электричество начало уходить в землю, и брак исчез, как и не было…
Для пользы дела время от время нужны диверсанты!
ГОРИ ОГНЕМ!
"Диверсионный" метод решения исследовательских задач далеко не сразу стал популярен даже среди знатоков ТРИЗ, которые, казалось бы, привыкли к неожиданным методам и нетрадиционным подходам. Действительно, изобретатель или ученый всю жизнь отдает, чтобы улучшить теорию или конструкцию, а тут ему говорят: сделай наоборот и придумай нечто такое, чтобы от твоей конструкции или теории не осталось камня на камне.
Как-то, лет десять назад, на одном из тризовских семинаров, зашла речь о том, можно ли улучшить большой автоматический выключатель. "Замечательный выключатель, — сказал директор завода, — всем он хорош, улучшать в нем решительно нечего".
"Допустим, — с сомнением сказал ведущий. — Пусть это идеальный выключатель. Давайте придумаем, как его испортить. Причем так, чтобы никто не сумел определить, что же произошло".
Хорошая задача для диверсанта, верно?
Предложения посыпались, как из рога изобилия. Портить, как вы понимаете, — не строить. Чтобы было понятно то, что произошло дальше, объясню устройство этого идеального выключателя. Попросту говоря, это контакт, который состоит из двух частей. Части эти припаивают друг к другу. Вообще говоря, паять, конечно, нужно так, чтобы контакты соединились друг с другом всей своей поверхностью. "А давайте будем паять не по всей поверхности, — предложил один из "диверсантов". — Припаяем по внешней части, и все дела. Держаться будет? Будет. Если токи слабые, то эта халтура ни на что не повлияет. Но если дать большой ток, то контакты начнут сильно нагреваться, и выключатель может вообще развалиться на две части. И пусть кто-нибудь догадается — почему".
Предложение было сделано, вообще говоря, в шутку. Но технолог завода, который тоже присутствовал на семинаре, неожиданно пришел в сильное замешательство. "Ну да, — сказал он смущенно, — наши рабочие так и делают, они экономят припой и потому паяют только края контактов…"
Тут уж вышел из себя инженер-исследователь.
"Черт знает что! — вскричал он. — Наша лаборатория уже десять лет не может разобраться, почему греются и разрушаются контакты! Что мы только не перепробовали! А оказывается, все дело в производственном браке?" Естественно, произошел небольшой скандал, но задача-то была решена: идеальный выключатель действительно стал идеальным.
Использование диверсионного метода частенько приводило к курьезам. К примеру, на одном из семинаров по ТРИЗ была поставлена реальная задача: завод получил срочный заказ, а сварочный цех перегружен другой работой, и заказ выполнить никак не удается. Что бы придумать такого, чтобы сварщики сумели сделать обе работы?
Предложений было немало, но ведь выше себя не прыгнешь — если цех перегружен, каким образом можно разместить еще один заказ? Как говорится: "Требуется получить от коровы на двадцать литров молока больше, чем она может дать". В разгар полемики кто-то вспомнил о диверсионном методе и воскликнул: "Давайте все испортим окончательно! Представьте, что сварочный цех сгорел дотла. И что тогда?"
Ясно что: если цех сгорел, придется или не выполнить заказ, или… обойтись без сварки. Самое любопытное, что те же инженеры в течение получаса придумали способ, как выполнить задание, не прибегая к сварочным работам. Раньше о такой возможности просто никто не думал, и нужно было совершить "диверсию", чтобы сделать изобретение!
Что ж, почему бы и вам, господа, не взять на вооружение диверсионный метод? Исследовательские задачи ведь возникают не только в науке и технике, но и на кухне, и в школе — да где угодно! И если вам нужно будет избавиться от вредной помехи, от неприятного явления — подумайте сначала, как бы вы смогли сделать эту помеху неустранимой, а явление — отвратительным.
Тогда и решение придет.
ПРОБОВАТЬ И ОШИБАТЬСЯ?
Изобретатели, знающие ТРИЗ, обычно снисходительно улыбаются, когда слышат от своих коллег: "Я перебрал тысячи вариантов, прежде чем сделал изобретение". Тризовец вариантов не перебирает, а действует по системе, основы которой мы с вами уже знаем.
Писатель-фантаст, знакомый с методами РТВ, обычно снисходительно улыбается, когда слышит от своего коллеги: "Я полгода перебирал фантастические идеи, пока не нащупал новую". Знаток РТВ умеет придумывать отличные идеи, не перебирая огромную груду нелепых — он действует по системе, основы которой нам уже известны.
А большинство ученых пока еще действительно считает, что классический метод проб и ошибок — единственно возможный способ совершения научных открытий. Не так давно мне довелось прочитать восторженную статью известного ученого — гимн методу проб и ошибок, провозглашение этого метода вечным и незыблемым. Все равно, как если бы ямщик превозносил неоспоримые преимущества конного транспорта в то время, когда по улицам бегает первый, пусть и весьма несовершенный автомобиль…
Между тем разве, к примеру, диверсионный метод решения исследовательских задач, о котором шла речь неделю назад, не избавляет ученого от нудной необходимости случайно перебирать разные варианты в поисках нужного? Есть и другие методы. И есть общее правило, действующее в науке не хуже, чем в технике: научные системы развиваются по своим объективным законам, и лишь познав эти законы, научившись ими пользоваться, ученый навсегда забудет о том, что когда-то для того, чтобы сделать открытие, ему приходилось наугад перебирать простые зерна — факты в поисках жемчужного зерна — открытия.
Несколько лет назад изобретатели Б.Злотин и А.Зусман предложили простую схему, показывающую, как именно современная наука избавляется от вечной, казалось бы, необходимости перебирать варианты.
Вот как идет развитие:
Этап первый, длившийся долгие столетия: ученый наугад совершает "пробы и ошибки", при этом, даже не запоминая, какая именно проба была ошибочной, и поэтому повторяя те же ошибки вновь и вновь. Разве алхимики средневековья в поисках "философского камня" не перебирали по сто раз одни и те же элементы и не проводили одни и те же опыты? Это все равно, что пытаться открыть запертую дверь, доставая ключи из огромной коробки, а неподошедшие ключи бросая обратно в ту же коробку — чтобы через какое-то время вытащить опять тот же ключ и совершить ту же ошибку…
Но наступает в развитии науки второй этап. Поиск нового ведется, конечно, все тем же методом проб и ошибок, но теперь ошибки запоминаются и не повторяются вновь. Этот переход произошел тогда, когда получили распространение научные журналы, а результаты опытов и исследований стали доступны всем ученым во всех странах. Продолжая аналогию, можно сказать, что теперь, достав ключ из ящика и не сумев отпереть этим ключом дверь, вы больше не бросаете ключ обратно в ящик, но откладываете в сторону, чтобы никогда больше не использовать.
Но ведь и второй этап достаточно неэффективен —
