— Так тебе что-то нужно или нет? Я довольно занята, сечешь?
— Может, отсосешь? — с усмешкой спросил Сильвино.
Она подошла ближе и провела пальцем по его воротнику.
— Возможно.
— Сколько?
— Десять с гондоном. Без него двадцать.
— Пойдет. Двадцать долларов. — Он указал большим пальцем через плечо. — Идем туда.
Рональдо оглядел ноги Анжелы и остановил взгляд на ее промежности.
— Сколько за перепих?
— Сорок. Но сегодня у меня специальное предложение. Двоим за шестьдесят.
Сильвино что-то прошептал приятелю, и тот раздраженно ответил:
— Это мой последний шанс на cono[7]. Если сам не хочешь, можешь подождать здесь.
— Нет, я тоже хочу cono, — сдался Сильвино. — Мы оба поимеем эту американскую puta[8].
Анжела улыбнулась и неторопливо прошла в тупик между кирпичными зданиями. Дальняя стена была выбелена на половину высоты, а окна по бокам переулка заколочены изнутри. Тут было полно мусора и всяческого хлама. В этих кучах виднелись иссохшие крысиные скелеты. Чуть в стороне валялась шина от грузовика.
Мужчины указали на платформу.
— Отвратительно, — сказала она. — Я не собираюсь ложиться в эту грязь. У вас есть более приятное и уединенное место для леди?
— Есть, — нетерпеливо кивнул Рональдо и стал подниматься по деревянной лестнице сбоку. Он указал на металлическую дверь: — Там.
Анжела позволила провести ее по лестнице и через покрытую вмятинами дверь. Внутри оказалось пустое помещение со стальными колоннами. Среди всякого хлама были разбросаны куски грязного мятого картона. Анжела огляделась вокруг в тусклом свете из окон наверху, чтобы убедиться, что внутри никого нет. В дальнем правом углу она увидела лестницу.
Удостоверившись, что они одни, девушка развернулась. Оба мужчины глазели на ее ноги, расстегивая ремни. Один из них улегся на подстилку из картона, приглашая ее устроиться сверху.
Анжела вытащила пистолет, пока они были слишком сосредоточены на ее ногах.
— Внимание, мальчики.
Когда они посмотрели вверх, она выстрелила обоим между глаз — раздалось два быстрых хлопка. Пули срикошетили у них в черепах, в одно мгновение перемолов их мозги. Лишившись двигательной способности, они обмякли на полу. Все, от коры мозга до его ствола, превратилось в кашу, и глаза после смерти остались открытыми. У них даже не было времени их закрыть.
Держа пистолет в одной руке, второй Анжела подобрала куски картона и прикрыла тела на случай, если кто-то спустится вниз. Она вышла через дверь и дошла до выхода из тупика, чтобы выглянуть из-за угла.
— Быстро ты, — сказал Джек.
Она взглянула на него:
— А ты ожидал, что я застрелю их только после того, как потрахаюсь?
Она не хотела срываться, но уже погружалась в привычное жестокое настроение. Джек словно понял это и пропустил колкость мимо ушей.
Анжела нажала на рычаг в нижней части спускового механизма, чтобы вытащить магазин. Она уже использовала три пули. Девушка вставила в пистолет новый, а частично пустой положила в задний правый карман, чтобы использовать его в последнюю очередь. Ей нужны все десять патронов, когда все начнется.
Джек последовал за ней в тупик.
— Расскажи об этом здании и возможных позициях врага.
Глава 66
Анжела и Джек молча стояли рядом с прикрытыми картоном трупами Сильвино и Рональдо. Неподалеку лежали груды макулатуры и потрепанных коробок.
Она тихо заговорила в мертвой тишине, кратко пересказывая Джеку то, что знала из памяти Кассиэля о внутренней планировке и о том, где он в последний раз видел людей.
— Помни, что в моих знаниях может оказаться много пробелов, а люди вполне могут быть не там, где прежде. Сейчас они могут быть где угодно. Кассиэль не собирался умирать за Аллаха. Он хотел выбраться отсюда, пока бомбу не взорвали. Он просто ждал возможности ускользнуть, чтобы отправиться убивать меня. Я была в его списке Константайнов. Вот о чем он думал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Понимаю, — ответил Джек. — Любая информация из его памяти лучше, чем ничего. Но и всецело полагаться нельзя.
— Именно. Как только все начнется, ситуация может выйти из-под контроля, — предупредила она.
— Если б я тебя не знал, то подумал бы, что ты уже участвовала в подобных операциях.
В каком-то смысле так оно и было.
— Мы оба знаем, что делать, поэтому нужно просто войти и действовать.
Джек кивнул, оглядываясь в поисках намеков на проблемы:
— Согласен.
— Я пойду первой, — заявила Анжела.
— Думаю, тебе не...
— Если они увидят тебя, то сначала выстрелят, а потом станут задавать вопросы. Если увидят меня, то начнут с вопросов.
Джек скривился, снова смотря по сторонам:
— Неприятно это признавать, но ты права. Ты знаешь, сколько у них человек с оружием?
— У всех есть автоматы АК-47. Они тренировались с ними и умеют обращаться с этим оружием, но стрельба никогда не была частью их плана. Они редко тратили время на обучение прицеливанию и стрельбе. В основном, они изучали физику и технологию. Это настоящие изготовители бомб, а не солдаты. Они считают террористов с автоматами неопытными дилетантами. Люди Рафаэля думают, что они умнее и опаснее. И они правы. Оружие у них скорее для тестостерона, чем чего-либо еще.
Анжела и Джек поднялись по широкой бетонной лестнице, стараясь не издавать звуков. Откатная металлическая дверь была приоткрыта, и они проскользнули внутрь с оружием наготове.
Они очутились среди леса ржавых стальных колонн, поддерживающих металлические балки. По потолку проходило огромное количество труб, покрытых потрепанной асбестовой изоляцией. Несколько кусков трубы лежали на полу вместе с обвалившейся каменной кладкой и другими неузнаваемыми обломками, которые образовывали груды по щиколотку высотой. Звуки гулко разносились по пустому помещению, поэтому они медленно и осторожно шли вдоль стены и общались жестами.
Они прокрались через большие обломки бетона, стараясь создавать как можно меньше шума. Это напомнило ей пересечение ручья на дедушкиной горе, где приходилось перепрыгивать с одного сухого камня на другой.
Анжела услышала звук, похожий на шум льющейся воды, и протянула руку, останавливая Джека. Он замер.
В дальней стороне помещения стояли невысокие перегородки из бетонных блоков, образуя ряд кабинетов. От угла одного из кабинетов отвернулся мужчина, застегивая ширинку. На плече у него висел автомат. Его рука застыла на молнии, когда он посмотрел вверх. Его глаза расширились.
Анжела всадила пулю между них.
Мужчина упал, и его голова тяжело ударилась об пол. Эхо повторило этот звук. Вылетевшая из пистолета гильза с металлическим звоном отскочила от лежащей на полу трубы.
Они оба замерли на мгновение, гадая, услышал ли кто-нибудь стук упавшего тела или приглушенный хлопок выстрела.
Когда Анжела направилась к дальнему левому углу, Джек указал на лестницу справа, давая понять, что им следует идти тем путем. Анжела покачала головой и указала на темный коридор вдалеке по левой стороне. Когда он подошел ближе, чтобы спросить, она наклонилась и прошептала ему на ухо.
— Этот коридор ведет ко второй лестнице, о которой они не знают.
— Откуда, черт возьми, ты это знаешь?
— На главной лестнице стоят часовые. Кассиэль нашел второстепенную лестницу и улизнул по ней незамеченным.
Джека это не убедило.
— Там может быть тупик, — предупредил он. — Мы можем застрять в тесном месте и стать легкой добычей. Ты уверена?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Анжела молча направилась к узкому проходу. Она знала, что элемент неожиданности для них бесценен. На главной лестнице стояли наблюдатели. Люди Рафаэля знали только об одной лестнице, поэтому выставили дозорных только там. Джек последовал за девушкой без дальнейших возражений.
В дальнем конце зловещего коридора было маленькое окошко, но яркий свет, проникающий в темное пространство, создавал контрастные тени, в которых было трудно что-то увидеть. Пахло плесенью. Вскоре она поняла, что это какой-то служебный ход.
