Победно усмехнувшись, отворачиваюсь от него, и шагаю обратно к Аедану. И только теперь понимаю, что всё это он тоже слышал. И теперь смотрит на меня так, что даже мурашки по коже бегут. Странно смотрит. Пугающе. И волнующе.
— Всё сказала, что хотела? — вскидывает бровь.
— Да, — киваю осторожно.
— Уведите это. Я потом им займусь, — приказывает своим воинам. И мычащего Танраггоса уволакивают куда-то в неизвестном направлении, как куль с костями.
— Что ты с ним сделаешь? — нерешительно застываю я в шаге от любимого.
— Тебе не нужно этого знать, малыш. Обещаю лишь, что подыхать он действительно будет долго и мучительно, — Аедан, видя, что я подходить ближе не собираюсь, сам шагает навстречу.
И внезапно подхватывает меня на руки, чтобы уже через мгновение, направиться вместе со мной прочь от этого дуба, от мёртвых тел и деловито снующих стражников.
Я и не думаю возражать. Кладу ему голову на плечо, позволяя себе расслабиться, позволяя себе просто наслаждаться моментом.
Я сама себе кажусь невесомой. Сердце выпрыгивает из груди. А душа парит. Я свободна. Правда, свободна. Я счастлива. И я люблю. Так сильно люблю.
— Любишь, значит? — словно мысли мои прочитав, спрашивает Аедан.
Мы как раз выходим на дорожку, ведущую к небольшой уютной беседке, скрытой в кустах цветущего бересклета. И мой демон сразу же направляется туда.
— Да, люблю, — улыбаюсь ему. Тянусь к суровому лицу, целую сжатые губы. Так хорошо не бояться проявлять свои чувства. — Не тревожься. Я не требую от тебя ничего взамен и не обязываю любить меня в ответ. Просто чувствую это. Просто… люблю тебя.
— Не тревожиться, значит… — хмыкает демон, потрясённо качая головой. — Я тут уже всю голову сломал, как не напугать тебя своей любовью, и добиться взаимности. А ты… просто любишь.
— Да. Просто… — растерянно бормочу я. Он сказал… Что он сказал? Голову сломал? Чтобы не напугать?
Аедан заносит меня в беседку, усаживает на столик, вклиниваясь бёдрами между моих ног. Притягивает ближе. Обхватывает пылающее лицо ладонями, заглядывая мне в глаза.
— Ну хорошо. Тогда я тоже тебя просто люблю, — произносит с крайне серьёзным выражением лица. Но в чёрных глазах уже вовсю пляшут смешинки. И пылает такой чувственный голод, что всё во мне отзывается на этот взгляд ответным жарким желанием.
— Правда? — выдыхаю, чувствуя, как сердце в груди делает кульбит.
— Да. Правда. Я люблю тебя, Мина. Но я не эльран. Мы, демоны, существа корыстные. Поэтому без требований, как ты, я не смогу, уж извини.
— И чего же ты от меня хочешь? — уточняю, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы счастья. Шмыгаю растроганно носом.
— Станешь моей женой? — прищуривается Аедан требовательно.
— Стану. Но… не сейчас… из… — на мои губы ложится палец, прерывая на полуслове.
— Не извиняйся. Я понимаю. И подожду, сколько нужно. Но буду часто задавать этот вопрос. Согласна?
В ответ я могу лишь кивнуть. Боги, как же я его люблю.
Эпилог
Когда Аедан говорил, что будет часто задавать мне вопрос о браке, я всерьёз полагала, что скорее всего он всеми правдами и неправдами уговорит меня согласиться на обряд. И случится это уже через пару недель, самое позднее. И даже попыталась заранее с этим примириться, принять то, что вскоре мне придётся преодолеть себя и снова пройти через брачный кровный обряд. Что мне придётся снова становиться женой и королевой.
Если бы он надавил, я бы уступила. Ему бы уступила. Потому что люблю.
Но Аедан не надавил. Он не стал меня уговаривать. Не стал в очередной раз объяснять, что кровный обряд — это не страшно. Не стал напоминать об открытой клетке. Не хитрил и не подталкивал меня к нужному ему ответу. Не низвёл мою потребность подождать и осознать себя до глупой женской блажи.
Аедан просто это принял.
Он просто спрашивал.
И видя, что я снова запинаюсь и ещё не готова ответить, целовал меня и успокаивал. И снова уверял, что подождёт, сколько нужно.
И ждал. Терпеливо оплетая меня сетями своей любви и заботы. Помогая найти ответы на все мои вопросы. Помогая стать сильнее и уверенней в себе, обрести то душевное равновесие, которого у меня никогда раньше не было.
С того дня, когда был пойман Танраггос, моя жизнь снова сильно изменилась. О бывшем муже я действительно больше ничего не слышала. Даже не узнала, когда и как он умер. Да и не думала об этом, если уж на то пошло.
У меня было много гораздо более важных и приятных тем для раздумий. Да и свободного времени внезапно стало очень мало.
Если до этого Аедан, защищая, меня оберегал и не подпускал ко мне никого кроме Хэфи и охранников, то уже спустя неделю я неожиданно осознала, что мой круг общения становится всё больше и разнообразней, что со мной уже советуются экономка и мажордом, что ко мне приходит главный повар, чтобы согласовать перечень блюд на завтрак, обед и ужин. Мой король теперь требовал сопровождать его почти на каждый торжественный выход, где уместно было присутствие спутницы. И внезапно я поняла, что ко мне уже обращаются как к хозяйке дворца и будущей королеве. Со всем почтением и уважением, которых никогда раньше мне не оказывали.
А спустя ещё неделю Аедан заявил мне, что начинает строительство храма Пресветлой. Я к тому моменту уже несколько раз бывала в храме Тьмы и Света, общалась со жрецами, расспрашивая о служении, но гораздо больше времени провела у статуй в ритуальном зале, учась обращаться к своей покровительнице, и спрашивая советов у Богини, напитываясь её мудростью и силой.
И строительство новой обители стало для меня именно тем недостающим толчком для того, чтобы наконец принять до конца свои обязанности и открыть всем свой статус. Я наконец осознала и почувствовала, что должна делать. И начать своё служение решила с того, что с помощью Пресветлой и с согласия Аедана призвала всех оставшихся в живых жриц Света в Раграст со всего Аранхода. Именно в королевстве демонов, что служат Маоху, божественному супругу моей покровительницы, мы с ними и возобновим её культ, вернём благословение Пресветлой этому миру.
За всеми этими хлопотами и переменами я как-то даже не заметила других перемен. Тех, которые начали происходить с моим телом. Пока Аедан однажды не спросил меня, сколько я собираюсь молчать о своём положении.
Я сначала даже не поняла, о каком положении идёт речь, чем знатно удивила своего любимого демона. У Аедана даже лицо ошарашенно вытянулось. А потом, под его ироничным взглядом, краснея, как маков цвет, я постепенно осознала, что со времени нашего с ним знакомства ко мне так ни разу и не пришли женские недомогания.
Я так мечтала стать матерью, но даже не заметила, когда у меня под сердцем зародилась новая жизнь.
Вот тебе и маг жизни. Самый бестолковый в Аранходе, наверное. И самый счастливый, уж это точно.
Нашего с Аеданом первенца я родила две недели назад. Роальд, маленькая насупленная копия своего отца, едва только появившись на свет, огласил весь дворец своим требовательным криком. И когда повитуха, жрица света Эвджа, сильная и опытная магиня жизни, давно уже ставшая мне наставницей, взяла малыша у растроганного и счастливого Аедана и помогла мне пристроить сына у груди, любимый снова спросил меня, стану ли я его женой.
— Да, стану, — уверенно ответила я ему, плача от счастья.
И вот сейчас мы с Аеданом стоим, держась за руки, у статуй Пресветлой и Маоха. На нас смотрят все наши родные и близкие, все друзья нашей семьи, что собрались дабы разделить с нами этот миг.
Ближе всех стоят Тори с Адларом, что приехали из Аделхея несмотря на поздний срок её беременности.
Рядом давно уже женатые Бранн с Хэфи, которая за эти месяцы стала моей незаменимой помощницей во всём.
Приехал и Мартан со своей невестой. Даже Ингальф с Ивером, которые свою самую-самую пока не завоевали, потому что она от них в очередной раз сбежала. Из-за плохих ухаживаний князя, как уверяет княжич.
