удовлетворения. Как если бы он отказался от машины, от привычных условий быта, от удобной одежды. Это нечто врастало в его жизнь и не отпускало.
Настя уже призналась в сожалении и извинилась за своё поведение не раз, но Мирону этого было мало. Он хотел запасть ей в душу так же, как она проникла в его: без разрешения, незаметно и оплела своей паутиной. Иной раз в бессилии избавиться от мыслей о ней, приходилось становиться под ледяной душ. Однако это действовало недолго.
Ещё и эти две нелепые встречи с Натальей и Викторией. С каких пор он стал ходить в кино? И почему вздумалось сменить дизайн спальни? Совсем недавно был капитальный ремонт, который сделала Юлия. Но, после того как она исчезла из его жизни и появилась Вера – Настя, ему не хотелось больше спать в бордовой спальне, видеть ту мебель и сидеть на ней. Только поэтому позвал однокурсницу Шакринской, чтобы та быстро сменила интерьер. Теперь его спальня в бирюзовых и дымчато-синих тонах вызывала умиротворение.
И наконец, отбросив все сомнения, Мирон решил завершить начатое…
Половину субботы пришлось потратить на улаживание дел, а к трём Мирон позвонил Насте. К его удивлению, она слова против не сказала, была крайне любезна и даже в настроении. Это и обнадёживало, и настораживало, учитывая последнюю их встречу. Однако Настя ещё не знала, что он задумал, и было забавно представлять, как она отреагирует.
– О, мы сегодня на машине катаемся?– появилась она из подъезда в светлых брюках по типу солдатских с множеством карманов и безрукавке с капюшоном.
Её лицо без косметики, собранные в хвост волосы снова напомнили ему Веру.
Настя села на переднее сиденье, сразу сняла кеды, одну ногу подогнула под себя, а другую притянула к груди и обняла за голень.
Сдерживаясь от слишком откровенных взглядов на женщину, хотя так и хотелось обнять её крепко-крепко и поцеловать, Мирон наклонился между креслами и взял с заднего сиденья подставку, на которой стояли большой бумажный стаканчик и крафтовый пакет.
– Кофе с круассаном?
– Это чтобы не вести меня в ресторан?– шутливо надулась Настя.– Или ты решил начать экономить?
– У нас сегодня другая программа,– улыбнулся он уже привычному сарказму.
– Спрашивать, какая именно, очевидно, бесполезно,– заключила она, растягивая соблазнительную улыбку и принимая угощение.– Ладно, будем пить кофе.
Когда Настя сделала первый глоток, Мирон тоже сглотнул от желания ощутить, как она коснётся его губ, а не краешка стаканчика. От горла к желудку прокатилась огненная дорожка, тепло прилило к паху и осело там не проходящей тяжестью. Он сдержанно вздохнул и отвернулся к рулю.
Мирон выехал на центральную дорогу, и Настя практически сразу поняла, что они движутся в сторону выезда из города.
– Далеко мы?
– Отсюда не видать…
Она отвернулась к окну и продолжала пить кофе, будто ничего и не могло её волновать, улыбалась каким-то своим мыслям. А Мирона не оставляло ощущение, что радуется она, потому что эта встреча – последняя.
– Как состоялось свидание?– со всей возможной равнодушной вежливостью поинтересовался он.
– А твоё?– медленно повернулась Настя и, похоже, уже разгадала его настроение.
– Отлично!
– Взаимно!
– Начал приобщаться к традиционному веселью, как ты и советовала. Решил даже поменять обстановку в доме,– зачем-то продолжил он.
– И как дизайн спальни?– прищурилась Настя, а потом ехидно улыбнулась:– Удался?
Мирон напряжённо свёл брови, не представляя, что ещё могла наговорить ей Виктория, от внимания которой ему довольно просто удалось избавиться, когда оплачивал счёт: выплатил ей щедрые чаевые и закрыл вопрос дальнейшего сотрудничества. Таланта дизайнера у блондинки не отнять, но это всё, что было в ней интересного.
– Ревнуешь?– усмехнулся Мирон, пристально разглядывая Настю.
– На дорогу смотри,– равнодушно отвернулась она.
Через полтора часа по пробкам и в объезд они оказались далеко от Ростова в лесистой части области. Проехали несколько озёр и крупных посёлков.
– И всё-таки, куда ты меня завёз?– поинтересовалась Настя, беспокойно вглядываясь в густые заросли по сторонам, когда они съехали на просёлочную дорогу.
– У нас пикник: домик, костёр, шашлычок, природа, свежий воздух – красота!– сдался Мирон.
– Угу, лес, сырость и комары,– закатила глаза она и недовольно скрестила руки на груди.– Мог бы и предупредить!
– Что бы это изменило?
– Надела бы болотники и тёмную одежду,– фыркнула Настя.
– Не беспокойся, там чисто.
– Как я могла забыть: ты же брезглив до крайности. Но я не люблю отдыхать на природе.
– По-моему, в Кагальнике ты наслаждалась именно таким отдыхом?– прищурился он, ловя её острый взгляд.
– В Кагальнике…– и Настя натянуто улыбнулась,– я наслаждалась кое-чем другим…
– Такое трудно забыть,– скопировал Мирон её улыбку и тон.
Настя сразу поморщилась и отвернулась.
– Хорошо, едем, но ненадолго!
– Не обязательно быть букой,– ухмыльнулся он, уже догадываясь, как она отнесётся к его выбору.
– Без лишних притворств – я – бука,– развела руки она и снова скрестила.
– Ты не бука, ты просто вредничаешь, потому что почти влюбилась в меня и как женщина самостоятельная не хочешь терять независимость. Это нормально, мужчины тоже боятся, когда влюбляются.
Настя удивлённо посмотрела на него и прыснула от смеха:
– Кто из нас психолог? А ты, значит, смелый?
– Я работаю на результат, и, если это связано со страхом, напряжением и безумными усилиями, так и быть.
Настя наклонилась, поставила локоть на панель перед лобовым стеклом и, подперев голову ладонью, пристально уставилась на него.
– Ты хочешь сказать, что влюблён в меня?
– А ты бы испугалась?– задумчиво протянул он и тут же задорно усмехнулся.
По лицу Насти догадался, что она не понимает, шутит ли он, или издевается. Но, определённо, она была в недоумении.
Когда Мирон остановился перед коваными воротами той самой дачи, Настя мгновенно затихла, даже будто замерла. Но немного оживилась, когда те стали открываться, а в проём шаловливой походкой вышел Михаил.
«А он что тут делает?!– нахмурился Мирон. Обычно все, кто имел ключи от дачи, предупреждали, если едут отдыхать. Но ни от Шакринских, ни от Подымова подобных вестей не было. А брат мог ещё привезти с собой и девчонок для компании и устроить балаган. Мирон не на это рассчитывал.– Придётся отправить братца домой!»
– Привет!– крикнул Михаил и махнул обоим.
Мирон заехал во двор и увидел ещё две машины: «гелендваген» и «хонду».
«Шакринский? И Нат здесь?! Её-то кто пригласил?!– недовольно прищурился Мирон и, взглянув на брата, понял, что это он расстарался. Богова нечасто здесь бывала и, как всегда, не помнила сюда дороги. Всех отправить по домам – будет слишком. Но и менять планы
