Читаем без скачивания Сын Человеческий - Руслан Хазарзар

Ясно одно: в установлении веры в воскресение Иисуса Яакоб Ахмара сыграл далеко не последнюю роль, о которой мы еще поговорим.

57. Иерусалим или Галилея?

О воскресении Иисуса Цельс пишет: «Кто это видел? Полубезумная женщина или кто-нибудь еще из той же шарлатанской компании, которому это пригрезилось вследствие какого-то предрасположения или который по своей воле дал себя увлечь обманчивому, фантастическому видению, как это с очень многими случалось, или, что вероятнее, захотел поразить остальных шарлатанской выдумкой и этой ложью открыл дорогу бродягам» (Цельс у Оригена. — Orig.CC.II.55).

С исторической точки зрения, если, конечно, отвергнуть обвинение в намеренной лжи, в этих словах нет ничего невероятного. Действительно, вполне возможно, что после смерти Иисуса ученики Его бежали в Галилею и там, оправясь от страха, выдвинули версию, что Иисус, наверно, воскрес и сел одесную Бога, и сами уверовали в это.

Нетрудно понять, почему для воскресения был установлен именно третий день: Иисусу надлежало умереть лишь на короткий срок, но умереть действительно и совершенно. Распятие Иисуса было совершено в пятницу, а в субботу Яхве почил от всех дел (Быт.2:2), поэтому казалось, что и воскресение Мессии было бы в этот день нарушением Закона. Кроме того, вследствие характерного значения числа «3», третий день, вероятно, считался наименьшим сроком для исполнения какого-либо дела. Быть может, кто-то вспомнил слова пророка: «Оживит нас через два дня, в третий день восставит нас, и мы будем жить пред лицем Его» (Ос.6:2).

По свидетельству всех евангелистов, ученики сначала умалчивали о воскресении Иисуса, а по рассказу Терциуса, апостолы стали говорить об этом только в день Пятидесятницы (Деян.2:1,14,23–24), то есть через семь недель после означенного третьего дня. Кроме того, исторически ничем не подтверждается предположение, что Иисус был погребен в каменном склепе Иосифа Аримафейского, а если Иисус был погребен, быть может, в каком-нибудь неосвященном месте,[705] то ученикам Его было уже нелегко осмотреть Его могилу, и если они после того выступили с вестью о Его воскресении, то и противникам их было труднее опознать и демонстрировать тело Иисуса, тем более что евреи всегда питали отвращение к трупам.

Во всей этой истории нет ничего невероятного. Однако она не совсем объясняет психологию апостолов. Неужели они сразу же поверили в воскресение Учителя, не имея никаких доказательств этого? А ведь следует помнить, что они поверили до такой степени, что почти все пожертвовали жизнью за эту веру. Не было ли здесь какой-то вспомогательной причины, какого-то нюанса, который и зародил в учениках твердую веру, что Иисус действительно воскрес? И здесь, по-видимому, мы должны признать, что на второе утро по распятии Иисуса склеп действительно оказался пустым.

О том, куда исчезло тело Иисуса, несколько версий приводит Ренан.[706] Возможно, что тело было взято несколькими учениками и перевезено в Галилею. Остальные ученики, оставшиеся в Иерусалиме, могли не знать об этом. Те же, которые унесли тело в Галилею, могли не знать ничего о том, что происходило в Иерусалиме. Вера в воскресение возникла без них и оказалась для них неожиданностью (ср. Мф.28:17). Именно поэтому мы, опираясь на Новый завет, не видим на арене зарождающегося христианства восьми человек из числа Двенадцати. Кроме того, возможно, что здесь не обошлось без участия женской руки. Мария Магдалина, «одержимая семью бесами» (Мк.16:9; Лк.8:2), то есть страдавшая сильным психическим расстройством, в период обострения болезни могла перезахоронить тело и впоследствии ничего об этом не помнить.

Павел говорит, что Иисус сначала явился Кифе (1 Кор.15:5), однако мы не находим рассказа об индивидуальном явлении Петру ни в одном другом источнике, кроме краткой фразы в Евангелии от Луки (Лк.24:34), которую, вероятно, Терциус вставил в текст со слов самого же Павла. Другие рукописи сообщают, что при явлении Христа Кифе с ним были и другие ученики,[707] но выше мы уже указали на вымышленность всех иерусалимских явлений апостолам.

Кроме того, апостол Павел ничего не говорит о явлениях Христа кому-либо из женщин, хотя Примус и Квартус утверждают обратное (Мф.28:9-10; Ин.20:14–18), впрочем, стихи 9–10 главы 28 Евангелия от Матфея не входили в первичный текст. Действительно, ангел говорит женщинам, что Иисус «воскрес из мертвых и предваряет вас в Галилее: там Его увидите» (Мф.28:7). Однако, вопреки (!) предсказанию ангела, Иисус является им не в Галилее, а тут же, по дороге в Иерусалим. Может быть, Воскресший хотел дать им новый указ? Так ведь нет! Он почти дословно повторяет то, что уже сказал ангел. Короче, это первое явление Христа, рассказанное автором или, что более вероятно, последним редактором Евангелия от Матфея, настолько излишне и несовместимо, что оно только показывает, до какой наивности может дойти компилятор. Если мысленно отбросить это первое явление, то получается вполне связный рассказ.

Иерусалим

Таким образом, мы можем смело предположить, что из апостолов никто не знал о первом явлении Христа кому-либо из женщин, а стало быть, рассказ Квартуса о явлении Иисуса Марии Магдалине у склепа есть не апостольское предание, а поэтическая вольность евангелиста. Это предположение подтверждается сведениями Евангелия от Петра, согласно которым, Иисус женщинам не являлся, а Его ученики, возвращаясь из Иерусалима в Галилею, «плакали и горевали» (ЕП.55–59).

Итак, из Евангелий от Матфея и от Петра непреложно явствует, что вера в воскресение Иисуса родилась не в Иерусалиме, а в Галилее.

Кроме того, мы с достаточной уверенностью можем утверждать, что еще в ночь ареста Иисуса все из числа Двенадцати покинули Иерусалим, опасаясь, что «первосвященники» будут хватать наиболее известных сторонников Основателя (ср. ЕП.26), и что впоследствии, оправдывая свое малодушие, апостолы выдвинули версию, якобы Иисус еще перед своим арестом предсказал им идти в Галилею (Мф.26:31–32; Мк.14:27–28). Женщины, которым воспрещалось входить во двор для мужчин в Храме, вряд ли были знакомы иудейской знати, и поэтому они остались в столице. Бесстрашие появилось у апостолов лишь после того, как возникла вера в воскресение Иисуса, и тогда они вернулись в Иерусалим и впоследствии основали там первую христианскую экклесию; хотя, по-видимому, в воскресение уверовали не все из числа Двенадцати, а только Петр, братья Зеведеевы и, возможно, Филипп.[708]

58. Χριστος ηγερθη

Скальная гробница (кэбер) эпохи Христа к северо-западу от предполагаемой Голгофы

Кэбер (קֶבֶר — склеп, гробница), в который было положено тело Иисуса, принадлежал неведомо кому. Ввиду того, что Основателя сняли с креста перед самым наступлением Шаббата (Ин.19:31; ЕП.5), Его тело было положено в ближайшем к Гольгольте склепе (Ин.19:41–42), чтобы, вероятно, после Шаббата перезахоронить в другом месте. Иосиф Аримафейский если и испросил тело Иисуса у Пилата, но в процессе погребения участия не принимал, ибо не мог оскверниться перед Пасхой (Чис.19:11; Ин.18:28). Галилейские подруги Основателя, которые не были знакомы ни с Иосифом, ни с его слугами, не осмеливались подойти к кэберу и наблюдали за этой сценой в отдалении (Мк.15:47). Таким образом, тело Иисуса положили в нишу, выселенную в скале, и завалили вход камнем.

Слуги владельца склепа, ничего не знавшие о нахождении в кэбере тела и увидевшие, что вход завален, перенесли камень на прежнее место, ибо пустые склепы должны были постоянно проветриваться. Однако, открыв склеп и обнаружив в нем тело Иисуса, они немедленно доложили об этом своему господину. Тот, конечно же, был возмущен таким хамским захватом его собственности и приказал слугам захоронить тело Иисуса в любом другом месте, что и было исполнено.

Нельзя также исключать возможность того, что тело Основателя было перезахоронено людьми Иосифа Аримафейского. Заметьте, у нас даже нет никаких сведений о том, что кто-либо из апостолов был знаком с этим загадочным человеком.

Кроме того, многие исследователи ставят под сомнение почти все сведения двух первых глав Деяний апостолов, а значит, у нас даже нет уверенности в том, что апостолы впервые открыто объявили о воскресении Иисуса через семь недель после означенного третьего дня (Деян.2:1,14,23–24). Кто знает, быть может, ученики принесли эту весть в Иерусалим лишь спустя несколько лет после казни над Иисусом. Может быть, к этому времени Иосиф Аримафейский уже умер или переселился в другой город. Во всяком случае, через несколько лет доказать или опровергнуть версию воскресения уже не было никакой возможности. Впрочем, и через семь недель это представлялось делом почти невероятным. Разве у Иосифа были причины опровергать факт воскресения?..