– Ты что-то притих последнее время, Готас. Да и Рик перестал подавать голос.
Орел замер, стараясь не шевелиться. Одна капля крови – и твари снова нападут, чувствуя ее запах, словно приманку, и не факт, что в этот раз кто-то будет прикрывать его спину и увечье.
– Я просто немного устал и хотел бы побыстрее дойти до трещины, – спокойно ответил он, глядя прямо в опасные глаза. И каждое его слово было правдой.
– А мне показалось, что ты решил поторопить события и двинуться к ней без нашего сопровождения, – отозвался Самар. – Или я неправ?
– Было такое желание, – согласился Орел, чувствуя нервную дрожь внутри. Бес, какой-то низший угрожал ему оружием, а демону приходилось выкручиваться. Теперь он понимал, почему Горгона усыпила его сознание. – Мне вдруг начало казаться, что наш доблестный предводитель всячески тормозит наше движение.
Айрод неподалеку одобрительно заворчал.
Самар бросил в ту сторону скользящий взгляд и снова пристально уставился на того, кто сидел напротив:
– Наверное, у Тамира есть свои причины. У меня нет повода не доверять ему.
Орел усмехнулся:
– Конечно, ведь вы друзья.
Ученый улыбнулся:
– Правда? А как тебя зовут, бес?
Орел сам не заметил, как напрягся и глаза полыхнули жарким гневом.
– О, я ошибся. Ты не бес, не так ли?
Меч нажал чуть сильнее. Демон понял, что сейчас умрет. От рук жалкого низшего, не выполнив задания госпожи.
Одно движение – и он уже за пределами круга. Уцелевшая рука выписывает пассы заклинания, а из Тьмы сверкают голодные глаза.
Самар не растерялся, хотя и упустил своего противника.
– Ты выдал себя, демон, – крикнул он врагу. – Ты так называемый высший. Каково было побывать в нашей шкуре? Понравилось?
– Ты злишь его, – проворчал айрод, вставая рядом с бесом.
Ученый сладко улыбнулся:
– Ты злишься, демон? Почему? Тебе не понравилось, что ты теперь в теле беса или что мы разоблачили тебя? Я проверял, бедолага Готас действительно существовал. И если у тебя его воспоминания, сладких тебе снов, демон, прежде чем тебя сожрут твари.
Орел не слушал оскорблений, он уже усмирил свой гнев, который пришелся так некстати. Демон готовился к долгому бегу, потому что твари приближались. Они оказались достаточно сообразительными, чтобы понять, что остальные не будут его защищать. Заклинание было закончено, теперь его бег ничто не сможет остановить. Паразит в его сознании рыдал в голос. Он боялся. Боялся тварей, боялся Орла, боялся всего. Орел поморщился и отстранился от мальчишки. Его необходимость была исчерпана, но убивать его и выкидывать из себя и тела придется позже, сейчас предстояло намного более важное дело. И ради него стоило потерпеть это нытье.
Тамир прищурился и крикнул:
– Остановите его!
Но Орел уже бросился бежать. Вспышкой молнии. Он был демоном, пусть его сознание и поместили в тело беса, однако силы остались при нем и заклинания тоже. Эти низшие не смогут его догнать.
– Бросайте все! За ним! Он не должен достичь трещины раньше, чем выйдет господин! Убейте его! – Крик красноволосого беса догнал его. Стоило убить его раньше. Зря он сомневался.
Я сплюнул, скривившись; во рту устойчиво поселился противный вкус слизи, смешанной с кровью. Иногда приходилось использовать и зубы. В каждом из нас до поры до времени спит зверь, главное – вовремя его разбудить, а потом вовремя усмирить. Подземелье просто кишело тварями, словно их специально разводили здесь в тесноте, чтобы они могли постоянно сражаться. Скорее всего, так оно и было.
– Долго еще? – выдохнула рядом Каина.
– Не поверишь, – я смотрел себе под ноги, – мы пришли.
Она опустила взгляд. Мы оба стояли на сером, мерцающем полу.
– Так близко, – приглушенно вздохнула леди. – Трещина?
– Где-то здесь, – я обвел пространство рукой, – надо искать.
– И побыстрее, – вздохнула демонесса. – Я сломала три ногтя и лишилась пары прядей волос. Эдак я выйду из этого мира лысой. И Хилар бросит меня. Бездна и Тьма, как я по нему соскучилась.
– Ты расслабилась, Кай?
– Расслабишься тут, – возмутилась демонесса. – Надо искать эту трещину.
– Подожди...
Я насторожился. Странное чувство. Очень знакомое. Вроде бы на шутки Нидо непохоже... Под ногами мелькнула тень.
Мы с Каиной ударили одновременно – мало ли какая гадость тут бродит, – но вместо твари мой меч обвило гибкое змеевидное тело. Я потрясенно смотрел на гребень и чешуйчатую кожу.
– Таро?! – Голос куда-то пропал. Только сип из горла.
Горловое курлыканье было ответом.
– Поразительно, – прошептала Каина. – Он отведет нас к трещине.
Я медленно протянул руку, все еще не веря, готовый к тому, что это окажется видением или ловушкой Нидо.
Но ладони коснулся раздвоенный язык, и знакомые ощущения мурашками пробежали по коже.
– Таро.
И дракончик с ощутимым облегчением начал перетекать мне на кожу. Я и не понимал, как мне его не хватало, насколько сильно он стал моей частью. Татуировка двигалась по коже и мурлыкала; мне хотелось мурлыкать вместе с нею.
– Эй, – позвала Каина. – Твари идут. Ваши нежности их просто толпами притягивают.
– Завидуют, – усмехнулся я и покосился на ее зверюшку. Тварь тоже устала. Вся покрытая кровью и слизью, красные глаза потускнели, на ногах держится только за счет силы убитых врагов.
Так же как и мы с Каиной. Но эта же сила давила на нас так, словно на плечи с каждым убитым ложился камень. Расход сил оказался не такой уж и большой. Кажется, я начал понимать, почему Изначальные, при их дикой жажде убийства, старались не убивать пачками тех, кто входит в круг силы.
– Таро. – Я погладил хвост татуировки, наслаждаясь ощущениями. – Ты проведешь нас к трещине?
И в моем сознании вспыхнула вереница образов.
– Каина, – позвал я, – нам придется побегать.
– Опять? – скорчила она рожицу, внимательно наблюдая за колышущейся Тьмой.
– Не убивая, – уточнил я. – Времени нет.
– Это что-то новенькое, – подчеркнула демонесса. – Когда начинаем?
– Сейчас!..
И я рванул с места.
Орел остановился. Заклинание теряло свою силу. Стоило его обновить. Все-таки эти бесы оказались меткими стрелками. Он их недооценил. Твари тоже оказались неспособны его преследовать. Паразит в сознании затаился и молчал. Оно и к лучшему. Осталось определить, где же эта трещина проклятая. Тамир был неплохим проводником, сам Орел знал только приблизительное расстояние. Горгона объяснила путь туманно – видимо, с расчетом на то, что позже даст более точные координаты. Однако от нее никаких известий. А сроки, судя по ощущениям, поджимали.
Оставалось еще противное чувство, что он что-то упустил. Что-то мелкое, но важное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
