я думала, он все еще с тобой. Его здесь нет, но может, попробуешь позвонить в офис? — предложила она.
— Я так и сделаю. Я поговорю с тобой позже, — быстро сказала я, прежде чем позвонить Джеймсу, который дал мне тот же ответ. В моей груди затеплилась надежда.
— Наверное, он хотел побыть один. Может, есть какое-то место, куда он любит ходить? — спросила Линь, пытаясь помочь мне в этом поиске.
И тут, словно вселенная подбросила мне ответ, в глазах зажглась лампочка.
— Крыша Бикмана! Он должен быть там.
Я снова набрала номер Джанелль, которая была в недоумении, почему я так тороплюсь. Я попросила у нее номер телефона Мо, и, что удивительно, он все еще был у нее. Джанелль не задавала вопросов, но у меня было ощущение, что она знает, что происходит.
Не успела я подумать и секунды, как уже оказалась за дверью и сидела в такси. Мо, похоже, обрадовался моему звонку и с удовольствием попросил дежурного охранника отвезти меня на крышу.
Заходя в лифт, я старалась не терять рассудок с каждой его остановкой. Как только я оказалась на последнем этаже, я подбежала к двери на крышу и толкнула ее.
Дыхание вырвалось из моих легких, когда я увидела его, стоящего в дальнем конце. Джордан стоял у выступа, того самого выступа, с которого мы любовались закатом. Один только вид его разбудил что-то глубоко внутри меня. Как я могла так долго ждать, чтобы увидеть его?
Я пошла вперед, сердце трепетало в груди с каждым шагом. Я заметила, что он крутит что-то блестящее между пальцами. Это...?
Моя рука метнулась к уху, и я поняла, что он держит серьгу, которую я потеряла, столкнувшись с ним в холле. Она была у него все это время, а он мне не сказал?
— Джордан, — позвала я, но он не обернулся. — Джордан! — повторила я, на этот раз громче.
Может быть, он не услышал меня из-за шума машин внизу. Не поворачиваясь, он просто покачал головой, и мое сердце с тяжестью упало в желудок.
Он игнорировал меня.
Мое сердце раскололось на две части, и я почувствовал, как безнадежность захлестывает меня, пока гнев не взял верх. Как он смеет не давать мне возможности объясниться? Мое тело напряглось, гнев закипал под поверхностью.
Я схватила его за плечо и повернула лицом к себе. Его было трудно сдвинуть с места, но адреналин, бурлящий в моем теле, укрепил мою решимость. Его тело дернулось, и он выглядел испуганным от неожиданного движения. Когда его глаза упали на меня, они расширились от шока. Все, что я хотела сказать, вылетело у меня из головы, когда передо мной возникло его лицо.
— Ты здесь, — его глаза неотрывно смотрели мне в лицо. Джордан облегченно выдохнул, придвинулся ближе и остановился на полпути, его рука была в нескольких дюймах от моего лица. Я так нуждалась в его прикосновении, что хотела сделать шаг вперед, но знала, что ему нужно от меня. Его рука опустилась и сжалась в кулак, взгляд оторвался от моего, чтобы снова посмотреть на город.
Мне нужно было что-то сказать, пока я не испортила все и не оттолкнула его еще дальше. Выражение его лица было отстраненным, но я знала, что он меня выслушает. Он ведь сказал, что любит меня, не так ли?
— Ты не должен ничего говорить или даже смотреть на меня, но мне нужно, чтобы ты меня выслушал, — призналась я и увидела, как напряглись его плечи.
— Я должна была рассказать тебе о Карне, но не рассказала, и мне очень жаль. Мне трудно открыться, потому что ты первый человек, к которому я испытываю подобные чувства. Ты не мой запасной вариант. Ты никогда им не был. Я не понимала этого тогда, потому что понятия не имела, что такое любовь, но теперь понимаю.
С этими словами он повернулся, чтобы посмотреть на меня.
— Это больно. У меня все время болит грудь, и мне, наверное, нужно пойти к врачу. Стоять сейчас рядом с тобой, конечно, не очень хорошо для моего кровяного давления, да и пульсация в ушах не помогает, — я выдохнула, чувствуя, что нахожусь на грани смерти. — Если мне придется провести остаток жизни, заглаживая свою вину перед тобой, я это сделаю. Хотя я надеюсь, что это произойдет раньше, чем позже, потому что эти взгляды не будут длиться вечно, — я улыбнулась и увидела, как его рот дернулся, побуждая меня продолжать. — Мне нравятся твои властные манеры, то, как ты можешь заставить мое сердце замирать от одного только взгляда, и то, как ты заботишься о тех, кого любишь, и о тех, кто любит меня. Надеюсь, ты все еще чувствуешь то же самое, потому что на следующей неделе я обедаю с твоей мамой и иду на вечеринку по случаю рождения ребенка твоей сестры. О, и я обещала Вэл, что у нас будет день спа, — бессовестно призналась я.
— И я доверяю тебе всю свою жизнь. Я люблю тебя. Я была бы идиоткой, если бы не любила.
В этот момент мои ноги оторвались от земли, и я оказалась в крепких объятиях. Я обхватила руками шею Джордана, наконец-то коснувшись его теплой кожи. Ямочка, которую я так хотела увидеть, стала видна.
— Я был бы идиотом, если бы не сделал этого. Я люблю тебя, Наз. Очень сильно, — наконец сказал он, захватив мои губы своими мягкими губами. Я обхватила его ногами, прижимаясь к нему изо всех сил. — Все твое упрямство, все твое отношение - все это мое. Каждая частичка тебя - моя.
Я прижалась ближе, желая затеряться в нем. Джордан уткнулся носом мне в шею, и мы так и остались, слушая дыхание друг друга.
— Знаешь, — сказала я, отстраняясь. — Я все еще в долгу перед тобой.
— Да? За что?
— За то, что ты был моим фальшивым парнем, когда мои родители приезжали в гости.
Он хмыкнул, крепче прижимаясь ко мне.
— Я все еще твой ненастоящий парень?
Я покачала головой.
— Нет. Очень даже настоящий, — сказала я, ткнув пальцем в его ямочку.
Он поймал мою руку и поцеловал ее.
— Тогда я думаю, что мне стоит оплатить услугу и сделать нас в расчете, — он улыбнулся, его рука продолжала ласкать мое тело.
— Я думаю,
