Владика, а значит, ему известны все места, куда они за день успели съездить. Конечно, это могло быть и случайностью, фантастическим совпадением, в конце концов, это мог быть просто похожий человек, но в положении Скоробогатова разбираться, так это или нет, было форменным самоубийством. Незнакомец знал, где можно подстеречь Владика и Антона, видел его в парике и усах, но если даже московские ловцы упустят его в Петербурге, то рассчитывать на это на границе было бы полным безумием. Другими словами, Скоробогатова вычислили, но по какой-то причине не стали брать сразу.
«Они не знают, что я таскаю брюлики с собой, – решил Антон. – Хотят повязать меня в машине вместе с камнями. Значит „ауди“ брать нельзя, засвечена. Получаю документы – и в поезд, на восток. Еще лучше автостопом. А там разберемся».
Самым темным местом во всей этой истории было, как они его нашли и почему не взяли в квартире у Валентины, из которой он с бриллиантами ушел только сегодня утром? «Может, действительно совпадение? – с надеждой подумал Скоробогатов. – Они же выскочили на „жигулях“ прямо перед моим носом. Или они совсем придурки, или это не оперативники. Хвоста тоже не было. Шизофреник! – сам себя обругал Антон. – Мало ли в Питере светлых курток. Обыкновенный спортсмен, ходит как на амортизаторах – таких в любом городе пруд пруди. Ну, придурок, такую волну поднял!»
После всех этих раздумий Скоробогатов чувствовал себя совершенно сбитым с толку. Злополучные московские номера сыграли с ним злую шутку, он поддался панике и едва не отказался от первоначального плана. Переход через границу в любом другом месте, любого другого государства отнял бы у Антона еще несколько дней: надо было бы переоформлять документы, добираться до места, и еще неизвестно, чем бы закончился этот затянувшийся, многоэтапный побег. «Ладно, или пан, или пропал, – наконец решился Скоробогатов. – Взять меня сегодня могли столько раз, сколько в этом городе ментов. Нервишки шалят. Если видишь в поле люк, не пугайся, это глюк».
Вопросов, на которые не существовало ответов, было так много, что Антон решил не ломать голову зря, а лучше подумать, где, не рискуя встретить московских «друзей», провести время до семи часов. Белые «жигули» все же занозой сидели у него в мозгу, но теперь Скоробогатов думал о них лишь как о гипотетической угрозе, которую можно зачеркнуть обычной осторожностью. Некоторая нестыковка в рассуждениях нисколько не смущала Антона. Он просто был не в состоянии провернуть в голове такую сложную комбинацию, а потому очень скоро убедил себя не менять плана.
Первое, что пришло Скоробогатову в голову, это вернуться к Валентине, спокойно пообедать и, пообещав вернуться поздно вечером, все же купить «ауди» и уехать. Идея была хорошей, но Антону страшно не хотелось встречаться с этой приемщицей грязного белья. Его начинала раздражать уже сама мысль о ней. К тому же Скоробогатов вдруг расчувствовался, ему захотелось, чтобы последние часы, проведенные на родине, вспоминались за границей как нечто приятное и романтическое. Антону захотелось погулять по Петербургу, полакомиться мороженым и, если повезет, познакомиться с девушкой, которая не будет знать, кто он такой, и согласится пойти с ним только потому, что он молод, красив и обаятелен. Сам того не замечая, Скоробогатов перешел на медленный прогулочный шаг, на лице у него появилась едва заметная мечтательная улыбка, он начал обращать внимание на прохожих, вернее, на их женскую половину, и вскоре заметил впереди себя девушку, с ног до головы упакованную в джинсовку. У нее была замечательная фигура, завораживающая походка, но главное, красавица никуда не торопилась и шла в том же направлении.
Скоробогатов догнал претендентку на совместную романтическую прогулку, мгновенно придумал повод для знакомства и тронул девушку за плечо.
– Можно вас на минуточку? – придав лицу игривое выражение, слащаво спросил он. Претендентка обернулась, и Антон от растерянности даже остановился – на вид «девушке» было никак не меньше пятидесяти.
– В чем дело? – окинув незнакомца неприязненным взглядом, резко спросила она.
– Нет-нет, ничего, – смешался Скоробогатов. – Я время хотел спросить.
– У меня нет часов, – ответила она. – Кажется, начало или половина пятого.
Антон поблагодарил, дал ей отойти на несколько метров и продолжил свой путь. «Интересно, – подумал он. – Как бы она ответила, если бы знала, кто к ней подошел? Шалава старая».
Роль миллионера-инкогнито очень нравилась Скоробогатову, и он начал представлять себя в некоем европейском городе, в роскошном спортивном автомобиле с открытым верхом. В воображении он рисовал себя эдаким надменным денди в белом костюме, белой широкополой шляпе и с легкой тростью с серебряным набалдашником. Эта игра занимала Антона минут пятнадцать, пока он не вышел на незнакомую широкую улицу с большим количеством магазинов. Здесь Скоробогатову пришло в голову, что, во-первых, надо все-таки пообедать, а во-вторых, перед отъездом за границу не мешало бы купить себе что-нибудь на память о стране, где он родился, вырос и сделался миллионером – часы с серпом и молотом на циферблате, матрешку или даже небольшой самовар, расписанный под хохлому. В общем, то, что обычно увозят из России настоящие иностранцы.
Антон долго слонялся по магазинам в поисках подходящих сувениров. Каждый раз, перед тем как выйти, он придумывал причину, чтобы остановиться перед витриной или стеклянной дверью и внимательно осмотреть улицу. День выдался душный, и Скоробогатов в своем маскараде от ВТО давно уже изнывал от жары. Из-под парика за воротник стекал пот, верхняя губа под усами страшно чесалась, и Антон наконец решился. В одном из магазинов он купил полиэтиленовый пакет, зашел под лестницу, ведущую на второй этаж, и там разделся – снял куртку, парик и отодрал усы. Все это он уложил в сумку и из-под лестницы вышел совершенно преобразившимся.
Скоробогатов пересмотрел и перещупал огромное количество вещей, но едва он брал предмет в руки, как тот переставал ему нравиться. Вблизи все они казались ему либо грубо сработанными, либо слишком громоздкими, и в конце концов он купил себе толстую золотую цепь, которую тут же надел на шею и убрал под рубашку.
Закончив с сувенирами, Антон решил не тратить время на ресторан, где ему пришлось бы долго ждать заказа, а затем еще ловить официанта, чтобы расплатиться. До встречи оставалось около часа, и он зашел в тесную, задымленную закусочную
