнулся в ответ на его слова. Теперь на его лице стирая гнев, стало проступать сомнение в своих силах. Он явно растерялся, не зная что делать. Что делать? Драться? Себе дороже! Звать полицию? А где она? Попробовать договориться? Пока все это он прокручивал в голове, я решил закрепить образ верзилы в его голове. Так, на всякий случай.
— Ну что ты, мистер, постоянно лезешь в чужой разговор? С тобой, что ли разговаривают? — я говорил грубовато и небрежно, как недалекий, но уверенный в силе своих кулаков человек. — Видишь, с дамой разговариваю. Ты что не джентльмен?
Очевидно, эта роль мне удалась, так как из-за моей спины раздался грубый, чуть с хрипотцой, голос кучера: — Хозяин, может, я потолкую с этим несговорчивым?! Судя…!
— Сиди, где сидишь! — резко оборвал я его. — Пока кнут не вырвал и не затолкал тебе его в зад…. Гм! А вы милейший господин, если так торопитесь, садитесь и езжайте! Вас никто не держит! Так как мне нужна мисс Картрайт, а не вы.
— Послушайте милейший, а если я вам дам пятьдесят долларов, вы уйдете с нашего пути?
— Судя по вашему говорливому кучеру, вы богатый человек, мистер?
У Моррисона при моих словах рот скривился в презрительной усмешке, попался, дескать, мерзавец на крючок. На деньги клюнул!
— Не бедный. Так что, договорились?!
— Мы, мистер, хоть люди простые, но с протянутой рукой на углу не стоим. Так что оставьте себе эти деньги! — при этом я постарался придать себе горделивую осанку увальня из деревни, развернув плечи, выпятив грудь и надув щеки. Дескать, мы не из таких, нас деньгами не купишь. Моррисон был уже готов разразиться проклятиями по моему адресу, но в последний миг сумел сдержаться, очевидно, вспомнив, что произошло в прошлую нашу встречу. Скользнув по мне злым взглядом, он решил сделать еще одну попытку повлиять на девушку: — Джулия, вы мне уже давно обещали эту прогулку. Не нарушайте свое слово!
— Так это просто прогулка? А я, глядя на его настойчивость, уж подумал, что он вас, мисс Картрайт к алтарю тащит! — я был напорист, как положено человеку, который все в своей жизни добывает своими руками.
Чего я никак не ожидал, что мои слова произведут на этих двух разных людей столь сильное воздействие. Лицо молодой женщины неожиданно побледнело, губы задрожали, глаза наполнились влагой. У мужчины лицо закаменело, а в глазах было столько лютой злобы, что мои мышцы сами по себе напряглись, готовясь отразить нападение. Как вдруг Моррисон неожиданно замер. Гримаса ярости пропала, вместо нее на губах появилась ядовитая усмешка. Такой резкий переход в настроении кого угодно насторожит. В голове мелькнуло: — Неужели решил схватиться за оружие?!'.
Но он не полез в карман, а вместо этого повернул голову в сторону молодой женщины, еле сдерживающей слезы, сухо произнес: — Не хочу, чтобы вы совершили непоправимую ошибку, Джулия, поэтому дам вам время хорошенько все обдумать. Приеду через два часа, — после чего повернулся ко мне. — Вы еще будете здесь, мистер Дилэни? — дождавшись моего короткого кивка, продолжил. — Тогда мы с вами, возможно, еще увидимся. А пока разрешите откланяться.
Он осторожно обошел меня, а так как я не стал поворачиваться, то сначала услышал хлопанье дверцы экипажа, затем свист бича и, наконец, затихающий стук колес. Все это время я смотрел на мисс Картрайт, которая, в свою очередь, провожала растерянным взглядом удаляющийся экипаж.
— Мисс Картрайт, вы меня извините, что отвлекаю вас от столь увлекательного зрелища, как уезжающий экипаж, но я действительно приехал к вам по делу.
С секунду она смотрела на меня, еще находясь в прострации, и только потом поняла, что я к ней обращаюсь.
— Что вы сказали? — в ответ на мой укоризненный взгляд ее щеки заалели. — Извините, ради бога. Я несколько расстроена, но дело не вас! А совсем наоборот! Я вам так рада, что вы даже не можете себе представить! — и тут же поняв, что ее слова могут быть неправильно поняты, попыталась исправить положение. — Вы не поймите меня превратно, мистер Дилэни. Я просто хотела выразить свои чувства…
Тут она почувствовала, что совсем запуталась и решила сменить тему: — Еще раз извините меня. Я вас внимательно слушаю.
