– довольно произнесла миссис Читдаун. – А теперь можно развязать наши язычки! И готовить дальше!
В меню у нас была индейка с начинкой из каштанов, тыквенный суп и фаршированный яйца.
Когда раздался стук дверного молотка, я улыбнулась, догадываясь, кто это мог быть. Малышня из приюта. Но мы были готовы к их визиту.
- Сладость или гадость! – весело закричала детвора, стоило только открыть дверь. Они были одеты в самодельные костюмы и выглядели очень счастливыми. Среди них было привидение в старой простыне, пират с размазанными под носом усами, разбойник с отклеившейся бородой и, конечно, парочка ведьм.
- Конечно же, сладость! – мы с Френсис вынесли подготовленные корзиночки с конфетами, печеньем и засахаренными фруктами.
- Вы же помните, что не следует покидать границы нашего леса? – вкрадчивым голосом произнесла кузина. - Заблудившихся могут унести недобрые духи!
Детвора захихикала, хватая корзинки.
Френсис шагнула к ним и вдруг громко сказала:
- Чёрный дом, чёрный дом, Привиденья стонут в нём! Кандалами все гремят, Напугать тебя хотят!
- А-а-а-а! – малышня помчалась прочь. – Привидения-я-я-я!
Смеясь, мы вернулись на кухню, где уже полным ходом шла подготовка к ужину. До моих ушей донесся тихий голос миссис Маклин, которая что-то рассказывала мальчикам:
- В эту ночь объединяются два мира. Мир живых и мир мертвых. Открываются двери, и духи бродят среди людей. Души усопших навещают живых и рассказывают им свои тайны... Не знаю почему, но эти слова всколыхнули мою душу.
После посиделок у костра наша семья устроилась за большим столом. Миссис Читдаун молча подала главное блюдо вечера – «молчаливый пирог».
- Итак, что же нас ждет в ближайшем будущем? – Торнтон разрезал ножом свой кусочек. Его лицо озарила улыбка. – Кольцо. Пирог не соврал!
- Лавровый лист! – Лерой извлек из выпечки небольшой листочек.
- Это значит, что вас ждет почет и уважение, ваше сиятельство, - сказала миссис Маклин, ковыряя свой пирог. Глаза старушки радостно вспыхнули: – Матерь Божья, изюм! Искушения и соблазны!
Все начали смеяться, наблюдая за довольной миссис Маклин, а я посмотрела в серединку своего кусочка. Зерно… Как символично…
- Тебя ждет процветание и достаток, дорогая, - шепнула мне на ухо Френсис, показывая большую фасоль. – А мне пирог обещает скорое пополнение в семействе… Дай Бог, чтобы все так и было.
Вечер выдался на славу. Все разошлись по своим комнатам. Уже лежа в кровати, я долго смотрела на бледную луну, вспоминая свою прошлую жизнь. Перед тем как уснуть, в моей голове промелькнул обрывок фразы миссис Маклин: «В эту ночь объединяются два мира. Мир живых и мир мертвых…».
- Марина-а-а… дочка-а-а…
До боли знакомый голос прозвучал совсем рядом, и я испуганно открыла глаза. В лунном свете виднелся темный силуэт, загораживая оконный проем.
- Папа? – мое сердце готово было выскочить из груди.
- Да, милая, это я… - силуэт двинулся ко мне, и вскоре я почувствовала, нематериальное присутствие родного человека. Ночной гость присел рядом. – Не бойся.
- Папа… - снова выдохнула я. На глазах выступили слезы, когда теплая ладонь накрыла мою руку. – Но как…
- В эту ночь все возможно, Мариша, - мягко ответил он. – Я пришел сказать, что горжусь тобой. Иди вперед и никогда ни на кого не оглядывайся. Ты обязательно сделаешь этот мир лучше.
- Ты вернешься ко мне? – с надеждой спросила я, боясь пошевелиться, чтобы чудесный сон не закончился.
- Нет, милая… Но я всегда рядом с тобой.
- Все это несправедливо! Так не должно быть! – всхлипнула я. – Лёва…
- Лёва получил свое наказание. Сейчас он находится в том месте, где ему наверняка не так сладко как в прошлой жизни, - тихо засмеялся отец. – Я об этом позаботился. Как и о том, чтобы ты попала сюда. Мне пришлось долго умолять высшие силы, чтобы они позволили тебе прожить еще одну жизнь, милая. И я вижу, что ты точно справишься… Будь сильной, моя родная, и мудрой…
Силуэт отца стал растворяться в лунном свете, разлетаясь золотистой пылью.
- Нет! Папа! – я попыталась удержать его руку. – Останься, прошу тебя!
- Спи, доченька… спи… спи-и-и-и…
Как только его голос затих, я, всхлипывая, словно маленькая девочка, погрузилась в глубокий сон.
Эпилог
Я сидела у горящего камина, глядя на пляшущие языки пламени. Размеренно тикали часы, из глубины дома слышался приглушенный смех. Мне было тепло и уютно. Прошел еще один год, полный радостей и печалей, больших и маленьких свершений. Но усталости я не чувствовала. Да и разве можно устать от любимого дела?
Пивной бренд «Госпожа Медовой долины» стал самым популярным не только во всем королевстве. Теперь мои стауты, портеры, лагеры, пайль-эли, гессеры, русские и индийские пайль-эли экспортировали за границу. Наша семья владела десятью большими пивоварнями, продукция которых считалась самой лучшей. Гостиница Серебряные Озёра стала престижным заведением. И нам пришлось строить еще один корпус, так как количество желающих остановиться в ней росло в геометрической прогрессии. На ее территории находится магазин крафтового пива, в котором можно приобрести понравившийся напиток.
Мои мысли прервал звук торопливых шагов, а через секунду скрипнула дверь.
- Мама, скажи Криспину, чтобы он не говорил всякие глупости о моем Эдвине! – дочь почти влетела в гостиную, а за ней, смеясь, вошел мой сын.
- Я всего лишь сказал, что он завивает волосы! – Криспин широко улыбнулся. – Но это ведь правда, Виктория!
- Они у него вьются от природы! – фыркнула моя выросшая девочка, опускаясь рядом со мной на мягкий пуфик. – Мама, мое свадебное платье уже готово?
- Сегодня портниха привезет его, не переживай, - я с любовью посмотрела на своих детей. Как быстро пролетело время: они стали совсем взрослые…
Мой первенец — Криспин… Взгляд переместился на молодого человека с красивой белозубой улыбкой. Он точная копия своего отца. Высокий, темноглазый, с высокими скулами, тяжелым подбородком и чуть впалыми щеками. Сын взял от Торнтона не только внешность, но и характер. А еще он страстно любит наше поместье. Вместе с отцом они занимались разведением скота, разбивали новые сады, интересовались новыми веяниями в агрономии. Я ни минуты не сомневалась, что Криспин станет замечательным хозяином земель Мортимеров. В этом году ему исполнилось двадцать лет. Когда я в первый раз взяла его на руки, мне казалось, что большего счастья женщина просто
