Читаем без скачивания Темное наследие. Беззвездная ночь. Нашествие тьмы. Путь к рассвету - Сальваторе Роберт Энтони

— Неужели ты имеешь в виду… — чуть не задохнувшись, произнес Энтрери.

— Именно, — ответил Джарлакс и посмотрел на вход в туннель, в котором исчез Фербл. — Похоже, муха сама залетела в паутину.

Энтрери совсем растерялся. Дзирт До'Урден вернулся в Подземье! Как же это скажется на предполагаемом набеге на Мифрил Халл? Может, все отменят? Неужели пропадет последняя возможность выбраться на поверхность?

— А что нам делать? — спросил он наемника, и в его тоне ясно слышалось отчаяние.

— Делать? — повторил Джарлакс, прищурил глаза и от души рассмеялся. — Делать? — спросил он так, словно услышал совершенную нелепицу. — Зачем что-то делать? Будем просто сидеть и развлекаться!

Его ответ не стал большой неожиданностью для Энтрери, особенно после некоторого размышления. Джарлакс обожал парадоксы, поэтому и процветал в хаотичном мире дроу, и этот неожиданный поворот его, конечно, порадовал. Вся жизнь Джарлакса была игрой, играть в которую следовало с удовольствием, не думая о последствиях или морали.

В другое время подобное отношение импонировало бы Энтрери, он бы даже мог разделить его, но только не сейчас. Слишком уж многое в жизни несчастного убийцы висело на волоске. Дзирт находился неподалеку от Мензоберранзана, и это значительно осложняло будущее Энтрери, которое и так не было окрашено в радужные тона.

Джарлакс снова зашелся в долгом приступе хохота. Энтрери же стоял и серьезно смотрел в глубь ведшего в город гномов коридора, вспоминая лицо и лиловые глаза своего заклятого врага.

Дзирту было так приятно, что вокруг все знакомо. Ему даже показалось, что он спит, потому что каменная каморка ничуть не изменилась и выглядела в точности такой, какой запомнилась ему. Даже гамак, в котором он лежал, был тот же самый.

Но Дзирт не спал и прекрасно понимал это, потому что ровным счетом ничего не чувствовал ниже пояса: ни веревок его подвесного ложа, давивших на кожу, ни холода в голых ступнях.

— Очнулся? — послышался голос из другой комнатки. Тот, кто там был, говорил на языке свирфов — причудливой смеси мелодичных интонаций языка эльфов со скрипучими звуками дворфского. Слова этого наречия сразу ожили в памяти Дзирта, хотя он не слышал его и не говорил на нем уже двадцать лет. С некоторым усилием дроу повернул голову и увидел шедшего к нему Хранителя Туннелей.

Его сердце радостно забилось.

Белвар немного постарел, но выглядел все таким же крепким. Он с громким лязгом всплеснул обеими «руками», увидев, что его старый друг Дзирт действительно очнулся.

Дзирт растрогался, глядя на руки свирфа, прекрасное произведение кузнечного искусства, надежно прикрепленные к его предплечьям и заменившие Белвару его собственные. В тот раз, когда дроу и свирф повстречались впервые, родной брат Дзирта отрубил гному руки. Между глубинными гномами и отрядом темных эльфов тогда завязалась жестокая схватка, и сначала Белвар захватил Дзирта в плен. Но Дайнин быстро пришел на помощь брату, и соотношение сил изменилось. Если бы не Дзирт, Дайнин убил бы Белвара. Правда, юный дроу не был уверен, что его заступничество имеет смысл, потому что Дайнин приказал искалечить свирфа, а в Подземье калеки долго не жили.

Но когда Дзирт, бежав из Мензоберранзана, попал в Блингденстоун и снова встретился с Белваром, то с радостью узнал, что свирфы были совсем не чета дроу. Они помогли своему искалеченному собрату и изготовили подходящую замену утраченным рукам. К правому предплечью высокочтимого Хранителя Туннелей, как называли Белвара свирфы, был приделан мифриловый молот с выгравированными на нем рунами и изображениями могучих существ, в том числе земной элементали. На левом красовалась не менее искусно выполненная киркомотыга. Ими можно было работать и сражаться, да к тому же шаманы заговорили инструменты. Дзирт и сам видал, как Белвар врубался в камень с такой же легкостью, как крот роет мягкую землю.

Как приятно Дзирту было видеть по-прежнему в добром здравии своего первого друга не-дроу и первого настоящего друга после смерти Закнафейна.

— Магга каммара, эльф! — громыхнул гном со смешком, подходя к гамаку. — Я уж думал, ты никогда не проснешься!

«Магга каммара», — повторил Дзирт про себя, «клянусь камнями». Благодаря этой смешной фразе, которую Дзирт не слыхал вот уж двадцать лет, он снова почувствовал себя непринужденно и мысленно вернулся к тому безмятежному времени, когда он гостил у Белвара в Блингденстоуне.

Однако он очнулся от воспоминаний, заметив, что свирф стоит у него в ногах и внимательно их осматривает.

— Ну и как они? — поинтересовался гном.

— Да никак.

Гном понимающе закивал лысой головой и киркой почесал внушительных размеров нос:

— Тебя погасили?

Дзирт не понял, что это значит, поэтому не ответил.

— Погасили, — повторил Белвар и подошел к прикрепленному к стене шкафчику. Киркой он ловко подцепил и распахнул дверцу, потом обеими «руками» стал перебирать что-то внутри и наконец вытащил и показал Дзирту странного вида вещь.

— Новое оружие, — пояснил Белвар. — Только несколько лет, как изобрели.

Предмет по форме напоминал бобровый хвост, только ближе к узкому краю была приделана короткая ручка, а широкий загибался вверх под острым углом. Кроме одного зазубренного края, пластина везде была гладкой.

— Вот это и есть гаситель, — сказал гном, подняв оружие повыше, но оно выскользнуло и упало на пол.

Белвар дернул плечом и опять хлопнул мифриловыми «ладонями»:

— Хорошо, что у меня есть вот это. — И Белвар потряс в воздухе молотом и киркой. — Повезло тебе, Дзирт До'Урден, — сказал он, помолчав, — что в этом бою свирфы распознали в тебе своего.

Дзирт фыркнул: он вовсе не чувствовал себя везунчиком.

— А ведь он мог ударить тебя острым краем, — продолжал Белвар, — и рассечь хребет пополам, вот какое дело!

— У меня такое ощущение, что мой хребет на самом деле рассечен, — вставил Дзирт.

— Нет, что ты! — сказал Белвар, подходя к изножью гамака. — Тебя только погасили. — Гном сильно ткнул киркой Дзирту в пятку, и дроу вздрогнул и дернулся. — Видишь, возвращаются ощущения уже снова, — объявил Белвар, хитро улыбаясь, и снова ткнул Дзирта киркой.

— Учти, я скоро опять буду ходить, Хранитель Туннелей, — шутливо пригрозил дроу, почувствовав большое облегчение.

Белвар ткнул его еще разок и рассмеялся.

— Не сейчас это будет! — пообещал он. — А ведь еще чуть-чуть, ты и щекотку будешь чувствовать!

Дзирту показалось, что он снова вернулся в старые добрые времена; как будто тяжесть, давившая ему на плечи, на некоторое время исчезла. До чего же приятно было видеть старого друга вновь, разговаривать с тем самым гномом, который, верный их дружбе, пошел вместе с Дзиртом в глухое Подземье, вместе с ним попал в плен к наводящим ужас «прорицателям сознания» и вместе с ним сражался за свободу.

— Счастливое совпадение и для меня, и для твоих друзей, что я оказался в туннелях во время сражения, — сказал Дзирт.

— Не такая уж это случайность, — ответил Белвар, и его добродушное лицо омрачилось. — В последнее время подобные стычки участились. Самое меньшее, одна в неделю, и много свирфов уже погибло.

Дзирт прикрыл глаза, обдумывая неприятные известия.

— Ллос алчет крови, так говорят, — продолжал Белвар, — и жизнь повернулась к гномам Блингденстоуна плохой стороной. Мы все пытаемся узнать, в чем же дело.

Дзирт отнесся к этому спокойно, больше чем когда-либо уверенный, что поступил правильно, решив вернуться. Дело было не только в попытке выловить одного дроу, творилось нечто более серьезное. Слова Белвара только подтверждали его догадки.

Но тут Дзирт снова получил ощутимый тычок, открыл глаза и увидел перед собой улыбающееся лицо Хранителя Туннелей.

— Хватит о плохом! — заявил Белвар. — Двадцать лет прошло, нам столько надо друг другу рассказать! — Он подцепил с пола сапог дроу и понюхал подошву. — Тебе удалось выбраться на поверхность? — с любопытством спросил он.