этой центурии были включены ветераны других подразделений и добровольцы из Перинона.
Пять сотен превенторов как никто другой были приспособлены в схватке без опоры на четкий строй. В качестве адаптации к условиям сегодняшнего боя первые их ряды взяли скутумы вместо обычных круглых парм. Большие щиты лучше подходили к плотной резне, в которую сегодня превратилось противостояние двух армий.
Я начал отводить наемников, заменяя их легионерами.
Уже почуявшие победу сектанты вдруг натолкнулись на наши свежие силы. Превенторы бросились в бой с яростью и азартом, которые были сравнимы даже с безумием дикарей. Те же были уже достаточно вымотаны. Я понял, что это наш шанс.
Покинув стратегию, с не более чем двумя десятками телохранителей сопровождения, устремился на восточный фланг. Шум вокруг стоял такой, что казалось можно оглохнуть. Крики, толчея, лязг брони. Продираясь вперед, я словно качался на волнах живого моря. Если превенторы вступали в бой относительно упорядочено, то многие наёмники уходили с позиций в полном хаосе. Именно они в основном мешались мне по пути к цели.
Но вот мне удалось снова дорваться до передовой. Трое превенторов потеснились, давая нам с Ноцием дорогу. Я тут же использовал пламя героизма еще раз. В начавшем уставать теле вновь появились ресурсы сил и искры борьбы. Эти две субстанции объединились, зажигая во мне атакующий порыв. И снова зомби один за другим упокаивались под касаниями зачарованного клинка. Накопить немного энергии и…
Даже сквозь общий шум ударная волна произвела впечатление. Плотная масса дикарей и их чудовищных союзников была идеальной целью для этого навыка. Сколько врагов я уже уничтожил сегодня? Явно больше сотни. Точнее сложно сказать. Надо будет потом глянуть статистику после боя.
Ситуация начала выравниваться. Использовав волну, я снова отходил в задние ряды и переключался на стратегию. Орина, пусть ценой потерь, сумела подавить вражескую батарею за укреплением. Бой там ещё продолжался. Вражеские стрелки не желали разбегаться и обороняли укрепления, но вести огонь по нашей формации пока перестали. Уже хорошо.
Я продолжил ротацию пострадавших наёмников. Латал бреши в авангарде. Смешивал подразделения. Объединял их в нечто крепкое, словно кузнец, кующий из слоев металла дамасскую сталь.
Вражеский натиск ослаб. Цестинцы по центру держались стойко. На флангах линии наших полевых укреплений держали велиты и боеспособные части Шестнадцатого. Там дикари тоже не имели успеха. Их многочисленные, но разрозненные атаки теряли многих от обстрела.
Масса северян и чудовищ снова начала откатываться, утаскивая трупы. Теперь мы немного преследовали их, чтобы выровнять линию авангарда. Враг отошел примерно на восемьдесят метров. Земля между дикарями и авангардом превратилась в месиво. Старое пепелище пропиталось свежей кровью, которая была утрамбована тысячами ног.
Я наблюдал за уровнем выносливости врагов. Они сделали уже четыре наката. Много. Это физически тяжело даже для людей, выросших в суровых реалиях Севера.
Снова поднимались трупы, служившие противнику щитом. Но в этот раз дикари утащили с собой меньше тел. Слишком они были уже уставшие. Однако дальше меня ждал очередной неприятный сюрприз. Аватары Вестника приземлились в толпы сектантов. От крылатых чудовищ в разные стороны расходились мерцающие оранжевым волны. Они ползли по телам грязных дикарей словно солнечные блики незадолго до заката. Выносливость врагов начинала… восстанавливаться!
Я глянул активные эффекты на дикарях рядом с аватарами.
Безудержная аутофагия
Тем, кто стремится к смерти нет смысла беспокоиться о будущем. Эта ужасная магия заставляет тела людей быстро переваривать сначала запасы жира, а затем даже внутренние органы. Все перерабатывается в энергию, давая кратковременный приток сил. Однако здоровье цели будет непоправимо разрушено как от тяжелого долгого голодания.
Эффекты:
— цели получат от 156–395 энергии за 4,3 минуты.
— снижение влияния боли на мораль и выносливость на 19% на 24,5 минут
— прирост силы на 11% на 19,4 минуты.
— регенерация тканей снижена на 57% и продолжает падать со временем вплоть до полной остановки
— через 72 минуты накладывает эффект «крайнее истощение организма».
Ага. Значит эти твари идут ва-банк. Следующие несколько натисков будут последними. Воздействие аватаров задело где-то треть орды. В основном самые измотанные первые ряды. От сорока с хреном тысяч живых и мёртвых там осталось уже где-то тысяч тридцать, а может даже меньше. И это учитывая подходы подкреплений и то, что многие были подняты в виде зомби. Однако нам тоже досталось. Много раненых, много измотанных бойцов. Надо выбрать, кто будет отражать следующие натиски.
Цестинцы по центру стояли отлично. Копейщиков ауксилии на левом фланге я дополнил двумя центуриями своих телохранителей. Восточный фланг заняли относительно свежие превенторы. К ним в помощь пошли самые боеспособные из наёмников с древковым. Ещё накат мы так выдержим? Должны.
Орда снова двигалась к нам. В подходящих варварах уже не ощущалось былой пылающей ярости. Они медленно шли, увязая в трупах своих же товарищей, однако двигались неумолимо и безжалостно к своим бренным оболочкам. У них ещё была энергия для атаки. Пусть победу им уже едва ли одержать, но если сомнут авангард и доберутся до наших раненых, то потери будут огромными. Придётся поставить под вопрос все дальнейшую Северную экспедицию, а значит допустить этого никак нельзя.
Всадники добили стрелков Порчи. По крайней мере прикончили большую их часть, но были вынуждены отступить под ударами средней кавалерии и легкой пехоты врага. Наша конница отошла вдоль укреплений лагеря, заманивая врагов на походную артиллерию.
Удалось прикончить всех тварей-камикадзе. И хотя небо ещё было отчасти затянуто дымом, оно стало чище. Волны горячего воздуха больше не несли к нам зловоние пастей этого отродья зла.
«Смотрите на них», — обратился я к воинам, подняв меч. — «Смотрите как они бредут грязные и усталые, спотыкаясь о трупы своих родичей. Смотрите на них и не бойтесь. Разите их. Дротики! Пращи!»
Множество снарядов взметнулось навстречу бредущему врагу по моей воле.
«Мы побеждаем. Сила не в безумии, но в порядке. Не в слепой ярости, но в осознанном долге. Скрепите свои сердца, сожмите оружие и разите врага. За Империю!»
И когда командный голос разнес последние слова моей речи, вражеские ряды обрушились на наш авангард. Я сам встречал их с клинком в руках. И они шли! Бросались на меня, несмотря на то, скольких мы с Ноцием уже сразили сегодня. Действительно, безумцы.
Меч, подаренный Мирканто и «перекованный» Забытым, был легким, острым, а
