Глядя на застывшие, но все еще привлекательные черты, она удивлялась, почему считала его темным дьяволом. И пришла к выводу, что это была единственная защита от его непреодолимого притяжения с той первой ночи. Так хотелось поцеловать эти губы, легко одаряющие улыбкой всех вокруг. И длинные ресницы, скрывающие голубизну глаз, прямой нос под дьявольски красивыми бровями… Но в самом Родриго ничего демонического не было, скорее, темный ангел.
Если останется жив, он уже не будет твоим.
— Но жизнь важнее всего, — судорожно прошептала девушка.
Джульетта положила руку на грудь мужа и прижалась к нему, почти касаясь губами его волос. Так и лежала, вдыхая запах его тела, его волосы щекотали ей лицо. Только бы Родриго справился с ядом, угрожающим жизни.
Снова и снова повторяла она слова любви… и свое обещание Богу.
* * *
Что-то холодное коснулось ее голого колена. Джульетта вздрогнула и очнулась. Еще горели две маленькие лампы на столе у кровати и на стене, но тишина снаружи и тьма в окне подсказали, что сейчас глубокая ночь.
Заскулил Бо, и Джульетта посмотрела на Родриго, не обратив внимания, что щенок переместился на другую сторону кровати. Теперь он поднялся и обнюхивал лицо хозяина.
Девушку охватила радость — глаза мужа были открыты, губы шевелились.
— Бо, — хрипло прошептал он, пытаясь поднять левую руку. Пес потянулся к ней, отчаянно виляя хвостом.
Джульетта села.
— Риго?
С гримасой боли он повернул голову, на подушке остался след от окровавленной щеки. Глаза блеснули, но губы прошептали только:
— Воды… Пожалуйста, воды…
Осторожно, чтобы не потревожить его, Джульетта встала и налила в чашку воды. Вероятно, ее шаги потревожили остальных, потому что в дверях показалась Маддалена, а за ней Марко и Аристо. Карло отправили в Пизу, чтобы перехватить Данте и сообщить о том, что произошло на дороге в Рим, о состоянии Родриго, и уверить, что Джульетта в добром здравии.
Маддалена помогла Джульетте приподнять Родриго, и девушка поднесла к губам больного чашку, жадно осматривая лицо любимого, пока он послушно пил.
— Пей сколько можешь, внук, — посоветовала цыганка, — вода не только растворяет яд, но и очищает тело.
Джульетта передала чашку Аристо, чтобы налить еще, и пока муж пил, ей вдруг ужасно захотелось прижаться губами к его волосам. Но вовремя спохватилась… Бог пощадил Родриго, теперь ее очередь сдержать свое обещание.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Маддалена, когда они снова уложили его на взбитые подушки.
— Как в тумане, — он криво улыбнулся, и сердце в груди Джульетты перевернулось. — Чертовски болит голова, но в остальном вполне здоров.
— Хм, — усмехнулась Маддалена. — Это вряд ли. Ты слаб как ребенок.
Родриго посмотрел на жену и вздохнул. Она поймала себя на том, что жадно ловит его взгляд, и отвернулась.
— Ляжешь на бок? — спросила Маддалена. — Нужно промыть и перевязать голову, но теперь ты вне опасности.
Джульетта подошла к Бо посмотреть, что у него с лапой. Чем дальше от Родриго, тем лучше. Конечно, будет нелегко, нужно избегать любой близости, какой бы невинной она ни казалась.
— Что с ним случилось? — спросил Родриго, лежа на боку, лицом к Джульетте и Бо.
— Кажется, сам добрался до Флоренции, — впервые заговорил Марко.
Родриго тихо засмеялся и тут же скорчил гримасу — Маддалена принялась перевязывать голову.
— Его нельзя бросать. Эти собаки смелы и отважны, — Джульетта чувствовала, что он смотрит на нее, но намеренно не поворачивалась, разглядывая лапу щенка.
— Марко убил аббатису, — сообщил Аристо, и Джульетта расслабилась, чувствуя, что внимание мужа обратилось на карлика.
— А монах тоже мертв?
Аристо кивнул.
— Тебе очень повезло, — из-за пояса Марко достал рукоятку стеклянного кинжала, которую ему передал Карло перед отъездом. — Их делают, насколько я знаю, на острове Мурано возле Венеции. В полых лезвиях смертельный яд.
— Да, подходящее оружие для предательского убийства, — сказал Аристо. — Ей пришлось, конечно, заплатить на mercato хорошенькую сумму золотом.
Родриго кивнул и откинулся на подушку.
— Удивительно, что он не разбился, когда ее выбросило на дорогу.
— Да, жаль, что Лукреция сама не укололась им, а то избавила бы нас от многих неприятностей, — заметила Маддалена.
— Ты, наверное, отбил ее удар? — спросил Аристо. Родриго кивнул, и карлик продолжил: — К счастью, тебе досталась лишь малая толика яда. Ударь она тебя в грудь или живот, ты наверняка умер бы на месте.
Джульетта поежилась и машинально взглянула на мужа, но покраснела и отвела глаза. Потом подошла к кровати.
— Я рада, что тебе лучше, — тихо и неуверенно произнесла она, не осмеливаясь встретиться с ним взглядом.
Родриго слабо улыбнулся в ответ, ее холодность глубоко разочаровала его. Ясно, она не забыла об их споре. Кажется, ничего не изменилось.
Он попытался еще раз.
— Вижу, ты приоделась по такому случаю, cara, — мягкий юмор согрел его взгляд, но жена не обернулась к нему.
Родриго видел, как она покраснела, когда Аристо сказал:
— Медлить было нельзя… Как по волшебству, в Монтеверди появилась Маддалена в сопровождении Карло и потребовала действовать немедленно… Мадонна Джульетта только поднялась с постели и… — он окинул ее взглядом. — Даже позаимствовала мою обувь.
В других обстоятельствах Джульетта оценила бы юмор ситуации, но сейчас подозревала, что все смотрят на ее ноги. Маддалена, конечно, с молчаливым презрением, мрачный Марко, возможно, с легким интересом, как и Аристо. А она хотела быть прекрасной для одного Родриго. По крайней мере, представительной.
Даже Бо, похоже, проявил интерес к ее обуви, так как стал с типично собачьим энтузиазмом обнюхивать ее, будто вкусные объедки после пиршества.
Охваченная смущением, Джульетта подняла руку, чтобы поправить волосы, но гордость остановила ее.
— Извините меня, я принесу Родриго что-нибудь поесть, ведь он, конечно… — она решилась посмотреть на мужа. — Ты голоден.
Повернулась и быстро вышла из комнаты.
* * *
Они еще не вернулись домой, а Джульетта уже осознала свою ошибку, пообещав Господу оставить Родриго. Она поняла это, как только увидела отца, вышедшего им навстречу. Он никогда не согласится аннулировать их брак. Даже не поговорив с ним, девушка знала это. Idiota! Раздражение переполняло ее. Отец, несомненно, принял решение поженить их сразу после гибели Марио ди Корсини. Опасаясь ее реакции, Данте тогда не сказал ей об этом и был прав.
Что ж, пусть этим занимается Родриго. Возможно, убедить его обратиться к отцу будет нетрудно, ведь именно он первым поднял этот вопрос.
