но однажды, возвращаясь домой после позднего завтрака у моей мамы, мы заехали в дом. Большой дом находился в тихом районе, с большим задним двором и множеством комнат - идеальное место для большой семьи, о которой Наз всегда рассказывала.
Она даже не подозревала, что я специально проехал мимо, когда с волнением ходила по дому, представляя, что мы настоящие покупатели. На следующий день я сделал предложение и теперь был готов сообщить ей новость вместе с еще одним сюрпризом.
Моя поездка в Сиэтл в прошлом месяце была не только по делам. Я взял дополнительный день и полетел в Ванкувер, чтобы попросить благословения у ее родителей. Сунита поняла, зачем я приехал, когда открыла дверь, и не могла нарадоваться, сразу же позвонив моей маме, чтобы начать планировать. Джай сказал мне то же самое, что и в день бранча два года назад.
— Я знаю многих людей, которые были бы рады оказать мне услугу, Джордан. Я люблю свою дочь, и на этот раз я без колебаний погублю человека, который заставит ее плакать, — предупредил он, его тон был зловещим. Я не сомневался, что у Джая есть связи; я бы никогда не стал его проверять.
Моя мать, напротив, ждала от меня предложения весь прошлый год. Сначала она не очень деликатно намекала на то, что подарит мне обручальное кольцо, которое ей подарил отец, и просила, чтобы я сделал его на заказ для Наз. Потом она стала жаловаться на то, что у всех ее подруг есть невестки, и только у нее одной есть неженатый сын.
Меня не надо было уговаривать, я знал, что мне суждено быть только с Сарвеназ, но я ждал, когда она будет готова. Я не мог понять, как это произошло, но однажды вечером, когда мы оба рано пришли с работы, что-то переключилось. Что-то умиротворяющее и привязывающее душу, связывающее нас так крепко, что мы не могли найти слов, чтобы описать это.
Мы готовили ужин в окружении нот, льющихся из моего проигрывателя. Я нарезал ингредиенты, а Наз добавляла их в кастрюлю, время от времени делая перерывы, чтобы обнять ее, поцеловать, услышать от нее слова "Я люблю тебя". Эта песня никогда не устаревала, ничто не устаревало, когда я был с ней. Спустя несколько часов, когда мы лежали в постели, ее голова лежала на моей груди, глаза были устремлены на меня, а мое сердцебиение находилось на новом уровне спокойствия, мы оба чувствовали это. Почти осязаемое, всепоглощающее чувство окутало нас своей тяжестью. Это было больше, чем любовь, больше, чем все, что я когда-либо чувствовал.
Теперь, с благословением и бриллиантовым кольцом в кармане, я был готов, и с помощью Линь все шло по плану.
Наз : Платье только для сегодняшнего вечера и любовное письмо? Я могу влюбиться в тебя заново, Эванс.
Она и не подозревала, что скоро станет миссис Эванс.
Я : Скрестим пальцы.
Я подъехал к нашему новому дому и увидел, что Линь, моя мама и мои сестры во дворе готовятся к вечеру. В доме и на открытой площадке висели гирлянды, вокруг лежали тысячи лепестков белых роз, а на дорожке стояли свечи. Солнце низко висело над горизонтом, и я чувствовала, как с каждым часом учащается мой пульс. Провода, обвивающие легкие, напомнили мне о том, как я впервые поцеловал ее. В ту ночь, когда я уже влюбился в нее.
— Ты так и будешь стоять или поможешь нам повесить эти гирлянды? — позвала мама, пытаясь повесить белые гирлянды на елку, которая возвышалась над головой. Я покачал головой, смеясь над их попытками, прежде чем сам стал их натягивать. Пока я помогал с тяжестями, во двор зашли два моих лучших друга. Они приехали сюда из Бостона ради этого и собирались остаться в городе на несколько недель.
— Наш мальчик уже совсем взрослый, — сказал Маркус, притягивая меня к себе и обнимая. Вытирая несуществующие слезы с преувеличенным фырканьем. — Чертовски вовремя.
— Надеюсь, она не откажется, — пошутил Девин, один из моих самых старых школьных друзей.
— Ты уморительный, — проворчал я.
— Да я просто тебя подкалываю, чувак. Ты же знаешь, что Наз хотела бы этого.
Я не мог не улыбнуться, потому что знал, что она этого хотела. Они знали о Наз с тех пор, как она появилась у меня на пороге. Я был очарован ею тогда, и это чувство до сих пор не прошло и, думаю, никогда не пройдет.
В течение следующего часа женщины расставляли нас по двору. Мои сестры помогали поставщикам накрывать семейный ужин, который мы устроим после, а Линь преображала задний двор.
Я прилетел к родителям Наз и Линь, чтобы они могли присутствовать на сюрпризе. Познакомившись с родителями Линь, я понял, что они относятся к Наз как к своей дочери и хотели бы присутствовать при таком особенном моменте. Я проверял часы каждые пять минут и отправил Уиллу сообщение, чтобы он забрал их из аэропорта.
— Хорошо, Джей, все готово. Ты проведешь ее по этой дорожке. Остановись прямо под деревом. Я буду стоять вон там, — она указала на кусты, — и незаметно делать снимки, пока мы все не выскочили, — проинструктировала она.
Без нее все это было невозможно, и я был благодарен ей за то, что она была нашим другом.
— Спасибо. Без тебя я бы не справился.
— Конечно, нет. Вы бы даже не были вместе, если бы не мои мудрые слова, — с гордостью сказала она.
Я бросил на нее насмешливый взгляд.
— Надеюсь, это связано с тем, что мы любим друг друга.
—Конечно, как хочешь, дружище, — сказала она, похлопав меня по руке.
Я покачал головой, глядя на ее самодовольное лицо.
— Я напишу тебе, когда мы будем в пяти минутах езды.
Час езды показался мне вечностью, и мой пульс
