class="p1">— Надо еще подогреть, — велел Данила подмастерью.
Через несколько минут появились белые пары. Колбу сняли с бани, но к этому моменту реакция стала слишком бурной: раствор активно «кипел», образовывалось много белых паров. Вставили в колбу обратный холодильник — помогло.
Через несколько минут количество белых паров уменьшилось, но начали образовываться бурые пары диоксида азота. В колбе было заметно образование слегка коричневатого осадка.
— Вот теперь оставляем колбу на ночь. Утром отфильтровываем осадок на бумажном фильтре, промываем его дистиллятом. Осадок должен иметь слегка коричневатый цвет. Сушим, до вечера.
— Да-да, — кивнул Латтус, заполняя убористым почерком уже третий лист.
— Имейте в виду. Полученный фульминат ртути содержит примеси, его надо очищать. Я рекомендую растворить фульминат ртути в тридцатикратном количестве концентрированного раствора аммиака, раствор отфильтровать от механических примесей и нейтрализовать слабой уксусной кислотой. При этом гремучая ртуть снова выпадает в осадок.
— Хм… А есть другие способы?
— Есть, но мне они неизвестны, я оружейник, а не алхимик, повезло, что я знаю хоть это. Хранить аммиачные растворы фульмината ртути не рекомендуется — нейтрализацию и осаждение проводят по возможности быстро. Очистку, точнее переосаждение фульмината ртути, проводить нужно обязательно, потому что мы планируем некоторое время хранить фульминат ртути, вначале как есть, потом в виде капсюлей. Очистка повысит стабильность.
— Понял.
— Не забывайте, что фульминат ртути — не только взрывчатое вещество, но и соль ртути. Как и большинство солей ртути, он ядовит и, по-видимому, при хранении способен выделять пары ртути. В любом случае при взрыве гремучей ртути образуется металлическая ртуть — об этом следует всегда помнить.
— Да я уже и сам догадался. В общем, я поручу это паре знающих мастеров, которые и раньше имели дело с жидким оловом. Но вот что, господин министр-оружейник… Показанный вами опыт для производства в больших количествах непригоден. Сколько всего нужно?
— Скажем так. Пары ведер нам хватит на всю военную кампанию. Изготовлять фульминат ртути можно именно вот так, только в десяти-двадцати процессах одновременно. Я думаю, что достаточно задействовать не более пяти мастеров и десятка подмастерьев, чтобы покрывать все нужды оружейного производства. Так даже лучше, ведь состав может взорваться от слабого удара, потому в целях безопасности следует изготовлять и хранить малыми порциями.
— Ну если так, то нам это будет по плечу, — заверил Данилу Латтус.
После визита к алхимику Разумовский поехал на стрельбище. По дороге он обратил внимание, что Роктис, поглощенная своими мыслями, временами хихикает.
— Блин, почему ты смеешься все время? — подозрительно спросил он, — неужто опять чего задумала?
— Эртэс с тобой, душенька, — замахала руками та, — просто… Ты в курсе дворцовых сплетен?
— Делать мне больше нечего!
— А я, само собой, в курсе. Так вот, слуги только и обсуждают тихим шепотом, что твои ночные разборки с королем. Скажем так, я не думаю, что в королевском дворце со дня его постройки кто-то до тебя орал «Эй, король, просыпайся, я кому сказал!». И подозреваю, что таким образом не будили никого из тысячелетней династии Валленделов. Дошло до абсурда, слуги уже не уверены, кто тут во дворце, да и в стране, главный.
Данила только тяжело вздохнул. Отчаянье и гнев — советчики так себе. Правду говорят, что даже в крепкой ссоре стоит избегать резких высказываний. Потому что ссорящие помирятся — а вот слова запомнятся все равно.
На стрельбище, организованном за крепостной стеной, дела шли полным ходом. Начальник, капитан лет тридцати с умными живыми глазами, отдал честь и отчитался: обучение практическим приемам проходят десятая, одиннадцатая и двенадцатая сотни. Еще триста солдат пока усваивают теоретическую базу под руководством нескольких самых выдающихся гвардейцев. Процесс стрелковой подготовки завершили уже девятьсот солдат и сорок гвардейцев короля.
Данила выбрал случайным образом десять солдат из числа наиболее неуклюжих или тех, кто казался туповатым, и проверил их знания и навыки. Все десять продемонстрировали приемлемый уровень базовых знаний и навыков заряжания и прицеливания. Не снайпера, конечно, но для стрельбы толпу неприятелей хватит.
После проверки Разумовский распорядился, чтобы десять лучших стрелков были оставлены на роль инструкторов: теперь ружей хватает, стрелков надо больше. Он отбыл обратно, мысленно решив, что если затея с минометом удастся, то надо будет приступить либо к огневой подготовке кавалеристов, либо учить ездить верхом уже обученных стрельбе солдат. Потому что навыки средневекового стрелка будут нужны всего для одной битвы: как только обе стороны применят огнестрел, правила войны изменятся до неузнаваемости…
Но придется крепко поднапрячься, чтоб хотя бы дожить до этого момента.
* * *
Гонец прибыл во время короткого отдыха после очередного рейда, потому перспектива куда-до двигать и что-то делать не очень радовала.
— И что светлейшим от меня надо? — с не очень хорошо скрытым недовольством спросил Т’Альдин.
С тех пор, как его авторитет значительно вырос, он сменил свой тон. Приемыш просто вынужден говорить со всеми, особенно со светлейшими, подчеркнуто вежливо и почтительно, а вот один из самых эффективных командиров и разведчиков уже может позволить себе всего лишь вежливость, при этом тонко намекая старейшинам, что хоть он их, конечно же, уважает — светлейшие тоже должны понимать, что говорят уже далеко не с самым бесправным членом своего народа.
— Светлейшие сказали — тебе необходимо собрать свой отряд так быстро, как это возможно. Максимум в течение двух дней.
— Во-первых, мой отряд крепко устал и отдыхает. Во-вторых, если уж совсем без нас никуда — то на сборы нам потребуется полчаса…
— Нет-нет. Речь о твоем самом первом отряде. О тех, с кем ты когда-то к нам пришел.
Т’Альдин мимоходом отметил, что гонец не сказал «о других из твоего народа». Что ж, ему уже года три как не напоминают, что он дроу. Т’Альдин Шасс’Кэрр, младший сын вымершего Дома, рожденный в вымершем ныне подземном городе, стал своим среди эльфов. Не так-то и сложно это было.
— А они-то нам зачем? Я не так давно виделся с Ар’Каем, и чуть давнее с Каэлис, но не думаю, что все мы будет рады снова оказаться в одной группе.
— Светлейшие говорят — вы единственные, кто может видеть тепло. Люди задумали план, как уничтожить и огромные грохочущие штуки, и весь лагерь гоблинов заодно. Но им нужны разведчики, способные ночью передавать сигналы жестами на большое расстояние.
— Заманчиво… Только я понятия не имею, где искать своих бывших кадетов. Ар’Кай в лагере на западе,
