Она подумала о том, что, выходя замуж за Леонида, не изменила фамилию.
Почувствовав внезапный приступ слабости, Инна опустилась на быстро подставленный Даниилом стул. Его помощник, мужчина средних лет, с таким же, как и у Даниила, перстнем подал ей бокал воды, но Инна отказалась.
– Теперь я знаю, кто пытался убить меня! – заявила она. – Олег! Он душил меня…
Она нахмурилась, а потом сказала:
– А что произошло дальше, я не помню… Можно ли повторить сеанс?
Даниил, улыбаясь, ответил:
– Нет, повторять его не за чем. Потому что вы и так вспомнили все, что знали.
– Думаю, нам пора перейти на «ты»! – ответила Инна и зябко повела плечами. – Ты согласен?
Даниил усмехнулся и ответил:
– Разумеется! Но, как я понимаю, у тебя есть еще несколько вопросов. Например, о том, что произошло после того, как Олег попытался убить тебя. Ему что-то помешало или он передумал. Однако ты потеряла сознание. Тебя доставили в «Мнемозину», где погрузили в искусственную кому, а потом принялись проводить над тобой эксперименты. Они вживляли тебе новые воспоминания!
– Почему? – спросила Инна, начинавшая постепенно приходить в себя. – Если дело в контроле над холдингом отца и принадлежавшими ему миллиардами, то им было достаточно убить меня. Но они предпочли промыть мне мозги!
– Дело в твоих воспоминаниях, – ответил Даниил. – Они охотятся за чем-то, что тебе было известно в твоей предыдущей жизни. Для этого и создали тебя новую. И, внушая тебе, что ты потеряла сына, причем столь трагическим образом, они добивались того, чтобы у тебя случилось смещение пластов памяти, и ты бы вспомнила то, что им нужно. После этого ты, вероятно, помутилась бы рассудком, но это их ничуть не волновало!
Инна стала мучительно раздумывать над тем, что могло быть нужно Олегу и доктору Гладышеву. Какая-то информация, которая была настолько ценной, что ради нее они и затеяли это ужасное представление, длившееся уже больше года.
– Хорошо, пока я не знаю, что именно им нужно, – сказала она, – но обязательно узнаю. Что случилось с Никитой?
Ведь Никита был вторым человеком, который стоял на пути бандитов. Ей они промыли мозги, а вот что стало с ее сводным братом?
Даниил сказал:
– Историю о двойном убийстве в твоей семье замяли. Конечно, не полностью, потому что шума было много. Никиту, естественно, арестовали. Однако суда над твоим братом не было – его поместили в особый санаторий тюремного типа. Не удивлюсь, что ему тоже устроили промывание мозгов.
Инна нахмурилась: она ведь обещала Никите, что никогда не бросит его. Так же, как обещала это Людочке.
– Мы должны вытащить его оттуда! – заявила она и посмотрела на Даниила. – Он находится в «Мнемозине»?
Мужчина пожал плечами:
– Кажется, нет. В какой-то другой клинике, которая, однако, тоже подконтрольна доктору Гладышеву. Но какой смысл вытаскивать твоего брата, если еще не установлен заказчик всей этой операции?
Инна хмыкнула и ответила:
– Не установлен? Думаю, что он прекрасно известен – это Олег. Вероятно, он работал на пару с Зоей. В ее задачу входило охмурить моего отца. Олег же хотел жениться на мне. Поэтому Леониду и пришлось умереть. А затем Олег решил устранить свою помощницу, которая, не исключено, проявляла слишком большой аппетит. Поэтому он и сделал так, что Никита застрелил ее и моего отца. А после этого он пытался убить меня, поняв, что у него ничего не получится…
Вдруг страшная догадка пришла ей в голову, и она спросила:
– У него ведь ничего не получилось? Олега арестовали?
Даниил ответил:
– Вынужден тебя огорчить: он на свободе. И так и не понес наказания за все то, что он совершил.
Тон Даниила ей не понравился, и Инна без обиняков спросила:
– Чем он занимается? Где он сейчас?
Даниил вздохнул и ответил:
– Вообще-то тебе надо прийти в себя и отдохнуть, потому что сеанс возвращения воспоминаний забирает слишком много энергии…
Инна заявила:
– Я и так отдыхала последний год с лишним. Итак, что с Олегом?
– Он не в тюрьме и не под следствием. Все гораздо хуже…
Даниил взял ее руки в свои, и Инна вдруг ощутила, что по ее телу пробежал электрический разряд.
– Олег теперь – заместитель опекунского фонда. Фонда, который управляет миллиардами и холдингом. Тем холдингом, что принадлежал твоему отцу!
Инна окаменела, а потом произнесла:
– Это ничтожество теперь заправляет всем, что принадлежало нашей семье? Но как так вышло? Хотя какая теперь разница! Я немедленно подниму шум! И опротестую все эти, вне всяких сомнений, преступные и не имеющие никакой юридической силы решения. Я вызволю Никиту из психушки. Ведь я – Инна Берберова!
Даниил снова вздохнул, а потом подал знак своей ассистентке, которая принесла пачку газет и журналов. Они были датированы началом августа 2012 года. Речь везде шла об одном и том же: Инна Берберова, наследница миллиардного состояния своего погибшего при таинственных обстоятельствах отца, доставлена в частную клинику. После трех консилиумов врачи вынесли неутешительный вердикт – в результате несчастного случая Инна Берберова впала в кому, причем шансов на то, что она придет в себя, практически нет. Она находилась в палате, прикованная к аппаратам, поддерживающим жизненные функции, однако являла собой не более чем живой труп.
– Они лгут! – заявила в ярости Инна. – Сами запихнули меня в «Мнемозину», а всему миру поведали эту историю о коме и о том, что я не более чем «растение».
Даниил сказал:
– Конечно, лгут, но это практически невозможно доказать. Потому что для всех ты – пациентка частной клиники. Причем пациентка безмолвная, не предъявляющая претензий. Пользуясь тем, что твой отец умер, ты – вернее, какая-то несчастная женщина, которую выдают за тебя, – находишься в коме, а твой брат, похоже, навсегда сгинул в психиатрической лечебнице, суд принял решение о том, что все права по управлению вашим холдингом и миллиардным состоянием отца переходит к особому опекунскому фонду.
Инна вздрогнула – ну конечно, это была одна из возможностей, которую предусмотрел в завещании отец. Возможность того, что после его кончины ни Инна, ни Никита не будут в состоянии распоряжаться наследством, а у них самих наследников тоже не будет. В таком случае надлежало передать все права опекунскому фонду. Причем этот фонд, а вернее, тот, кто его возглавлял, имел право распоряжаться всем имуществом так, как если бы он был владельцем.
– И Олег, эта канализационная крыса, теперь управляющий фондом? – заявила Инна, чувствуя, что кровь бросилась ей в лицо. – Но как так? Почему суд принял это абсурдное решение? Я его немедленно оспорю!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
