сглаживали и оттеняли бедность обстановки. Просидев около десяти минут на диване, я уже не знал, куда себя деть. Встал, прошелся, затем заглянул в кухню. Джулия старательно делала вид, что очень занята, поэтому я снова вернулся в гостиную. Подошел к окну, выходившему на улицу, и тут же заметил подъехавший к дому экипаж.
'Быстро он, однако. Что же ему от Джулии надо? Впрочем, спущусь и потолкую. Много времени не займет. Да и темнеть уже начало. То, что надо для делового разговора'.
Заглянув на кухню, я сказал: — С вашего разрешения милые дамы, я погуляю минут двадцать.
— Джулия, мужчина пробыл в нашем доме полтора часа и его уже тянет уйти. Что это могло бы значить? — в ее голосе легко читалась насмешка.
Встретившись с миссис Картрайт взглядами, мы улыбнулись друг другу, Джулия заметив наши улыбки, вспыхнула и опустила голову, так ничего и не сказав.
— Хорошо. Идите, но не больше двадцати минут. Отпустим его, Джулия?
— Идите и возвращайтесь. Мы вас ждем, — она постаралась говорить весело, но получилось несколько натянуто.
— Джек не задерживайся долго, — вставила свое слово Луиза, крутившаяся на кухне.
Не успел я открыть дверь, как за спиной раздался голос Тима: — Я с тобой, Джек.
Остановившись, я повернулся к нему: — Я пойду один Тим. Так надо.
— Тебе может понадобиться помощь, — он сказал это тихо, но твердо.
— Почему ты так решил?
— Он приехал не один.
'Почему я этому не удивляюсь?'.
— Я разберусь сам. Оставайся здесь и никого не подпускай к окну. Мне не хотелось, чтобы кто-нибудь из женщин видел мой разговор с этим типом.
Как я и думал, меня ожидали в полутемном подъезде. Два громилы с дубинками в руках надвинулись на меня из полумрака, как я неожиданно узнал одного из них.
'Попробуем обойтись малой кровью'.
— Никак это ты Ушастый Билл?
Бандит замер, вгляделся, а когда узнал, подался назад. В его глазах легко читался страх. Второй громила замер в недоумении, не понимая, что нашло на его напарника. Наши пути с Биллом пересеклись месяца три тому назад. Наверно поэтому моя беседа с ним еще не выветрилась из его памяти. Он был единственным из банды грабителей, рискнувших грабить грузовые фуры в районе порта, кто остался в живых. Избитого до полусмерти, парни притащили налетчика на склад. Его ждала незавидная судьба, если бы по чистой случайности я, в это время, не оказался там. Учтя, что шайка только начала работать и не нанесла особого ущерба, я решил побыть немного добрым и оставил ему жизнь. Правда, меня потом некоторое время грызли сомнения в правильности своего поступка. И сейчас, похоже, наступил момент проверить, ошибался я тогда или нет.
— Матерь божья! Джон Непомнящий родства?! Черт, во что мы вляпались?!
Его напарник, до этого переводивший недоуменный взгляд с Билла на меня и обратно, после этих слов медленно развернулся к своему подельнику. На его лице была смесь испуга с удивлением.
— Ушастый, я тебя правильно расслышал? Это тот Джон, правая рука Сержанта? Босс из порта, чьи парни вас всех…?! Тебе что жить надоело?!!
— Заткнись, дерьмо собачье! Джон! Ни сном, ни духом! Клянусь тебе! Что б мне не жить! Этот фраер ни слова не сказал о тебе! Если бы знал, ни в жисть не подписался!
— А где он вас так быстро нашел?
Билл замялся, явно пытаясь соврать, но подельник ударил его локтем в бок: — Говори, как есть.
Громила нехотя полез в карман, долго копался в нем, но все-таки нашел и протянул мне измятую четвертушку бумаги. Я глянул, и мне стало смешно. На бумажке был прейскурант бандитских услуг, как раз в духе бандитов Нью-Йорка:
'Подбить оба глаза — 4 доллара;
Сломать нос, челюсть — 10;
Завалить дубиной — 15;
Отрезать ухо — 15;
Сломать руку или ногу — 19;
Пырнуть ножом — 25;
Большая работа — от 100 долларов'.
'Бизнесмены хреновы! Но в этой идее что-то есть! Может нам организовать бюро добрых услуг? Надо будет поговорить на эту тему с Сержантом'.
— Услуги, значит?
— Жить-то надо, Джон! Но мы на вашей территории ни-ни! Матерью клянусь!
— Деньги с клиента получили?
— Аванс — двадцать долларов! Но нам наплевать на эти деньги! Говори, что надо — сделаем!
— По высшему разряду! — тут же подхватил его напарник. — И денег не возьмем!
— А заказ на что?
— Сильно избить, а потом сломать обе руки.
— Да — а…. Хорошо. Давайте его сюда.
— Сделаем, Джон!
Несколько минут спустя в подъезд влетел Моррисон. Удержаться на ногах ему помогла стена. Из носа текла кровь, пачкая белое кашне. Цилиндр при толчке слетел с его головы и теперь лежал на грязном, заплеванном полу. Следом за ним в подъезд шагнули бандиты. Несколько секунд непонимающим взглядом Моррисон всматривался в меня, словно видя впервые, потом попытался отшатнуться, но громилы не дали это сделать. Сбив с ног, поставили на колени. Ушастый схватил его за волосы и вздернул голову вверх с такой силой, что Моррисон взвыл от боли и попытался схватить бандита за руку, но тут же снова завопил дурным голосом и затряс в воздухе рукой. Удар дубинки по костяшкам пальцев нанесенный вторым головорезом оказался весьма болезненным. В их действиях четко прослеживалась координация действий и слаженность совместной работы.
— А ну, говори падла…! — начал было Ушастый.
— Здесь я задаю вопросы! Моррисон, говорю один раз. Повторять не буду. Будешь вилять, парни сделают из тебя отбивную с кровью. Не прожаренную. Итак, что у тебя за дела с девушкой?
Неожиданно оказавшись в роли человека, которую готовил для меня, он сломался почти мгновенно.
— У нее есть брат. Младший. Работает у меня в магазине. Попался на краже. Я хотел его сдать в полицию, но вмешалась Дж… мисс Картрайт. Сказала, что… отблагодарит меня, если я не отдам ее брата под суд. Вот… и все.
— Значит, она сказала, что отблагодарит, забравшись к тебе в постель. Ах ты, падла! Отведите эту крысу за угол, и ножом по горлу!
Честно говоря, я сейчас притворялся, играя в крутого бандита, благо клиент был напуган до помрачения сознания, а значит, был готов верить всему.
— Нет, я соврал! Это я ей предложил! Я! Не убивайте меня! Я дам деньги! Дам! Много дам!
— Ладно, живи гнида! Но помни! Косо взглянешь на семью Картрайтов, сам лично переломаю тебе руки и ноги, а потом скормлю бродячим собакам! Они тебя еще живого жрать будут! Ты понял меня?! — я добавил в голос злобы и презрения, чтобы гад хорошенько прочувствовал глубину моего гнева.
— Да! Понял! Ни ногой! Никогда! Пальцем не трону! Богом клянусь!
— Расплатись с парнями и можешь идти.
Как только две стодолларовые бумажки перекочевали в карманы бандитов, те быстро попрощавшись со мной, довольные, удалились. Моррисон, медленно, держась рукой за стену, вышел из подъезда. Проходившая мимо пара, только взглянув на него, сразу сменила шаг с прогулочного на быстрый. Выйдя вслед за ним, я остановился на пороге. Первым делом посмотрел на кучера. Было интересно, как тот отреагирует. Тот, уже собиравшийся слезть с облучка, чтобы помочь хозяину, при виде меня тут же снова сел на свое место и замер, как статуя. Моррисон, словно пьяный, открыл неловко дверцу, затем медленно, цепляясь руками за все, что только можно, заполз внутрь экипажа. Не успела дверца захлопнуться, как кучер, не дожидаясь приказа, хлестнул лошадей и с места послал их вскачь. Колеса громко застучали по камням мостовой. Проводив экипаж взглядом, я развернулся, чтобы идти наверх, как по лестнице застучали женские каблучки.
