Письмо было для них полной загадкой. А объяснялась она просто: как Джеку ни хотелось рассказать им о своих приключениях после маскарада, он никак не мог отважиться на это, не зная, какие последствия повлечёт за собой его обман, поскольку он назвал имя капитана Вилсона вместо своего собственного. Ознакомившись с письмом, он убедился, что чиновника с заданием выяснить имя человека, наряженного в костюм чёрта, присылала престарелая дама, увешанная бриллиантами, а не священники, как он опасался. Дав имя капитана Вилсона, он помог ему получить солидное наследство. Джек был одновременно обрадован и смущён этим обстоятельством. Поэтому он удалился из комнаты, чтобы на досуге немного поразмыслить.
— Что бы это могло значить? — опять спросил Вилсон. — Я никому не оказывал услуги ни двенадцатого августа, ни позже. Это какое-то недоразумение. Двенадцатого августа, насколько я помню, был большой маскарад.
— Если это и недоразумение, то очень счастливое. Как вы знаете, никто теперь не может получить эти деньги, кроме вас, независимо от того, была ли допущена ошибка или нет. Они могут быть выплачены только вам.
— Я не слышал, чтобы на маскараде произошло что-нибудь особенное. Я был там, но ушёл рано, так как чувствовал себя неважно. А вы, мистер Изи… — Капитан Вилсон повернулся, чтобы спросить Джека о чём-то, но его уже и след простыл.
— А он был на маскараде? — спросил губернатор.
— Да, насколько я знаю, был, первый лейтенант доложил мне, что он дал ему отсрочку отпуска в связи с желанием посетить маскарад.
— Можете мне поверить, — заявил губернатор, стукнув по столу кулаком, — тут не обошлось без Джека!
— Я не удивлюсь, если узнаю, что Джек замешан в чём угодно, — засмеялся капитан.
— Предоставьте это дело мне, Вилсон, я разузнаю у него всё, что надо.
Закончив разговор, капитан Вилсон отправился на судно, оставив Джека на берегу, в надежде, что губернатор вытянет у него правду. Однако этого не понадобилось. Джек сам решил посвятить губернатора в подробности своего приключения и рассказал ему всё, как было. Губернатор, слушая рассказ, держался за бока от смеха, особенно тогда, когда услышал о хитрости Джека, решившего назвать имя капитана Вилсона вместо своего.
— Ты меня уморишь, Джек, — сказал губернатор отсмеявшись. — Ну, а что же нам делать?
Наш герой стал серьёзным. Он сказал, что у него достаточно денег и, возможно, он скоро получит большое наследство, а капитан Вилсон беден и обременён большой семьёй. Поэтому он желает, чтобы губернатор убедил капитана Вилсона принять завещанные ему деньги.
— Правильно, мой мальчик, ты верно решил, но нам нужно придумать, как это сделать. Капитан Вилсон — человек щепетильный, и нам будет трудно убедить его принять то, что не принадлежит ему. Ты никому не рассказывал об этом приключении?
— Нет, сэр, только вам одному.
— Тогда и не надо ему об этом рассказывать, иначе он будет утверждать, что наследство по праву принадлежит тебе.
— Я придумал, сэр, — сказал Джек. — Когда я шёл на маскарад, я хотел помочь выйти из кареты одной пожилой даме в бриллиантах и предложил ей руку. А она так испугалась моего наряда чёрта, что чуть было не свалилась на землю в обмороке и упала бы, если бы капитан Вилсон не поддержал её. Она горячо благодарила его за помощь.
— Ты прав, Джек, — сказал губернатор подумав. — Этот случай сойдёт, чтобы объяснить происхождение наследства. Всё же мне следует рассказать Вилсону историю с попами, так как я поклялся, что ты замешан в этой истории, но подоплёку этого случая я скрою, дабы усыпить щепетильность капитана. Предоставь это дело мне.
Когда на следующий день капитан Вилсон вернулся в дом губернатора, он застал его на веранде.
— Я переговорил с Тихоней, — начал губернатор, — и он поведал мне странную историю, которую побоялся рассказать кому-нибудь другому.
И губернатор посвятил капитана в подробности истории с монахами и завещанием умирающего старика.
— Но каким образом эта история, — заметил капитан, — объясняет тайну моего наследства?
— Нет, она не имеет к нему никакого отношения. Но тем не менее, как я говорил, Джек замешан в ней. Ведь именно он испугал почтенную старушку своим нарядом чёрта, а вы подхватили её на руки, когда она падала в обморок, помешав ей упасть.
— Верно, теперь мне действительно вспоминается случай со спасением престарелой дамы с аристократическими замашками, которая падала в обморок от страха при виде чёрта. Так оказывается — это был наш приятель Джек!
— Именно здесь и зарыта собака!
— Как, тысяча дублонов за пустячную помощь старушке?!
— А почему бы нет? Разве вы не слыхали, как одному человеку оставили наследство только за то, что он открыл дверь в церковь старичку, оказавшемуся бездетным миллионером.
— Слышал, но всё равно, это очень странно.
— Эх, Вилсон, то ли ещё бывает на этом свете! Можно годами трудиться и не получить награды, а стоит оказать пустую любезность и сразу разбогатеть. На мой взгляд, тайна вашего наследства объясняется очень просто: очевидно, старушка умерла, оставив безмерные богатства. Она запомнила вашу форму и узнала ваше имя, ведь падение такой дородной особы могло иметь серьёзные последствия. Вот она вас щедро и вознаградила.
— Что же, — сказал капитан, — так как я не вижу другого объяснения случившемуся, я полагаю, вы правы, но вряд ли справедливо лишать тысячи дублонов её родственников за пустячный поступок, совершённый из вежливости.
— Нет, вы меня удивляете, Вилсон! Насколько я знаю, эта старушка владела чуть ли не половиной Мурсии, испанской провинции, и для их семьи тысяча дублонов значит не больше, чем в Англии стоимость траурного костюма, завещанного родственникам. Я рад за вас — эти деньги будут как нельзя более кстати для вашей семьи. Каждый волен распоряжаться своими деньгами. Поверьте мне, вы спасли даму от перелома ног или бедра.
— Из этих соображений, я полагаю, мне стоит принять наследство! — сказал капитан с улыбкой.
— Конечно, пошлите за ним тотчас же. Обменный курс сейчас довольно высок. Я охотно обменяю вам дублоны на фунты, что составит сумму почти в четыре тысячи фунтов.
— Четыре тысячи только за то, что я помешал старушке свалиться на землю! — воскликнул Вилсон.
— Чертовски хорошее вознаграждение, Вилсон! Я вас поздравляю!
— Именно столько я должен отцу молодого Изи, — заметил капитан, помолчав несколько минут. — Если бы я не получил от него помощь в то время, когда был назначен капитаном корвета, я не смог бы воспользоваться своим назначением и не получил бы приз в три тысячи фунтов за захваченный нами корабль, а теперь и командование прекрасным фрегатом, а тут ещё как с неба свалились четыре тысячи фунтов наследства.
