Читаем без скачивания Темное наследие. Беззвездная ночь. Нашествие тьмы. Путь к рассвету - Сальваторе Роберт Энтони

Дагнабит кивнул:

— Это и в самом деле разумно. У людей высокий рост, и они лучше приспособлены к сражениям в горах. А я так думаю, что дроу придут не только снизу, но попытаются обойти нас по поверхности.

— И тогда парни из Сеттлстоуна их встретят, — завершил его мысль другой дворф.

Бренор Боевой Топор с любопытством наблюдал за собранием, стоя в тени полуоткрытой двери. Просто поразительно, как быстро Реджис все взял в свои руки, даже без помощи своей гипнотической рубиновой подвески. Обругав Бренора за медлительность и отсутствие решимости, за то, что он снова погрузился в мутные воды тоски, когда след Кэтти-бри и Дзирта был почти потерян, маленький хафлинг, сопровождаемый Пвентом, направился прямиком к генералу Дагнабиту и другим командующим.

Бренор был поражен не тем, что дворфы с энтузиазмом начали готовиться к войне, а тем, что они во всем слушаются Реджиса. Конечно, без мошенничества здесь не обошлось. Пользуясь тем, что Бренор пребывал в апатии, хафлинг врал, что советуется с ним, а потом отправлялся к Дагнабиту и остальным, якобы передавая им новые указания их короля.

Когда Бренор обнаружил жульничество, то первым его желанием было удавить Реджиса, но тот смело вытянулся перед ним во весь свой маленький рост и совершенно искренне заявил, что готов сию же минуту уйти в тень, если Бренор сам всем займется.

Бренор был бы не прочь, ему отчаянно хотелось вновь собраться с силами, но одна мысль о возможной войне неизбежно обращала его память к недавним схваткам, когда рядом были Дзирт, Кэтти-бри и Вульфгар, и у него тут же опускались руки. Поэтому он отпустил Реджиса, разрешив тому и дальше действовать, прикрываясь его именем.

Дагнабит был прекрасным стратегом, но он мало что знал о других расах, исключая разве гоблинов. Реджис же был одним из ближайших друзей Дзирта и сотни раз слышал рассказы дроу о его родине и соплеменниках. Реджис был и в числе друзей Вульфгара, поэтому хорошо понимал варваров, на которых дворфы рассчитывали в качестве союзников.

Дагнабит недолюбливал тех, в чьих жилах текла недворфская кровь, и то, что он с готовностью следовал советам хафлинга — никогда, кстати, не отличавшегося заметной храбростью, — немало удивляло Бренора.

Да и задевало. Бренор знал о темных эльфах и варварах не меньше Реджиса, а уж в понимании боевой тактики дворфов равных ему просто не было. Это он должен стоять у этого стола и указывать важные пункты на карте; он должен был встретиться с Берктгаром Храбрым, а Реджиса взять сопровождающим.

Бренор уткнулся взглядом в пол и провел рукой по лицу, коснувшись уродливого шрама. Пустая глазница болела. Но так же пусто было и в его сердце, которое надорвала потеря Вульфгара, а мысли о том, что Дзирту и Кэтти-бри грозит опасность, разрывали на куски.

Оставаясь королем Мифрил Халла, он больше не был властен над происходящим. Его сердце всегда в первую очередь принадлежало детям, из которых один умер, а другая пропала, и друзьям. Но теперь Бренор не мог повлиять на их судьбу; он мог лишь надеяться, что они выживут, выйдут победителями из всех бед и возвратятся к нему.

Но Вульфгар уже никогда не вернется.

Король дворфов вздохнул и, повернувшись, медленно пошел в свою пустую комнату, даже не заметив, что совещание прервалось.

Реджис молча смотрел вслед Бренору, жалея, что отдал рубиновую подвеску, раз ничто другое не способно разжечь пламя в сломленной душе дворфа.

Кэтти-бри с опаской всматривалась в глубь широкого коридора, пытаясь рассмотреть врагов среди нагромождений сталагмитов. Она оказалась в той области, где камни были перемешаны с землей и грязью и следы были вполне различимы. Девушка была уверена, что их оставили гоблины, причем совсем недавно.

Пещера впереди была словно создана для засады. Кэтти-бри вытащила из колчана у бедра стрелу и приготовила волшебный лук Тулмарил Искатель Сердец. Под мышкой девушка зажала ониксовую фигурку, чтобы в любой момент можно было вызвать пантеру. Некоторое время Кэтти-бри сомневалась, стоит ли вызывать Гвенвивар с Астрального уровня. Ведь никакой уверенности, что гоблины поблизости, у нее не было — все столбы в коридоре выглядели вполне естественно и безобидно. Однако по спине у нее пробежали мурашки.

Разум все же взял верх над инстинктами, и она решила пока не звать кошку. Прижимаясь спиной к левой стене, она медленно двинулась вперед, вздрагивая всякий раз, когда грязь хлюпала под ее ногой.

Миновав с десяток сталагмитов, девушка остановилась и прислушалась, не отходя от стены. Она не слышала ни звука, но не могла отделаться от ощущения, что за каждым ее шагом кто-то следит, что где-то неподалеку притаилось чудовище, готовое в любой момент броситься на нее. Неужели так будет продолжаться все время, пока она пробирается по Подземью? Так недолго и с ума сойти, если за каждым поворотом ей будут мерещиться несуществующие опасности. Или, что еще хуже, она может настолько устать от постоянного напряжения, что проглядит настоящую опасность.

Кэтти-бри тряхнула головой, отгоняя докучливые мысли, и, прищурившись, вгляделась в освещенное волшебным звездным сиянием пространство впереди. Еще одним преимуществом сказочного подарка леди Аластриэль было то, что в темноте глаза девушки не горели предательским красным светом. Хотя она, незнакомая с такими вещами, этого даже не подозревала. Маячившие впереди очертания казались Кэтти-бри зловещими. Здесь не было той определенности, что во всех остальных туннелях, — повсюду было слякотно и местами даже плескалась вода. Мерещилось, что нечто выступает из-за сталагмитов: как будто руки гоблинов, сжимающие оружие.

Кэтти-бри снова отогнала навязчивые мысли и опять было двинулась вперед, но тут же застыла. Ей послышался слабый звук, тихий скрип, словно кто-то царапнул острием ножа по камню. Она простояла довольно долго, напряженно вслушиваясь, но все было тихо, и девушка заставила себя поверить, что у нее слишком разыгралось воображение.

Но ведь следы гоблинов — не плод воображения? И сделав шаг, Кэтти-бри остановилась, бросила статуэтку и круто обернулась, подняв лук. Из-за ближайшего сталагмита показался гоблин. Широкая ухмылка делала его плоскую рожу еще отвратительней. Над головой чудовища был занесен грубый, зазубренный меч.

Кэтти-бри выстрелила, не целясь. Мелькнула серебристая стрела, рассыпалась целым фонтаном разноцветных искр, угодила прямо в череп врага и пробила его насквозь.

— Гвенвивар! — крикнула Кэтти-бри, снова вскидывая лук. Она понимала, что надо немедленно двигаться, потому что обнаружила себя разноцветной вспышкой. Она дождалась, пока возникнет серый туман, потому что теперь ничто не могло помешать пантере появиться, подхватила фигурку и кинулась бежать. Перескочила через труп, завернула за один из столбов, протиснулась между двух других, краем глаза заметила еще одну приземистую фигуру. В следующее мгновение стрела серебряным лучом разрезала тьму и вонзилась в новую жертву. Но девушка не успела обрадоваться, потому что при свете вспышки она разглядела еще с десяток мерзких тварей, хоронящихся за сталагмитами.

С визгом и воплями они кинулись на нее.

Тем временем серый туман принял осязаемую форму. Гвенвивар мгновенно оценила обстановку и поняла, что нужно срочное вмешательство. Она прижала уши, внимательно обвела сияющими зелеными глазами местность и бесшумно, как сгусток тьмы, прыгнула вперед.

Кэтти-бри отступала, рассчитывая зайти с фланга нападавших. Из-за каждого столба она выпускала новую стрелу, но часто они попадали в камень. Однако она не расстраивалась, поскольку ее целью было не дать гоблинам собраться вместе, иначе они окружат ее.

Полетела еще одна стрела, и в ее свете Кэтти-бри увидела более близкую мишень — за сталагмитом, позади которого она собиралась спрятаться, затаился еще один гоблин. Она шагнула за столб, остановилась и тут же снова отступила, лихорадочно пытаясь приладить стрелу.