своей жестокости, убивая всех, кто попадал под кружение двух сабель. И не находил.
«Даркси… Маленький мальчик давно вырос. И, похоже, узнал тебя спустя все эти годы. А ты все еще его не вспомнил, Сварт. Ты убивал слишком многих, чтобы запомнить одного уцелевшего мальчишку. Да ты и сам тогда был еще почти мальчишкой, дурным и злым», – думал Сумеречный Эльф, заглядывая в обеденный зал, где собрались изобличать преступника заклятые враги.
Сварт, усмехнувшись, сдвинул густые брови. Он не испытывал жалости ни к кому. Опасная игра доставляла удовольствие. Вот он впился цепкими крючьями своих черных зрачков в лицо кандидата. И ледяным тоном проговорил:
– Убийца – второй фаворит на выборах, господин Нилс.
– Как? Что? – ужаснулись все, в том числе стражи, которые, очевидно, пошли к подозреваемому не с такими откровенными заявлениями.
Сварт не захотел раскрывать карты в штабе, ведь могли и присвоить всю славу да выкинуть. Нет. Вот он! Вот его голос! Вот свидетели его новой славы!
– Это возмутительно! Как вы докажете? – выдрал клок из и без того негустых усов господин Нилс.
– Что ж… Доказательства? Вы их получите! – глаза Сварта зажглись пламенем, он быстро заговорил, не позволяя перебивать: – Итак. Самое очевидное: мотив. Что заставило убить и попытаться обвинить в убийстве другого человека?
– Что? – пронесся общий затаенный вздох.
– Конечно же, стремление к власти! Вы были фаворитом на выборах, вам не хватило какой-то пары голосов до победы. Вы надеялись устранить победителя. И, посредством ли второго тура выборов или автоматически по праву второго места, стать мэром города, захватив тем самым и бизнес вашего конкурента. Ведь вы конкуренты в бизнесе!
– Да, были, но что с того? – проскрежетал господин Нилс.
Сварт его не слышал, продолжая:
– И это главное! Как устранить победителя? Убить? О, нет! Слишком очевидно! Вы становитесь подозреваемым! Что же тогда? Вы убиваете сыновей всех его конкурентов, а точнее, ваших партнеров, с которыми вы были в коалиции! И, заметьте, не самих партнеров, а их сыновей. Для вас это безболезненно: вы не теряете партнеров, у них оставались еще наследники. А для дискредитации врага этого достаточно! Якобы это его месть конкурентам за последние неудачи в бизнесе, над созданием которых вы с партнерами постаралась.
– Но как я мог своих же партнеров…
– Не могли? Могли! – осклабился Сварт. – Да, высоко же вы цените поддержку. Жертвы вас неплохо знали и даже доверяли вам. В двух первых случаях вы отправлялись вместе с ними в дилижансе, в какой-то момент просили остановить и предлагали выйти жертве. Жертвы соглашались! Вы их не тащили, они шли сами в лес. Капитан Даркси, ответьте мне: пойдут ли люди сознательного возраста на милую прогулку по лесу с человеком, который является самым крупным конкурентом их бизнеса?
– Очевидно, нет, – мрачно кивнул капитан Даркси.
– Вот! Абсурдный мотив, скажете? – все больше воодушевлялся Сварт. – А я скажу больше: вы заключили договор с последней жертвой и послали его ночью в обратный путь, очевидно, сославшись на важность дела. И убили. Все слуги видели, что договор был с ним. Вы забрали бумаги после убийства, чтобы сделать вид, будто конкуренту невыгоден контракт. Никто бы не подумал, что это вы. Все решили бы, что это мэр караулил сына конкурента возле вашего дома.
– Мотив странный, но все остальное еще более абсурдно! Вы же сами видели, какие там следы. Я не хромаю, и я не высокий, – все еще пытался сохранить лицо подозреваемый. Он вытянулся и напустил на себя безразличие и скуку, будто ничего страшного не происходило.
– Можно сравнить следы, – уже не мог сдерживать торжествующей ухмылки Сварт. – Обратите внимание, как изменилась походка господина Нилса. Были ли какие-то травмы и болезни у него за последние две недели?
– Нет. Не замечали, – отозвался старый слуга, который натирал паркет и, очевидно, ног, топчущих этот паркет, насмотрелся предостаточно.
– Молчать! – крикнул на него господин Нилс и тем лишь больше выдал себя перед морскими стражами.
Сварт довольно кивнул слуге, который невольно утопил своего господина, и продолжил:
– Первое доказательство: походка – это намеренная хромота, вы учили себя этой хромоте. Но при этом выглядит она все равно неестественно. Я почти уверен, что где-то вы храните ботинки, которые вам велики на пару размеров. Второе: ваш рост. Угол, под которым струна входила в шеи, показывает, что убийца был ниже жертвы. А избранный мэр достаточно рослый.
– Но это же… При чем здесь я? – хватался за последние соломинки господин Нилс.
– Где вы были в ночь последнего убийства? – угрожающе приблизился Сварт, нависая с высоты своего роста над сухоньким Нилсом.
– Дома! – отчаянно взвизгнул тот.
– Кто может подтвердить это? – еще больше нависал Сварт.
– Моя жена, – растерянно прокряхтел кандидат.
– Жена… – картинно закатил глаза Сварт, посмеиваясь, но снова голос его набирал темп: – Она, скорее всего, в сговоре. Вы не слишком-то продумали свое алиби, потому что были слишком увлечены созданием улик против своего конкурента.
– И все равно это ничего не меняет. Не доказывает! – все еще отнекивался господин Нилс, не поддаваясь не провокации.
– И вот последнее доказательство: ваши руки. У вас на руках следы от струн. Есть старые, зажившие, а есть и новые. Вы были небрежны, обращаясь с орудием убийства, перчатки вам не помогли. Слишком нежная кожа, господин Нилс? – успел рассмотреть руки подозреваемого Сварт.
Он не знал наверняка. Зато улики подтверждали его теорию, обнаруживаясь уже после громкого заявления. Морские стражи приблизились к господину Нилсу и тоже увидели следы от странных порезов.
– Это все равно ничего не доказывает! Может быть, я трогал струны, но не убивал ими! – уже запинался и путался в показаниях господин Нилс.
– Просто трогали струны в течение пары недель? – поражался нелепости Сварт. – Интересно! Какие же струны? Полагаю, вам надо было уволить горничную: гляньте, на крышке вашего рояля скопилось много пыли. Точно не струны в вашем рояле. Музыку не очень ценят в этом доме. Да и во всем городе, не так ли? Вы не стали отдавать струны своего инструмента. Вы его вообще не трогали и воспользовались чужими. К тому же трогать струны можно где угодно (да и зачем вам это?), но кожа на руках не будет вдавлена до крови. А вот если душить ими кого-то, тянуть, как удавку, как проволоку… Да, вы были в перчатках, но это вам не помогло.
– Мне, я… – пробормотал господин Нилс, медленно оседая на ближайший стул.
Сварт обратился к морским стражам:
– Где-то в доме есть и перчатки, на изнанке которых остались кровавые отметины.
– Капитан Даркси, вы же не будете обыскивать мой дом!
