– А почему вы не хотите выходить замуж за Моргана, Дэниела? – спросил в свою очередь Стивен.
– Ведь ты же любишь его, – вставила Меган.
– Да, люблю, – просто ответила девушка. – Но именно поэтому и не хочу. Король едва ли сочтет такой брак удовлетворительным для претендента на графский титул и обширные владения в Суссексе.
– Ты напрасно волнуешься, – беспечно сказал Морган, – говорю тебе, все будет хорошо!
Когда они вошли в дом герцога, здесь уже вовсю кипело веселье. Проходя под руку с Морганом по лестнице мимо большого зеркала, Дэниела придирчиво взглянула на свое отражение и осталась довольна. Благодаря стараниям Стивена, который продумал каждую деталь ее туалета, она выглядела прекрасно. Шелковое платье цвета морской волны очень шло ей. Теперь она по достоинству оценила выбор Стивена, который настоятельно советовал ей отказаться от пышных кружев и воланов, утяжеляющих ее фигуру. В платье строгих линий она выглядела изящной и гибкой, несмотря на высокий рост.
Да, Рейчел была права: на самом деле, не было равных ее брату в отношении всего, что касалось женской моды. Вкус у него был безупречен.
Когда они вошли в зал, Дэниела впервые за многие годы с удивлением поймала на себе восхищенные мужские взгляды. Когда были произнесены имена всех вновь прибывших, в зале наметилось заметное оживление. Многие поспешили приветствовать герцога и герцогиню Уэстли, а также графа и графиню Арлингтон. Не обошли вниманием и Моргана. На Дэниелу бросали любопытные взгляды, тем не менее все были с ней очень приветливы. Казалось, Морган был прав, и в свете на самом деле забыли о скандале, связанном с ее именем. Сначала Дэниела чувствовала себя несколько напряженно, но вскоре освоилась и даже начала получать удовольствие от вечера и общения со старыми и новыми знакомыми.
– Вы с Морганом изумительно смотритесь вдвоем, – шепнула ей Рейчел.
Сначала Дэниела танцевала с Морганом, затем один танец со Стивеном и хозяином дома. Когда Морган пригласил ее вновь, она поймала на себе завистливые взгляды нескольких хорошеньких женщин. Это было так непривычно и так приятно, что ей неожиданно стало легко и радостно.
Выводя ее в центр зала для танца, Морган прошептал:
– Вот видишь, люди вовсе не так злопамятны, как ты себе представляла.
Дэниела ответила ему радостной улыбкой. А Морган не мог налюбоваться на свою невесту. Теперь она держалась свободно и уверенно и двигалась легко, грациозно. Так было приятно смотреть на ее раскрасневшееся, радостное лицо, озаренное улыбкой!
Когда закончился изящный котильон и Дэниела в сопровождении Моргана шла по залу, она заметила в одном из углов трех мужчин, среди которых был и герцог Карлайл. Все они внимательно слушали высокого худого джентльмена, стоявшего к Дэниеле спиной. В его облике ей почудилось что-то знакомое, и Дэниела вздрогнула от нехорошего предчувствия. В этот момент один из слушателей бросил на нее осуждающий, презрительный взгляд. Говоривший повернулся, и сердце Дэниелы сжалось. Она узнала его мгновенно, хотя не видела этого человека шесть лет.
За прошедшие годы Джилфред Ригсби изменился. Теперь он выглядел довольно потрепанным жизнью, хотя был еще достаточно хорош собой, чтобы привлекать внимание женщин. Он оглядел Дэниелу с ног до головы вызывающим, наглым взглядом и что-то презрительно сказал своим слушателям.
Морган мгновенно почувствовал перемену настроения своей спутницы.
– Что с тобой, Дэниела? – участливо спросил он. – Ты выглядишь так, будто увидела привидение!
– Ах, если бы! Увы, это не привидение, а гораздо хуже. – И она чуть кивнула в сторону Ригсби.
Проследив за направлением ее взгляда, Морган тихо выругался:
– А этот негодяй что здесь делает?
– Освежает память тех, кто уже забыл события шестилетней давности, – мрачно сказала Дэниела.
Морган от досады даже скрипнул зубами. Все так хорошо начиналось! – Не обращай на него внимания.
– Но ведь другие-то обратят. – Дэниела почувствовала такое отчаяние, что с трудом сдержала слезы. – Прости, Морган, я... мне лучше поехать домой.
– Ни за что! – Он крепче сжал ее локоть. – Выше голову! Где моя храбрая леди-разбойница? Уж она-то не испугается нескольких косых взглядов. Ну-ка улыбнись и забудь о них. Ты сегодня так красива, так чудесно танцуешь, неужели ты позволишь им испортить такой чудесный вечер?!
Дэниела старалась последовать совету Моргана, но это давалось ей с таким трудом, что она почувствовала себя хоть немного свободнее лишь тогда, когда Ригсби вышел из зала.
Морган подвел Дэниелу к креслу.
– Улыбайся, – тихо напомнил он ей, – я знаю, что это непросто, но ты справишься, я уверен!
Они просидели несколько минут, когда к ним подошли Рейчел и Меган.
– Дэниела, мне что-то стало нехорошо, – обратилась к ней Рейчел. – Я не хочу беспокоить Джерома, не проводишь ли меня домой?
– С удовольствием, – ответила Дэниела, обрадовавшись предлогу, позволившему ей сбежать с поля боя.
К счастью, Морган не стал возражать и просто пожелал им спокойной ночи. Рейчел взяла ее под руку, Меган встала с другой стороны. Так, в сопровождении герцогини Уэстли и графини Арлингтон, Дэниела покинула дом Карлайлов.
Когда Рейчел слегка наступила ему на ногу носком своей бальной туфельки, Морган понял, что женщины что-то задумали и ему не стоит вмешиваться. Проводив взглядом всю троицу, Морган обернулся и увидел спешащих к нему брата и Стивена. По их сумрачным лицам он понял, что произошло что-то неприятное.
– Я так и подумал, что тут семейный заговор, – обратился Морган к брату. – Надеюсь, вы не станете возражать, если я как следует проучу этого негодяя?
– Он сейчас в игорной комнате, – сказал Джером. – Мы поддержим тебя, что бы ни произошло. Рейчел и Меган сейчас отвезут домой Дэниелу, ей ни к чему присутствовать при этом. Я лично не могу понять, зачем Ригсби понадобилось ворошить прошлое, но факт налицо, он пытается восстановить общество против Дэниелы!
– Мне это тоже кажется странным. И я намерен получить от него разъяснение. Идем.
Игра была в самом разгаре. Свободных мест за столами не было. Часть мужчин, которым не досталось места за столом, с интересом наблюдали за играющими.
Ригсби соблазнил игрой в пикет сына лорда Норвича, молодого глуповатого Перси Рейна, известного своей неуемной страстью к карточной игре и – в не меньшей степени – полным отсутствием способностей к ней. Высокая горка фишек на столе перед Ригсби говорила о том, что он, как обычно, в выигрыше.
Морган внимательно следил за Ригсби в течение нескольких минут, желая убедиться, что негодяй, как всегда, использует свои излюбленные приемы. Затем подошел к столу. Ригсби как раз в это время сгребал очередную порцию выигранных фишек.
