– Ну, поехали! – скомандовала она. – Так я ещё не путешествовала.
– Зацепись за меня, – сказал Вадим. – Теперь ты сумеешь.
Кира в самом деле приникла к нему сознанием, накрепко сплетясь с Вадимом невидимыми нитями. И когда он вновь устремился мысле-облаком в Зазеркалье, то увлёк за собой и лёгкое облачко ведьмы, по-настоящему проклюнувшейся только сегодня.
– Голова кружится! – услышал он её мысли. – Что это?
– Не бойся, – откликнулся Вадим. – Сейчас мы вместе. Смотри по сторонам – такого ты ещё не видела!
Он ощущал себя демоном, уносящим на крылах юную деву. В самом деле, они будто парили по этим зеркальным кольцевым тоннелям, лишённые веса и даже массы. Иногда зависали ненадолго возле светящихся экранов, чтобы Кира смогла полюбоваться на дремлющих крепостных, заклинаемых даже во сне. Вглядывались в настенные живые картинки, выхваченные из неисчислимого множества – наугад либо по наитию. И может, каждый видел там своё.
Затем Вадим отыскал Гогу и подключил к Сети его забытый тивишник – хорошо, тот вообще оказался в комнате. В отличие от князя, системщик был не один. По своему обыкновению к нему заявился с поздним визитом Тим, сегодня расщедрясь на целый «наполеон». А поскольку торт был великоват для двоих, они позвали ещё Юстиана – тоже большого сластёну. И теперь лакомились наперегонки, болтая с набитым ртом. Однако на появление Вадима среагировали мгновенно, разом повернув головы к тивишнику.
– Тортом не поделитесь? – спросил Вадим, озираясь. – Тоже мне, «три толстяка», – дорвались наконец. И это на ночь!..
Как ожидалось, порядок тут поддерживался идеальный, каждая деталь уместна и продумана, все интересы и занятия хозяина учтены.
– Какие теперь ночи! – проворчал Гога, вглядываясь в экран, словно в окно. – Всё перевернулось. После заката и начинается самая работа.
– Ну да, – поддакнул Вадим, – я вижу!..
Наверное, здешний тивишник показывал, что находилось перед вторым приёмником, – будто оба экрана и впрямь сомкнулись в единое оконце. Заворочавшись за спиной Вадима, гардейка вдруг подняла ноги и упёрла подошвами в экран, по сторонам от его открывающей ладони, – surprise!..
– Я тоже, – хмыкнул Гога. – Должен заметить, твои ступни стали куда изящней! Тридцать шестой размер, не так ли?
– А я их знаю, – неожиданно заявил Тим. – Нагляделся в «вороне» – грех не запомнить. Хотя… где-то ещё их видел – раньше. Или похожие?
– Что с тобой, старичок? – удивился Вадим. – Становишься наблюдательным. И память вроде крепчает.
В самом деле, уж ступнями Кира почти не отличалась от Юльки, разве подошвы чуть жёстче. Семейное сходство, господа, – одна порода!.. А ведь и я мог догадаться намного раньше. Слишком банально, да?
– Чем ещё порадуете? – спросил он. – Боюсь, у вас осталось совсем мало времени, чтоб из творцов сделаться создателями! А если не успеете, сей торт может оказаться для вас последним. Вы ж этого не хотите, правда?
Переглянувшись, Гога и Юстиан подхватили обеденный стол и перенесли вплотную к тивишнику, будто усадив Вадима четвёртым (не считая пятой). Тиму пришлось догонять своё угощение, волоча за собой стулья. Все наново расселись, и даже Кира наконец выглянула из-за плеча Вадима, убрав от стола ноги – хотя они никому не мешали.
– Эта штука работает, да? – спросил Гога, разглядывая пятерню Вадима, сложенную в Знак. – Конечно, пришёл к ней по наитию? А мы вот не гордые, согласны копировать.
Его мысле-облако было уже достаточно плотным, чтобы оживить Знак, но толстые пальцы едва достигали требуемых позиций. Так что вышло у Гоги не с первой попытки, даже не с пятой. Зато Тим сразу соорудил нужную комбинацию – он всегда любил обезьянничать. И у Юстиана получилось неплохо: его пухлые кисти оказались неожиданно гибкими.
– Этот Знак лишь защищает, – предупредил Вадим. – Но есть другой, который поворачивает пространство на полный круг, отворяя в мысле-теле бойницу. И тогда оттуда может вырваться огне-шар.
– Малх научил нас создавать эти сгустки, – сказал Юстиан, – но лишь внутри мысле-тела. Твои же Знаки дают и защиту, и оружие. А вот сможет ли облако управлять огне-шарами? Это намного повысило бы их ценность!
– Почему нет? – спросил Вадим. – Можно попробовать.
– Боже упаси, только не здесь! – испугался Гога. – Существуют же полигоны, бункеры, камикадзе!.. Для этого я обустраивался?
– Куркуль, – проворчал Вадим. – Сластолюбец, жизнелюб… Говорю же: счёт пошёл на часы!
– Э-э, – возразил системщик, – конец света предрекали столько раз!..
– Так ведь не я?
– Всё-таки это не наш путь, – вмешался Юстиан. – Такое годится богатырям.
– Они не смогут подправить шар. – перебил Тим.
– Значит, надо выпускать его нацеленным на Тьму – как ракеты с теплодатчиком. Не такая это проблема.
– Мы слушаем, – сказал Вадим.
– Не следует забывать, что это всё-таки сгустки Хаоса, – продолжил воображенец. – Можно их метать, точно бомбы, а можно приспособить для созидательных нужд.
– Как «мирный атом», да? – вставил Тим.
– Примерно. По сути, они расшатывают реальность, образуя в ней центры изменчивости. А если подбросить туда соразмерный сгусток Тьмы, что произойдёт?
– Аннигиляция, – бодро предположил Тим.
– А что такое Тьма, как не наше собственное невежество? – заговорил Гога. – Если мы не знаем чего, то принимаем как темноту. А ведь Тьма есть Порядок – только не всякий умеет его разглядеть.
– Вампиры умеют! – буркнул Тим.
– Они возвели знание в абсолют, – отозвался системщик. – Так не надо впадать в другую крайность. Если мы сумеем задать изменчивости должную программу, то сможем создавать миры.
– Ну да, как Основатель, – напомнил Вадим. – Уж он создал так создал!.. Вы не думаете, что Духи, коих вызывал Венцеслав, фактически и были такими программами?
– Хаоса-то в нас хватает, – вздохнул Юстиан, снова прикладываясь к торту. – Вот Порядок откуда брать?
– Из Зазеркалья, – ответил Вадим. – По-моему, это и есть пресловутый Подвал Вселенной, где собраны все её знания – от начала и до скончания веков. Черпайте оттуда всеми средствами!
– Забавно, – пробормотал Гога. – Выходит, вампиры сами навели нас на сокровищницу? И теперь дело за «сим-симом».
– Что странного? – Вадим осторожно пожал плечами, за которые его обнимала Кира. – Мы швыряемся в них Хаосом, они заклинают нас Тьмой. Каждый делится, чем владеет, – хочет того или нет. Важно суметь воспользоваться дарами врага. Мы даже смогли бы сотрудничать, не будь они так помешаны на власти. Средство для них заслонило цель. Что нам, Хаоса жалко? Но ведь им хочется нас подмять!..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
